Путь к трону - Николай Степанов

– Твои рассуждения не лишены логики, – с некоторой неохотой согласился вельможа.

– Тогда ответьте мне еще на один вопрос. Как только работенка будет выполнена, я и мои люди станем абсолютно бесполезны или еще сойдем в качестве корма для Лархоша?

– Да, – почесал череп Регадун. – Мудрецы не зря говорят: в правильно поставленном вопросе кроется половина ответа, а то и весь. Ладно, согласен, сделка получается не совсем выгодной для тебя.

– Потому-то она и не получается. Давайте поступим так: вы помогаете нам вернуться в Адебгию, а мы в благодарность помогаем вам.

– С какой стати ты будешь делать что-то в благодарность? Не смеши народ! Гарантией исполнения может быть только сильный страх или большие деньги. Причем даже второе не всегда работает.

– Если вы отправите меня одного, гарантии ведь тоже никакой.

– Ну нет. У тебя какое-то извращенное понятие о долге перед людьми, сидящими в подвале. Ради их спасения ты готов на большие глупости. Это чувство сродни страху, поэтому я и делаю ставку на него.

– Совершать глупости я не собираюсь. Поэтому в Адебгию должны вернуться все. Взамен я оставляю обещание…

– Словам веры мало, а проверять их некогда. Давай поступим по-другому. Ты возьмешь с собой двоих, а за остальными пришлешь кого-нибудь из своих слуг по окончании работы.

– Регадун, вы опять пытаетесь меня обмануть. Сами же сказали: мой меч и дар являются ключом в ваш мир. Значит, без меня сюда вряд ли кто попадет. Правильно?

– Не надо ловить меня на слове, молодой человек! Чем больше я с тобой общаюсь, тем сильнее растет желание вернуться к болевому способу. Хочешь, опять позову Гусуму? Ты ей очень понравился.

– Зовите! Пусть я лучше сдохну в ее объятиях, чем умру от вашей тупости! Думаете, змея способна повлиять на мое решение?

– Молчать, мразь! Здесь хозяин я и условия ставлю я! – вспылил князь.

Он начинал терять самообладание. Какой-то юнец осмелился с ним спорить, отказываясь играть по его, Регадуна, правилам. За это следовало удавить наглеца, но без его содействия срывалось очень важное дело.

– Тогда и выполняйте все сами! С меня довольно!

– На кого ты повысил голос, сосунок? Ты вообще никто, как и твои людишки! Ты их сильно ценишь? Хорошо, тогда слушай, кто они на самом деле. Твой любимый Ферг – пьяница и бабник. Один раз, прикрывшись благовидным предлогом, он тебя уже предал. Как думаешь, не повторится ли ситуация, если на одной чаше весов будет стоять некая рыжая особа, а на другой – твоя жизнь?

– Уверен, что он выберет любимую женщину. И правильно поступит.

– Правильно для него, но тебе-то от этого не легче. Или взять того же Груаба. У этого чародея весьма мутное прошлое. Он постоянно на кого-то охотится. Раньше это были люди, тебе наверняка знакомы имена Ксуала и Глошара, но теперь его больше всего интересует твой клинок, и именно поэтому волшебник так долго крутится рядом. И если бы у него появилась хоть малейшая возможность справиться с мечом без твоей помощи, вряд ли ты бы еще жил.

– Тем не менее он не раз спасал меня от верной смерти.

– И не раз играл на твоих чувствах. Вспомни хотя бы, как он заставил тебя разбудить руны меча, мотивируя это тем, что твоим спутникам угрожает гибель.

– Но ведь он был прав, и главное – это сработало.

– Наивная простота. Ты мне еще про храбрость Озурга расскажи. Этот суеверный придурок пошел с вами только для того, чтобы стать генералом, но, попав в мой мир, потерял всякую надежду не только на возвышение, но и на саму жизнь. Пообещай я ему сейчас десятую долю того, что предлагаю тебе, и он продаст каждого из вас со всеми потрохами.

– Человек находится на грани потери рассудка. От него можно ожидать и худшего, – парировал Руам. – О горцах можете мне ничего не рассказывать. Полагаю, у каждого из нас есть свои слабости. Я, например… Хотя чего рассказывать, если вы все знаете об остальных…

– А вот тут ты дважды ошибаешься. Во-первых, оба брата за своего спасителя любому готовы глотку перегрызть. Это они приструнили Груаба, когда тот не хотел передавать твой клинок Фергуру. Горцы считают себя кровными должниками. А во-вторых, о твоих слабостях и мыслях я ничего не знаю. Иначе какой резон был разговор вести? Отдал бы приказ и сразу знал, выполнишь ты его или нет. – Регадун не заметил, как проговорился.

– Князь, мы опять пришли к тому, с чего начали. А начали мы далеко не с самого главного.

– Не тебе судить, юнец…

– Я и не собираюсь никого судить! Вы дадите слово сказать или нет?!

Напряжение достигло предела. Никто не хотел отступать в словесном поединке. Руам крепко держался за поручни кресла, чтобы вторично не вцепиться в физиономию собеседнику, а того так и подмывало привлечь к задушевному разговору Гусуму. Правда, оба понимали – сорвись они сейчас, и придется возвращаться к тому, с чего начали.

– Ну говори. – Регадун решил, что ничего страшного не случится, если он даст пленнику высказаться.

– Вы до сих пор ничего так и не сказали про мою работу в Адебгии. Может оказаться, что я не возьмусь за нее даже ради собственного спасения. Что надо сделать-то, в конце концов?

– Необходимо вернуть моего брата домой.

– А кто ваш брат?

– Его зовут Эрмудаг. В мыслях барона и волшебника я на это имя натыкался, полагаю, оно известно и тебе.

– Демон магической чумы?

– Да, в вашем мире его и так называют.

– Так что же вы мне сразу не сказали? Не получается выведать у меня – покопайтесь поглубже в мыслях того же Фергура. Да мы просто мечтаем отправить вашего братца куда подальше! И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше. Там, в Адебгии, сейчас идет настоящая охота за принцем…

– Эрмудагу нельзя встречаться с целителем, – не на шутку перепугался князь.

– Мне говорили, что принц сможет изгнать демона из тела магистра, и он вернется туда, откуда пришел.

– Да, но каким он вернется? – задумчиво вымолвил заботливый братишка.

– Каким? – переспросил Руам. Ему послышалась плохо скрываемая зависть в словах собеседника.

– Не совсем здоровым, – быстро ответил хозяин.

– А откуда вы знаете о целителе, если путь в наш мир заказан? – насторожился сапожник. На миг ему почудилось, что его опять пытаются обмануть.

– Наши привидения способны проникать к вам и возвращаться обратно. Иногда они приносят необходимые мне вести. Только перетащить в ваш мир ничего не могут.

– Это «что-то» – большое?

– Нет, но без него Эрмудага домой не вернуть.

– Нам нужно спешить. Только учтите, что для скорейшего выполнения мне нужны все мои люди. Как вы собираетесь переправить нас в Адебгию?

– Молодой человек, а почему ты решил, что я пойду на твои условия?