Доминика из Долины оборотней - Оксана Чекменёва

– Казалось? – нахмурился Дэн. – Тебя и там нашли?

– Нет. Всё намного банальнее. Про моё проклятье семья знала, но посторонним не рассказывала. Дети были ещё малы, и не ходили в школу, так что проболтаться не могли, а взрослые не стали бы. Но... Однажды моя кузина заболела. Тяжело. Крупозное воспаление лёгких...

– И тебя попросили помочь, – понимающе кивнул дядя Гейб.

– Да. Я не хотел, но... На меня давили. Морально. Напирали на родственные чувства, на то, что меня приютили и кормят. И хотя я не был нахлебником и вкалывал на ферме наравне с остальными – мне сказали, что я им должен. И я согласился. Я вылечил девочку, при этом сам провалялся в постели несколько недель. За мной ухаживали, мне были благодарны, но осадок остался. А спустя ещё месяц заболел их младший сын. Ничего страшного, банальная простуда – сопли, кашель, небольшая температура. Дети болеют постоянно. Неприятно, но никакой опасности.

– И тебя снова попросили его вылечить? – понимающе кивнул Роб.

– Нет, – покачал головой Кайл. – Я ждал, что попросят, но не попросили. А ночью я проснулся от чьего-то прикосновения. Жена дяди стояла возле меня с малышом на руках, прикладывая его ладошку к моему плечу. И я понял, что мне даже выбора не дали. И ещё – это никогда не закончится. Конечно, мне было жаль детей, но их у дяди с женой уже было трое, ждали четвёртого и, похоже, останавливаться на этом они не собирались. А это значило, что все детские болезни и травмы будут моими. А может и не только детские. Это же так просто – подойти и дотронуться до меня. Соблазн велик. В общем, утром я позвонил отцу, и он забрал меня. Оказалось, что он платил этим, с позволения сказать, родственникам, за моё содержание, и неплохо платил. А я-то был уверен, что отрабатываю стол и кровь, вкалывая на их ферме. В общем, мы уехали.

– Но почему отец отвёз тебя к таким непорядочным людям? – удивился Дэн.

– Потому что все остальные родственники жили в городах, эти единственные жили уединённо. Оказалось, отец не так уж и хорошо их знал.

– Видимо, это лучшее, что он смог тогда придумать, ведь действовать нужно было быстро, – рассудительно заметил дядя Гейб. – Но что произошло дальше? Ты вернулся домой?

– Нет, туда было нельзя. Мы остановились на какое-то время в мотеле, пока я не поправился, а потом отец пристроил меня сторожем в летний скаутский лагерь. Вне сезона там никого не было, и это меня вполне устраивало. За последующие три года я довольно много кочевал – устраивался на работу в такие вот безлюдные места – сторожем, лесником, пастухом. Пока за мной не приехали... не знаю, как давно. Какое сегодня число?

– Двадцать восьмое октября, – ответил Дэн.

– Меня забрали в начале июня, – вздохнул Кайл. – Сегодня я увидел небо впервые за четыре с половиной месяца.

– А я – за семь, – негромко произнесла Эбби.

Она и Ричард сидели немного дальше от нас, сгрудившихся вокруг Кайла, они о чём-то негромко переговаривались, или просто молча сидели, обнявшись, глядя в окно. Но, видимо, нас всё равно слышали.

– Меня забрали десятого сентября, – вздохнула Стейси. – Я хорошо запомнила. Мне одна из воспитательниц сказала на прощанье: «Запомни этот день. Сегодня начинается твоя новая жизнь».

– Не соврала, – фыркнул Роб.

– Так она же думала, что меня взаправду усыновляют, – пожала плечами девочка. – А небо я видела. В моей комнате было окно.

– Детей содержали немного лучше, – сказала Рэнди. – Окна, игрушки, Вэнди рассказывала, что рисовала. Вот только конец один...

– Тшшш... – дядя Гейб тут же затянул сидящую рядом с ним Рэнди к себе на колени и закутал в объятия. – Они будут наказаны. И никогда больше такого не сделают, клянусь!

– Подъезжаем! – воскликнул водитель, и я впервые выглянула в окно. Наш автобус ехал по безлюдной местности вдоль высокого забора.

– Где мы? – спросил Пирс. Все остальные тоже стали с любопытством оглядываться.

– Подъезжаем к аэродрому, – пояснил водитель. – За этим забором стоят частные самолёты, наш в том числе.

– А как мы попадём в самолёт? – спросила я. – Мы же не сможем пройти паспортный контроль. У нас же не у всех есть документы. Да и видок тоже не самый презентабельный.

Я огляделась. Полуголые и босые гаргульи. Оборотни во всем чёрном и в бронежилетах до кучи. Пленники – кто-то в черных «пижамах», кто-то в медицинских костюмах, родители и брат Паулы в тапках, остальные – тоже босиком. И, как финальный штрих – малышка Стейси в огромной мужской футболке. Да нас в аэропорт просто не пустят, арестуют, как подозрительных личностей.

– А кто сказал, что мы все будем проходить паспортный контроль? – хмыкнул Дэн.

– Не волнуйся, Солнышко, на самолёт можно попасть разными путями, – Фрэнк поцеловал меня в макушку, потом поднялся со мной в объятиях и направился к дверям автобуса.

– А камеры? – не удержалась я.

– Им нас не засечь, только автобус. Но, в любом случае – они отключены. У нас есть где-то десять минут, пока сюда не придут ремонтники. Нам столько и не нужно, управимся за пару секунд. Все готовы?

– Да, – раздалось дружное за его спиной. Оглянувшись, я увидела, что гаргульи и оборотни вновь взяли людей на руки и выстроились за нами в проходе.

– На старт. Внимание. Марш отсюда! – скомандовал водитель и открыл дверь. Вихрем вылетев из автобуса и перепрыгнув высоченный забор, мы за долю секунды промчались по взлётному полю и запрыгнули в открывшуюся дверь стоящего неподалёку лайнера.

Я огляделась. Мне уже доводилось летать на самолёте дяди Гейба, так что обстановка была мне знакома, а вот люди едва ли не с открытыми ртами оглядывали шикарную обстановку, больше похожую на гостиную, со всеми этими креслами, столиками и диванами. Фрэнк тут же уселся на одно из удобных широких кресел, сделанных на заказ под гигантские фигуры оборотней, уже привычно устроив меня на коленях. Ричард с Эбби расположились у стены напротив, словно наше зеркальное отражение. Пирс уложил Кайла на диван и велел лежать. Итальянцы кучкой уселись на другом диване, а Стейси, которую Рэнди опустила на пол, стала в восторге бегать по салону, с восхищением рассматривая обстановку и выглядывая в иллюминаторы, ловко маневрируя между огромными мужчинами. Я рассеянно наблюдала за ней, прижавшись щекой к груди Фрэнка и начиная клевать носом.

– Извини, Солнышко, но это обезболивающее имело лёгкий снотворный эффект, – услышала я над головой.

– Ничего, всё равно лететь долго, – пожала я плечами, не имея ничего против сна во время перелёта. Тем более, что на место мы прибудем глубокой ночью.

В это время Стейси добралась до двери, которая, как я знала, вела в коридорчик, из которого были выходы в санузел и в расположенную в хвосте спальню. Проскользнув в незапертую дверь, девочка тут же вынырнула обратно, испуганно шепча Рэнди:

– Там люди!

– Всё в порядке, – с улыбкой успокоил её Дэн. – Это наши родственники, и пришли они с подарками.