Папандокс - Юлия Фирсанова

– Дир, вы собираетесь сделать сову из шнура магией? – вкрадчиво осведомился торговец с легким недоумением. Магом его клиент не выглядел.

– Нет, какая магия? – удивился парень. – Сплету я ее.

Глаза торговца зажглись таким огнем, что будь на его месте, скажем, одна из собачек Бельташ, Дениске, да и не только ему – всем на улице следовало опасаться за свою шкуру. О том, что на веревках вяжут узлы, а из тонких шнуров плетут половики, мужчина знал, но СОВУ?! Да еще сову как дар богу ремесленников? Такого шанса истинный веревочный маньяк упустить не мог. И он насел на парня с расспросами, пообещав сам, первый, скидку на товар. Дениска, не видевший в своем умении никакой коммерческой ценности, охотно показал торговцу на шести шнурках, как будут выглядеть несколько фигурных узлов плетения.

Торговец оказался не только жадным до знаний о применении любимых веревок, но и честным человеком. Возможно, на Вархете, пусть боги и покинули мир, если речь шла о подношении одному из Восьми, жулить считалось себе дороже?

Короче, дир Пинхрат кликнул помощника, а дорогих клиентов пригласил к себе в комнаты. Покидал Дениска лавку с контрактом на отчисление хорошего процента прибыли от изделий, несколькими монетами задатка, а оставлял образцы узлов и все три известные ему по школьному кружку труда схемы плетений: кашпо для цветов, сова и салфетка.

В состоянии легкой оторопи айтишник высыпал монеты на руку и удивленно поделился с сестрой только что пришедшей на ум идеей:

– Свет, а ведь мы сейчас честно заработали деньги! Есть чем Сигета одарить!

– Точно! А ты говорил, что учиться макраме – дурацкая идея! – со смешком припомнила девушка ворчание брата, путающегося с узлами, их очередностью, шнурками и всем тем, в чем можно и нельзя было запутаться в ту страшную пору, когда маленький Дениска вынужден был осваивать искусство плетения.

– Да уж, – крякнул Дэн. – Раньше думал, что поговорку «Учи, все в жизни пригодится» придумали учителя, чтобы получать зарплату, потому и знак интеграла потребен лишь для вынимания ключей из канализации, как в том бородатом анекдоте. А оно вон как вышло.

– Осталось бисер купить. Дир Валт, далеко идти? – обратилась девушка к наемнику.

– Через две улочки, если дира Иргай правильно объяснила. Мне-то иль диру Ригету такие лавки без надобности были, – пожал могучими плечами здоровяк.

– Да уж, тебя за низкой бисера представить сложно, – хохотнул Дениска и с возгласом: – О, кажется, кондитерская по пути! Зайдем? – ткнул в вывеску на другой стороне улицы пальцем руки, свободной от корзины с мотком шнура.

Кондитерской в том смысле, чтобы был не только магазин, а и кафетерий, лавочка не являлась, потому, наверное, в список диры Иргай не попала, зато бочки и лотки со всякой сладкой всячиной в «Сладости для радости» были изобильны.

Глаза любого сладкоежки тут просто разбегались, не зная, за что зацепиться: орешки в меду, изюм, ягоды, леденцы, пастила, печенье…

Полная женщина, сама чрезвычайно похожая на булочку с изюмом (за последний шли черные, коричневые и рыжие родинки, в изобилии усыпавшие ее кожу), хлопотала за прилавком, обслуживая покупателей. Пока она отвешивала орешки мило розовеющей барышне и печенье одной старухе, выглядевшей, как то самое яблоко из бочки с моченкой, Дениска успел облазить не меньше половины лавки. Он нашел-таки нужное: деревянный ящик, очень похожий на хлебный поддон в магазине. В этой таре, аккуратно переложенные пергаментом, красовались аппетитно-коричневые карамельные яблочки, источающие упоительно-сладкий аромат.

– Знаешь, Свет, – Дениска кивком головы указал на находку и сглотнул слюну, – если мы положим в чашу Алхой одно яблочко, вредная тетка нас точно во враги запишет. Такую вкуснятину надо не меньше, чем десятком уплетать, а если ей еще и мужа угостить захочется, то точно на конфликт нарвемся. Вот скажи, – парень переключился на наемника, – ты сколько таких яблок смог бы съесть?

Борш смерил ящик снисходительным взглядом и удивленно переспросил:

– Что тут есть-то? Одно баловство. Ам, и нету.

– Значит, скупаем все и думаем, как десерт преподнести, – энергично свернул обсуждение количества айтишник.

– Может, букет из яблочек сделать? – задумалась вслух Света, подключая креативность, свойственную каждому воспитателю детского сада, вынужденному искать полезные, интересные и не травмирующие занятия для развлечения орды малышей.

– Это как же из яблок да букет? – закудахтала услышавшая последний вопрос продавщица. Она, наконец, выпроводила придирчивую покупательницу, выбиравшую печенье, как гроб к похоронам, и теперь полностью переключилась на новых клиентов, рассуждавших о чем-то невиданном.

– У нас так преподавательнице в институте на юбилей дарили – каждая в бутоне из марципанов, от настоящих роз и не отличить, – рассеянно отозвалась Света. – Тут, понятно, так не сделать, но хотя бы на палочки-черенки насадить из твердой карамели…

– Это еще почему нет? Чтобы я да марципановых цветов не сотворила? – грозовой тучей надвинулась на жрицу трех богов пухлая торговка. – Платите, я вам таких цветов наверчу, лучше живых будут, да только яблоки в карамели тяжелые, не удержат их марципановые лепестки…

– Что, если сделать съедобный букет-корзину, там и подпорки вставим? – подключился к обсуждению Денис.

– Тогда уж блюдо, как пруд с кувшинками, – внесла изменения в проект Светлана.

– Такого не принято, – начала с сомнением лавочница, сама заражаясь кулинарно-экспериментальной идеей, – однако ж интересно, я бы попробовала…

Толстушка буквально загорелась идеей испытать новый экзотический способ подачи товара. Словом, договорились. Достойной дире Кетлеш компания оставила задаток и обещала зайти часика через три. Марципановое тесто у хозяйки было готово, требовалось лишь придать ему форму пруда и лилий, хранящих яблочки. Достойная женщина не взяла с клиентов больше, чем задаток на продукты. Саму работу потребовала оплатить по факту: когда сделаю, увидите, тогда и о цене толковать будем!

Купив кулек с залитыми медом орехами, команда сборщиков даров отправилась в дальнейший путь к лавке с бисером. Стоил он, как заранее предупредил Ригет племяшей, недешево. Но на какие жертвы только не пойдешь, чего не сделаешь ради богов, чтобы они от тебя наконец отвязались и в кошмарах не являлись? Даже на бисер разоришься!

Нужная лавка окон не имела и броских вывесок тоже. Ограничивалась деревянным щитом с мастерски выжженной и раскрашенной изображением тонкой женской ручки, на ладошке которой покоилась пригоршня разноцветного и разноформатного бисера.

Дверь открывалась тяжело и скрипела уж очень характерно. Случайно двери так скрипеть не будут, зато те, которые сигнализируют о появлении чужаков, – непременно.

Никакого бисера внутри лавки не имелось, лишь многочисленные массивные деревянные коробки, коробочки и короба на полках. При появлении клиентов из-за стойки воздвиглась монументальная фигура в чалме.