Слово павшего - Дарья Гущина

Печка, слава богу и спасибо Серафиме, оказалась достаточно теплой. Поворошив кочергой раскаленные докрасна угли и быстро раздув огонь, я в который раз горько пожалела об отсутствии сигарет, поставила на плитку тяжелый чайник и присела на стул. Дух огня, он же зайтан, сплошь состоявший из мелких язычков пламени, выглянул из печи и неодобрительно покачал головой. Да-да, сама знаю, как похудеть, объедаясь на ночь… Но если я есть хочу! И плевать мне на все диеты! Вон, выгонят меня скоро из башни дела делать, тогда и приду в норму, а так – когда еще поесть нормально получится? То-то и оно.

Зайтан, вздохнув, вернулся в печку, растворившись в огне. Туда ему и дорога… После того как вчера Яти целый день заставляла меня учить названия духов, я готова их проклясть. Нет, я, конечно, понимаю, мне тут придется какое-то время жить – но лишь недолго!

На кой мне ради пары-тройки дней зубрить десятки ненужных имен и названий? Вот и я считаю это странным. И вообще подобные нудные сведения лучше получать на практике. Куда проще – встретил, увидел, запомнил. Альва и вайша я теперь век не забуду, ну, зайтана еще запомнила в связи с частыми пожарами, случающимися на равнинах, ну и леками – духа воздуха… а кого мне тут еще надо? Горного или болотного духа? А зачем, если тут ни гор, ни болот природой не предусмотрено?

Я фыркнула про себя и отправилась на поиски кружки. Нет, выучить их названия мне все равно пришлось, хвостатая поганка не отставала от меня ни на минуту. А заодно и заставила зазубрить ритуальный разговор, родовые приставки к именам и много чего еще. Черт возьми! Это я рассердилась, вспоминая вчерашнее, и в пылу гнева случайно смахнула с полки любимую чашку Серафимы… А она, упав на пол, разумеется, разлетелась на мелки кусочки по всей кухне. Сделать мне ученица Магистра ничего не сделает конечно же, но… Еще дорожного пайка в отместку лишит и не накормит перед отъездом.

Подумав, я воровато огляделась по сторонам, метлой собрала осколки в кучу и с помощью совка отправила их в печку. Вот и все, и ничего страшного не произошло, а ежели что – так это не ко мне… А кто решит, что ко мне, тому мало не покажется! Налив себе чаю и отыскав в буфете случайно забытую Серафимой краюшку хлеба, я заперла дверь и поспешно ретировалась с места преступления. Не пойман – не вор. Даже если обзывать вором здесь в принципе больше некого.

В своей комнате я закрылась на замок и несколько минут размышляла, накладывать защитное заклятие или не стоит. С тех пор как я узнала о полезной стороне своей магии, я постоянно думала, где бы еще ее применить и на чем потренироваться. И этот случай решила не упускать. Мало ли, вдруг после таинственного исчезновения кружки ученица Магистра все же придет в ярость и побежит мстить. Она больше меня раза в два, а боец из меня, сами понимаете, аховый. Но – дабы невзначай не навредить, шибко опасного я ничего не придумала: так, в своем стиле, доброе и пакостливое.

– Чтоб на того, кто откроет дверь, ведро холодной воды вылилось!

Над дверью на невидимых веревках послушно закачалось вышеупомянутое ведро. Самое главное в моих заклятиях – подобрать верные слова. И не только так, чтобы оно прозвучало как проклятие – важно и подобрать к некоторым словам уточнение. Вот, например, если я не уточню, какой именно должна быть вода – вошедшего может ошпарить кипятком.

Сию простую истину я поняла, когда после ухода Магистра искала посланные в комнату папки. Я велела им быть у меня в комнате – но ведь не уточнила, где именно! Одна папка отыскалась под кроватью, вторая – под матрасом, третья – и вовсе в самом нижнем ящике комода под горой чистых листов… Благо, больше предметов обстановки не нашлось… Мы с Яти потом долго думали, почему так получается, и пришли к дружному выводу, что вложенный в позитивное заклятие негатив должен где-то реализовываться. А лучшего применения его, чем в подобных подлостях, и придумать нельзя.

Пока я тренировалась, чай успел благополучно остыть, а дождевая вода – просочиться сквозь оконные щели и вплотную подобраться к летописям. Чертыхнувшись, я побежала спасать бумажки, быстро перетащив их на кровать и для профилактики отодвинув от окна стол. Чай за это время остыл окончательно, до комнатной температуры, а опять идти его разогревать… чревато неприятными последствиями в виде висящего над дверью ведра. Я огорченно вздохнула.

Не везет, так не везет!

Я уныло посмотрела на бесконечный дождь, медленно пережевывая хлеб. Проклясть дождь, что ли, а вдруг перестанет? С другой стороны, тогда не будет повода лишний день отдохнуть и поспать в нормальной постели. Не, пока я еще только осваиваю новые способности, лучше не стоит и пытаться, а то испорчу все, и у Магистра появится еще один хороший повод отомстить мне. Но ей, кажется, и повода никакого не надо…

– Опять лентяйничаешь? – проснувшись, сурово вопросила Яти, жутко сверкнув янтарными, светящимися в темноте глазами.

От испуга я подавилась хлебом и едва не свалилась с кресла. Закашлявшись, я расплескала на себя полкружки чая (слава богу, он успел остыть) и укоризненно посмотрела на свою хвостатую собеседницу:

– Хочешь поговорить, так зачем же пугать? Сколько тебя еще просить можно – предупреждай, когда просыпаешься!

– Как? – с интересом осведомилась ящерка.

– Как хочешь! – отрезала я и сделала вид, что ее первый вопрос не слышала.

– Не увиливай, – строго заметила Яти. – Почему ты не занимаешьс-ся?

– Испортить себе зрение в такой темноте? – возмутилась я. – Не хочу, не буду и не заставите!

– Ты уверена? – В приторно-ласковом шипящем голосе отчетливо проскользнули ядовитые нотки.

– Отстань, – привычно огрызнулась я.

– И не подумаю.

Я прикинулась чайником и тупо уставилась на стену, нервничая под ее пристальным взглядом. Зараза тоже имела противное свойство так смотреть, что становилось не по себе…

– Касс-си!..

Я в танке, я в танке, я в танке, я в…

– Касс-сандра!

– Не смей меня так называть! – взвилась я.

– Тогда учи дальше, – непоколебимая ящерка, похоже, готова была стоять на своем до последнего.

Я скорчила рожицу и неохотно повиновалась. Вновь пересела за стол, зажгла еще пару свечей и принялась вяло просматривать очередную летопись испытанным филологическим методом: через три страницы по диагонали. В данном случае – через три абзаца, но все равно по тому же принципу.

Однако подлая ящерка и не думала останавливаться на достигнутом.

– Перес-сказывай, – потребовала она, когда я закончила читать и отложила свиток в сторону.

– Детский сад, штаны на лямках, пятый класс, вторая четверть… – недовольно проворчала я. – Не буду!

– Потому что ничего не запомнила? – уточнила Яти. – Перечитывай.

Я рассердилась, отшвырнула свиток в дальний угол и пригрозила, что сейчас прокляну летописи, а сама выброшусь в окно. А оставшимся от меня мокрым местом они с Магистром вольны распоряжаться по своему усмотрению и командовать, сколько душе угодно.