Судьба Тирлинга - Эрика Йохансен

Жавель почувствовал, как его тянут за штанину, и посмотрел вниз, обнаружив, что на него смотрит какая-то девчушка. Она была совсем крошкой, не старше трех лет, но ее глаза были совсем взрослые. Жавель постарался не обращать на нее внимания, но она продолжала тянуть за штанину с решимостью на лице, и в итоге он наклонился и спросил: – Чего тебе, дитя?

– Страж Ворот, – прошептала девчушка, и голос ее тоже не сочетался с возрастом; тон был насмешливый, и отчасти знакомый.

– Да?

– Ты все еще можешь быть полезен.

Жавель отшатнулся, но девочка уже отпустила его штанину. Она поковыляла к той женщине, Андали, и взобралась к ней на руки. Они посмотрели друг на друга, словно беседуя без слов, и по спине Жавеля прошла холодная дрожь. В последние дни он так торопился, что и думать забыл о выпивке, но сейчас, казалось, отдал бы все на свете за стакан виски. Или за десять.

Ритмичное бряцанье эхом разносилось под их ногами, и Арлисс покачал головой.

– Ворота не смогут держаться вечно. Нам придется закрыться в этом крыле.

Андали кивнула.

– Нам нужна мебель. И потяжелее.

Вспомнив о тяжелом шкафе, стоящем в его комнате, Жавель бросился туда. Но замер в дверях, пораженный жалким видом кучки вещей в изножье кровати. С собой в Мортмин он взял совсем немногое, решив ничего в доме не трогать, чтобы Элли, вернувшись, увидела, что ничего не изменилось. Сейчас эта мысль вызвала у него улыбку, но улыбку полную холода. Его прошлая жизнь исчезла, канула в небытие, и эта жалкая кучка вещей была тому подтверждением.

«Страж Ворот», – голос девочки и голос Дайера звучали в его голове.

– Я был им, – ответил Жавель почти безразлично. Он был Стражем Ворот, и неплохим, более десяти лет. Отправляться на работу каждый день, на важную и нужную работу, выполнять ее хорошо… это было почетно. Но человек, пожираемый чувством вины за прошлые ошибки, не мог понять этого. Жавель наклонился к вещам, поднял свой меч и уставился на него, чувствуя, словно стоит на краю пропасти.

«Полезный».

Он развернулся и прошел по коридору в большой зал, где стоял трон Королевы. Когда он завернул за угол, то увидел, что Стражи уже готовятся баррикадировать огромные двустворчатые двери тяжелой мебелью, выстроившейся вдоль стен.

– Стойте! – выкрикнул Жавель. – Дайте мне пройти!

– Тебе не стоит туда ходить, – сказал Дэвин. – Там толпа, человек двести, да еще и мортийцы.

– Я – Страж Ворот, – возразил Жавель. – Дайте мне пройти.

– На смерть. – Дэвин четырежды стукнул в дверь, затем поднял засов и открыл створку, чтобы Жавель мог проскользнуть.

– Мы не сможем пустить тебя назад! – крикнул Дэвин ему вслед.

– Ясно, – пробормотал Жавель. Здесь таран был слышен отчетливее – размеренные удары, от которых тряслись стены. Пыль осыпалась с потолка, кружась в свете факелов, как снежинки. Когда Жавель спустился по лестнице, от ударов тарана клацали зубы, и каждый удар сопровождался металлическим лязгом железа, бьющегося о дерево. Часть Жавеля, жалкая, слабая часть, привыкшая прятаться от проблем на дне кружки, хотела вернуться назад, поскорее кинуться вверх по лестнице.

– Нет, – прошептал он, пытаясь убедить самого себя. – Я все еще могу быть полезен.

Добравшись до первого этажа, он побежал по главному коридору, то и дело встречая по пути напуганных слуг Цитадели.

– Сэр, что происходит? – спросила пожилая женщина.

– Осада, – ответил он. – Бегите на верхние этажи и прячьтесь.

Она тут же исчезла.

Жавель снова завернул угол и увидел, что Стражи Ворот начали замуровывать проход. Это был тот самый случай, к которому их готовили, и рядом со сторожкой была маленькая кладовая со всем необходимым. Одни стражи сновали взад и вперед между воротами и кладовой, таская кучи кирпичей, а другие уже начали укладывать их в три ряда и скреплять раствором сразу за баррикадой. Жавель с облегчением узнал двоих из них: Мартина и Вила.

Когда он подошел, Вил выпрямился, сжимая в руке мастерок.

– Жавель! Что…

– Что происходит? – выкрикнул Жавель. Таран так грохотал, что от этого звука, казалось, сотрясается позвоночник.

– Они появились из ниоткуда! – крикнул в ответ Вил. – Мы закрыли ворота, но не успели поднять мост! Не успеваем замуровать ворота, они столько не продержатся.

Жавель кивнул.

– Дай мне работу, Вил!

– Я думал, ты теперь в Страже Королевы!

– Я – Страж Ворот! – крикнул в ответ Жавель. – Дай мне работу!

Вил пристально посмотрел на него и сказал:

– Мне нужен еще один человек на раствор! Гилл уже в кладовой. Иди!

Жавель с улыбкой кивнул, потому что этот простой приказ стал для него чем-то вроде благословения. Он пристегнул меч к поясу, хлопнул Мартина по спине и отправился работать.

* * *

Айса скрючилась в расщелине, сжав в руке нож.

Она была грязной, покрытой копотью тоннелей, и чуяла, что от нее пахнет застарелым потом и плесневелой сыростью, которая, похоже, царила здесь повсеместно. Ее рука тупо ныла из-за пореза, который она заработала вчера. Но песня битвы была сильнее всего остального; она звенела в ее крови.

Мерритт стоял чуть позади нее, а углубление с другой стороны тоннеля заняли братья Миллеры, едва заметные в свете факела.

На шее Дэниела красовалась повязка; он заработал чудовищный ожог, когда испугал женщину, жарившую цыпленка в горшке с кипящим маслом. Она швырнула в него горшок и попыталась сбежать, прихватив своих подопечных, двух мальчиков и трех девочек, каждый младше десяти лет. Детей удалось отнять и вывести наверх, во временный лагерь, который разбили в Кишке. Но женщина исчезла в темноте. Другой сутенер, мужчина, пытался зарубить Кристофера лопатой, и в итоге лопату эту ему вогнали между ребер. Айса не знала, были ли братья Миллеры обычными кейденами, да ее это уже и не интересовало. Она собиралась присоединиться к ним во что бы то ни стало.

Но до исполнения этой мечты было еще далеко. И первым шагом к ней, который она могла сделать уже сейчас, было заставить их воспринимать ее как оружие для этой охоты.

Кристофер выглянул на свет, указав на Айсу. Мерритт подтолкнул ее в спину.

– Теперь ты, девочка. Покажи нам еще одно представление.

Айса сунула нож за пояс штанов и прикрыла рубашкой. Затем глубоко вздохнула и выскочила в главный тоннель. Он был широким, футов двадцать в поперечнике и еще двадцать до свода потолка над головой. Вода сочилась из трещин в стене и стекала на пол, образуя лужи. Айса решила, что они где-то недалеко от крепостного рва Цитадели, а может даже и под ним.

Впереди тоннель разветвлялся на три поменьше, каждый из которых тонул в темноте. В одном из них прятались несколько человек, сутенер и его клиенты, а с ними не меньше десятка детей. Айса и кейдены не первый день выслеживали их в этом подземном лабиринте. Верхние уровни освещались светом десятков факелов хоть и тускло, но постоянно; а здесь, внизу, был лишь тот свет, что они принесли с собой. Айса подняла свой факел повыше, но все равно ничего не смогла разглядеть ни в одном тоннеле, кроме темных, как разверстая пасть, входных отверстий.