Наследство золотых лисиц - Мария Николаева

Сергил продолжал удерживать меня в объятиях даже тогда, когда опустевший стакан занял свое место рядом с графином на прикроватной тумбе. В комнате царили сумерки, но не тяжелые, серые, а те, что обычно предшествуют рассвету.

– Как ты?

Я не шевелилась, не вырывалась, позволяя Саю меня обнимать, делиться столь необходимым мне сейчас теплом…

И не отвечала, не желая никого видеть и слышать.

Как я могу себя чувствовать, утратив последнее, что меня связывало с домом? То, что, возможно, когда-нибудь вновь подарило бы мне то потерянное, уже почти позабытое чувство…

Я так надеялась когда-нибудь вновь увидеть золотую лисичку. Она бы выросла похожей на Нэ, я уверена! И я бы стала ее тенью, ее щитом и мечом, со временем, возможно, даже убедив себя, что все так и было задумано с самого начала.

И вот ее нет… моего лисенка…

Нэ, я все-таки не уберегла. Снова. Сначала тебя, а теперь вот и нашего лисенка.

Слезы обожгли глаза, комок снова подступил к самому горлу. Хотелось выть в голос, но стон словно застрял внутри.

– Али, посмотри на меня. Алияса! – В последнем обращении уже послышались нотки приказа. Ослушаться я не могла. Подчинение Саю было чем-то вроде основного инстинкта: даже не желая – покоришься. – Тебе нехорошо? Больно?

Не веря себе, не полагаясь на голос, я кивнула. Мне действительно было больно. Но совсем не на физическом уровне.

– Ну что ты, маленькая? – Осторожно прижимая меня к себе, Сай успокаивающе погладил меня по голове. – Все хорошо. Все непременно будет хорошо.

Он лгал. Я это знала, но едва ли не впервые в своей жизни мне просто хотелось забыть о логике и рассудке и поверить. Глупое, безрассудное желание, но, задыхаясь от боли и собственных слез, мне не было до этого никакого дела. Зачем мне вообще жить, если больше нечего защищать? Что меня держит в этом мире?

– Али… ну что ты, родная? Хватит, не плачь. – Сай бережно прижимал меня к себе, с осторожной нежностью поглаживая напряженную спину. Я чувствовала тепло его рук сквозь тонкий батист ночной рубашки, слышала успокаивающий мягкий шепот у самого своего уха… Его теплое дыхание касалось моей кожи. Близость Сая туманила рассудок. Я снова сама себе казалась маленькой девочкой, разбуженной очередным кошмаром и нашедшей утешение в кольце отцовских рук.

Вот только этот мужчина не был моим отцом. Да и о кошмарах я не вспоминала до недавнего времени. Я ведь выросла уже. Давно не ребенок.

Осознание этих простых истин позволило мне вновь запрятать раздирающую меня на части боль глубоко-глубоко внутри. Не избавиться, нет, но погрузить ее на самое дно своей души. Обмануть. Спрятать за одной из извечных лисьих масок от целого мира – и себя.

– Можешь отпустить, – все еще глухо из-за только-только отступившего кома в горле произнесла я.

Сай замер на мгновение, чуть отстранился, словно пытаясь рассмотреть выражение моего лица… Не позволила. Гораздо проще спрятаться от всего мира у него на груди. Всего-то и надо, что не поднимать глаз… Вот только надолго ли меня хватит? Сомневаюсь. Нет во мне чисто женского смирения. Нет, не было и не будет. Мне гораздо проще переплавить свою боль в ненависть, чем позволить ей навсегда уйти вместе со слезами.

– Не думаю, – вновь проведя по моей спине ладонью, возразил император. – Ты нуждаешься в этом. Нуждаешься во мне. Как и я – во всем этом. Не ершись. Пожалуйста. Ты просто понятия не имеешь, как сильно я испугался. – Последние слова он произнес едва слышным шепотом. Это было почти страшно. Не должны драконы так привязываться к смертным. – Не могу представить, как бы жил дальше без тебя…

Я невольно искривила губы в горькой улыбке. Разумеется, Сай этого не видел. Но ему и не следовало подобное видеть. Для императора самым важным оказалась моя жизнь… Это естественно, нормально… Он же дракон.

Но для меня самой моя жизнь никогда не была высшей ценностью.

– Мой ребенок… – горько произнесла я, с удивлением осознавая, что не злюсь. Разумеется, дракон кинулся спасать меня, а не его. Вполне обычная реакция в рамках природного эгоизма и инстинктов. Для Сая я ценнее. Что ему чужой ребенок?..

– С ним все нормально. Все эти дни за ним присматривали так, словно он как минимум должен в будущем взойти на престол, – чуть слышно фыркнул он.

Неужели… жив?..

– Правда? – Оторвав лицо от пропитавшейся моими слезами лазурной ткани императорского камзола, я с надеждой посмотрела на Сергила.

Он улыбнулся мне немного устало и нежно.

– Истинная правда. За нашим лисенком присматривают все местные лисички. Никого к нему не подпускают. Даже в сторону кормилиц шипят до того слаженно, что остается лишь диву даваться. Думаю, если бы не необходимость кормления, они вообще бы его с рук не спускали.

Я чуть нахмурилась. Что-то в словах Сая меня насторожило, но накрывшая меня с головой волна облегчения вымыла из сознания какие-либо связные мысли.

Мне удалось сохранить последний росточек древа рода Исэ. Пусть это едва не стоило мне жизни, но это ведь такая малость!

– Спасибо, – едва слышно выдохнула я. – Ты не представляешь, как много для меня сейчас значат эти слова.

– Ну отчего же не представляю? – с легкой обидой произнес Сай. – Очень даже представляю. Я ведь уже говорил: я хочу, чтобы ты и этот ребенок стали моими. Я уже отношусь к вам так. Этот лисенок уже мой сын, понимаешь? Наш сын.

Мне показалось, ведь так? Или?..

– Сын? – непослушными губами спросила я. – Мальчик?

– Мальчик, – со странной усмешкой подтвердил Сергил. – Сомневаешься?

– Но ты же сам сказал, что лисенок, а…

– Лисиц мужского пола не бывает, – вместо меня закончил император.

Я растерянно кивнула. Действительно ведь не бывает! Просто потому, что их истребляли свои же! Да так старательно истребляли, что всех перебили…

– Значит, бывают. Сама же знаешь, лисицы-мужчины умеют менять не только ментальные маски, но и личины. Кто знает, сколько их еще по свету ходит?..

Сай произнес это немного задумчиво, но то, с какой силой впились в мою кожу его пальцы, мне сказало о многом. Здесь и сейчас он думал не о каких-то гипотетических лисицах – о нет! – он размышлял о вполне конкретном мужчине. О том, кто, как он думал, однажды мелькнул в моей жизни и исчез, оставив после себя лишь воспоминания и ребенка.

Драконья ревность всепоглощающа. Я уже успела в этом убедиться, и не раз. Если Сай так легко бросил вызов родному брату, то уж любого другого и вовсе порвет без лишних разговоров.

И вот это уже жутко. Причем не только из-за того, что я сейчас вольно или нет могу случайно подставить кого-то. О нет, к чужим жизням я уже давно отношусь с понятным для наемника безразличием. Гораздо хуже то, что я испытываю, осознавая все это…