Варвара и драконий хвост - Ирмата Арьяр

Я приоткрыла один глаз. Король Даэрта (рыжий! кто бы мог подумать?!) выдал меня Артуру. Как он вообще заметил, что я не сплю? Мало того, что от мужчин меня отделяла черная непроницаемая стена, так я даже дышать боялась, лежала как мышь. А мне, между прочим, невыносимо хотелось пить.

–  Варя, как ты себя чувствуешь? – позвал меня мессир, и от искреннего беспокойства в его голосе у меня уши заалели.

Стыдно-то как … я ведь наглым образом подслушала их с братом разговор!

– Нормально, спасибо, – ответила я и, сев на кровати, уставилась на свои колени. Смотреть Артуру в глаза мне не позволяла совесть.

Так и сидела, пока ботинки его высочества не оказались прямо перед моими глазами, а потом и не только ботинки – мессир уселся на корточки и пытливо заглянул мне в лицо.

– Что такое, почему ты отворачиваешься? – напряженно спросил Артур.

Всё. Надо брать себя в руки. Подумаешь, наклюкалась зелий! Так я из лучших побуждений, для успокоения себя и моральной поддержки Мирены. А то, что я услышала не предназначенный для моих ушей разговор, тем более не моя вина! Я прямо посмотрела в синие глаза Артура и, демонстративно прикрыв ладонями рот, ответила:

– Не хочу вызвать у тебя приступ аллергии!

Принц недоуменно хлопнул ресницами, опустил голову и затрясся от беззвучного хохота.

– Ты слышала наш разговор, – отсмеявшись, покачал он головой, а затем сощурившись, взял меня за руку и уточнил: – и что ты обо всем этом думаешь?

Я вздохнула и честно ответила:

– Я думаю, что Исолиана Рудоли слишком сильно походит на Изольду Рудольфовну, чтобы быть простым совпадением, и выходит, что вы, мессир, сжульничали.

– Ничего подобного, – хитро улыбнулся дракон. – Я всего навсего грамотно использовал информацию.

– И давно ты догадался?

– О том, что твоя Рудольфовна непростая птица? Как только начал слышать её мыслеречь. Меня сбило с толка лишь то, что она действительно считает себя вороной.

Я потерла виски. Зелья, успокоительные и не только, имели побочный эффект, как и любые лекарства. В моём случае эффект этот подозрительно напоминал банальное похмелье.

– Уже не совсем так. Мы с Мирой решили, что она стратегическая драконья разработка, и ей об этом рассказали.

– Сейчас помогу, – вдруг сказал Артур и, положив свободную ладонь мне на лоб, создал вокруг меня кокон из темного пламени.

Я  зажмурилась, чувствуя, как уходит головная боль, и неприятное ощущение во рту сменяет травяной привкус. На все случаи жизни антидот. Огонь этот я с самого первого раза, еще там, на площади у королевского дворца, ощущала теплым ласковым ветерком, но зрелище было не для слабонервных.

– И в каких же целях эта разработка была создана? – убрав руку, с улыбкой уточнил Артур,  – Прицельный обстрел врагов с высоты полета? Стратегический “карр” на поражение?

– Очень смешно, – мне почему-то стало обидно, и я забрала из руки дракона свою ладонь. – Нет, я решила, что именно из-за неё я понимаю твою мыслеречь.

Мессир взял меня за подбородок и поцеловал. Легко и как-то слишком быстро, но даже этого хватило, чтобы напрочь меня дезориентировать.

– Нет, мою мыслеречь ты понимаешь потому, что любишь меня, – огорошил меня дракон. – Хотя, допускаю, что ваше общение с Изольдой способствовало развитию у тебя ментального навыка.

Меня бросило в жар. Значит, Артур давно догадался не только о вороне, но и о моих чувствах. Наверное, даже раньше чем я. Еще бы, сколько таких влюбленных он уже повидал! 

– А Изольда? – выдавила я. Голос дрогнул, но я была полна решимости не дать себя сбить даже такими провокационными заявлениями. – Почему ворона? И что она делала в моем мире, если на самом деле дракон? Почему я её понимаю?

– Сложно сказать, почему ворона, для начала неплохо бы спросить у неё. Вдруг она что-то вспомнит. А понимаешь ты её, потому что заколдованная драконица, судя по всему, приняла тебя как своего детеныша, – будто между делом сообщил дракон. – Редкое явление среди нас, но случается.

“С птенца подобрала”, – вспомнила я её слова и… с языка все-таки сорвалось:

– Значит, я люблю тебя?