Семь дней Мартина - Дмитрий Мансуров

— С кем предстоит сражаться на этот раз?

Вопрос не был праздным: несмотря на заверение мага о том, что в следующий раз Мартину попадется мирное местечко с доброжелательными аборигенами, после прилета в указанное место на искателей воды не нападали разве что валуны.

Ящеры были, осоиды — пусть и не такие огромные, как описывала их молва — а вполне нормальных размеров осы, были. Встречались ползучие лианы и хищные деревья — в этом вроде бы спокойном мире оказалось столько опасных существ, что просто диву даешься, как звери умудрялись жить в дикой природе столько лет.

— Ты не поверишь, но на этот счет у меня нет никаких сведений, — объявил Григорий.

— Как обычно, — Мартин удрученно покачал головой: точно такая же фраза звучала и в прошлые разы. Древние записи не содержали никаких сведений о живности на месте катастрофы корабля и создания волшебной воды.

— Я лично провел предварительный осмотр места через тарелку-всеглядку, — пояснил маг, — и получил исчерпывающую информацию: ни зверей ни птиц там нет. Людей тоже нет. Но…, – он сделал эффектную паузу. Мартин понял ее по-своему.

— Там бродят трехметровые пауки и летают метровые стрекозы?

— Не угадал! Там огромное количество скульптур высокого качества.

— То есть? — удивился Мартин. — Свалка скульптур поверженных правителей или музей под открытым небом? Так вот, куда исчезают памятники прошлых эпох.

Скопление раритетов в безлюдном месте — это ли не намек на то, что и там прячется очередной маньяк, который ворует памятники и прячет их? Григорий ничего не видел, но кто знает, не обладает ли любитель скульптур защитой от «волшебного глаза»? Прилетишь туда, и тебя самого не выпустят, пока не изготовят памятник в твою честь? Маньяки бывают разными, в том числе и положительными до умопомрачения. Слишком хороший маньяк — это тоже не лучшее, с чем приходится сталкиваться.

— Ни то, ни другое! — категорично заявил маг. — Я рассматривал лица, и могу сказать, что все эти скульптуры не знаменитостей, а ничем не примечательных людей. Я предполагаю, что эти скульптуры служили своеобразным документом, удостоверяющим личность человека, которому позволено пить волшебную воду. За сотни лет продленной жизни бумага-разрешение рассыплется или порвется, а скульптура из камня простоит тысячелетия практически без изменения. Прибывший за новой порцией волшебной воды человек показывает хранителю на свою скульптуру, тот сличает лица и в случае сходства разрешает выпить новую порцию воды. Между прочим, заметь: скульптуры весьма и весьма качественно изготовлены. Не знаю, что за мастера их создали, но охотно пригласил бы скульпторов в королевство для увековечивания меня в памяти потомков.

— Очередь, Григорий, соблюдай очередь! — раздался уже знакомый Мартину голос короля Агата. — После меня увековечься хоть в портретах из рисовых зернышек, но моя скульптура будет изготовлена первой. Мартин, — вежливо приказал король, — узнаешь что-нибудь о судьбе скульптора — щедро вознагражу. А если привезешь его в королевство — выполню любое твое разумное желание!

— Сделаю все, что от меня зависит, — пообещал Мартин. — Но не забывайте, господа, что я ищу волшебную воду, а не скульпторов с волшебными руками. Григорий, там точно безопасно?

— Мертвая тишина, — заверил его маг. — Край заброшен, судя по всему.

— Это меня пугает еще больше, — поделился Мартин своими опасениями. Но отказаться от полета нереально: вода должна быть именно там. — Что случилось с хранителем, который сравнивает лица, как ты говоришь?

— Этого я не знаю, — маг развел руками: в старинных записях так и не нашлось ни слова о том, почему люди перестали пользоваться волшебной водой. Про скульптуры и хранителей, сличающих лица, там тоже ничего не было написано, но раз памятники стоят, то они должны для чего-то предназначаться. — По крайней мере, к вечеру мы будем точно знать, что к чему, и откуда взялись скульптуры.

— Мне нужна только вода, — заявил Мартин. С древними загадками пусть разбираются другие, и без этого проблем хватает. — Остальное подождет.