Со смертью заодно - Альтс Геймер

К контрольному пункту Серой Магистрали я подъехал в рассветной дымке. Хотя изначально у меня было твердое намерение пройти его до вечерней смены караула и опускания шлагбаума. Но из – за досадного опоздания я вынужден был встать на ночлег буквально за пару миль до поворота к родному Некрополису и провести еще одну романтическую ночь у костра, завернутым в походное одеяло. А Лагату пришлось довольствоваться скудным ужином из трех сбитых магическими молниями лесных «вяхирей». И все из – за двух потерянных часов напротив Лавовой дороги.

Мы неслись привычным темпом размытого пятна. Это не означает, что скорость Лагата была под триста километров в час, как у спортивного болида. Просто я включил режим «призрака». Наш полустертый силуэт являлся для всех окружающих специальным предупреждением: «Внимание! Высокопоставленный некромант очень торопится! Пожалуйста, освободите лыжню, и все останутся целы». Некий эквивалент синего проблескового маячка. Перед Ветвью Инферно на Тракте наблюдалось необычное скопление телег, обозов и всякого нелюда. Реальная дорожная пробка. Полагая, что ко мне данное явление природы никакого отношения не имеет, я лишь пришпорил своего скакуна, летевшего ровно по центру дороги. Периодически из – под копыт Лагата раздавался писк какого – нибудь рассеянного неудачника, и тогда ритм его рыси на секунду сбивался. Кособоко припаркованные телеги он брал, как барьеры, и мы, не снижая хода, поравнялись с Лавовой дорогой.

Каково было мое удивление, когда я увидел там настоящий живой кордон из двух десятков рогатых демонов с рычащими церберами на поводках. Посередине строя инферналов вроде бы оставалось немного свободного пространства, и я направил в этот просвет своего иноходца. Наперерез мне выскочила какая – то нелепая фигура и горизонтально подняла свою опрометчивую руку с требованием остановиться. Когда пыль от нашего экстренного торможения плавно осела на чихающего горе – регулировщика, я, наконец, смог рассмотреть того, кто посмел нарушить мое путешествие.

Игрок. Адское Отродье с неизменным кнутом за поясом. К нему от обочины уже бежало еще одно такое же краснорожее Исчадие. Мое живое препятствие, вдоволь начихавшись и отряхнувши свой элегантный кожаный доспех с россыпью драгоценных бирюлек, оказалось миниатюрной девушкой. Рыжеволосой, достаточно миленькой и абсолютно бестолковой, раз она решилась встать поперек пути Рыцарю Тьмы, мчащемуся в режиме «призрака». Я отключил Скрытность, и над моей головой воссиял золотой нимб сотого левела. Но моя маленькая самопрезентация не возымела никакого эффекта. Новичок? Так и есть. Десятый левел. Но отсутствие жизненного опыта никоим образом не должно означать одновременное отсутствие здравого смысла! Иное дело – второй Игрок. Тут все в порядке. Сорок шестой уровень. В глазах – тревога и предчувствие грядущих неприятностей. Он так торопился добежать до нас в своих неподъемных латах «Кипящего кратера», что его легкие захлебнулись углекислотой, и несколько минут бедняга сипел, не в силах произнести ни слова. Барышня стояла, как засватанная, видимо, соображая, как надлежит действовать дальше, так что мне самому пришлось нарушить повисшее молчание:

– Девушка, вы безрассудно заступили путь герцогу Вокиалу, лорду Некрополиса. Я мог бы и не останавливаться, а просто взмахнуть мечом, и ваша прелестная головка весело ускакала бы в кусты на обочине. Но я прервал свое путешествие. Лишь для того, чтобы сказать вам: «Больше так поступать не следует!». А теперь освободите дорогу!

– Мы проверяем всех путников на Тракте и никому не делаем исключения! Пожалуйста, предъявите ваши охранные грамоты!

От этих слов из легких второго Адского отродья с шумом, похоже, вышел весь воздух. Ну что ты будешь с ней делать? Типичное ребячливое женское упрямство.

– Да будет вам известно, что Сумерки не находятся под юрисдикцией Инферно, и мы, граждане Некрополиса, никому ничего предъявлять не обязаны. И вообще, если ваше заявление носит официальный характер, то оно может быть истолковано нами, как крайне недружественный акт со стороны Ада. Вы отдаете себе отчет в своих действиях?

Лицо опытного мужика приобрело оптимистично синюшный цвет. Он уже продышался и смог вымолвить:

– В лице начальника инфернального кордона приношу герцогу Вокиалу самые глубокие извинения за причиненные неудобства. Моя подопечная, по причине своей неопытности, превысила свои полномочия и проявила излишнее служебное рвение. Она – стажер. Первый день на посту. Покорно прошу простить нас.

Барышня метнула на своего начальника яростно – обиженный взгляд, типа: нафига ты перед ним унижаешься? Да, похоже, тут дело безнадежно. Придется лечить, пока не возникла необходимость оперировать.

– Извинения приняты. В качестве жеста доброй воли я все же покажу вам свою охранную грамоту.

Начальник караула умоляюще приложил руку к груди, давая мне понять, что не стоит трудиться. Но я таки достал из – за пазухи пергамент, по краям которого порхали маленькие голубые искорки. Раскатал его и повернул к инферналам. Они пробежали глазами короткий текст: «Податель сего действует по моему приказанию и выполняет мою волю. Повелеваю предоставлять ему всякую помощь, в которой предъявитель сего документа будет нуждаться. Любое препятствование его действиям карается немедленной смертью и понижением в кармическом ранге на восемь порядков». И залихватская подпись: «Иерарх Овиума Джорней». Внизу его фирменная печать. Оттиск того самого перстня, который Джорней сначала одолжил Браги, а потом реквизировал.

Я честно выдержал паузу, чтобы все пропустили через свой мозг смысл указа Властителя. Восемь порядков – это до микробов. Сиреневая физиономия начальника караула сначала стала вновь красной, а потом сместилась в пепельно – серую область цветового диапазона. До неофитки, кажется, только сейчас что – то начало доходить. Ее брови сошлись домиком на переносице, придавая лицу забавно – сосредоточенное выражение. Потом они взлетели высоко на лобик, а глаза распахнулись в две круглых бессмысленные пуговицы. Я церемонно поклонился и тронул поводья своего коня.

– Очень извиняюсь, герцог Вокиал! Могу ли обратиться к вам с маленькой просьбой? – осведомился начальник караула.

– Что еще?

– В качестве свидетельства дружеских чувств к Сумеркам и лично к вам, а также в порядке ничтожной компенсации за это недоразумение, я прошу герцога Вокиала оказать мне честь и присоединиться ко мне за обедом в ближайшей корчме. «Светляки» как раз установили на небе полдень, и время для трапезы. Там отличная кухня! Вы не будете разочарованы.

– Вы, неверное, заметили по темпу моего движения, что я очень спешу.

– О, я постараюсь вас не задержать. Прошу вас, герцог! В наши края редко заносит таких влиятельных персон. Умоляю вас не отвергать моего приглашения.