Хаос времён года - Эль Косимано

«Отпустить тебя было нелегко. Могу только надеяться, что это решение окажется правильным».

Не обращая внимания на боль, я встаю на колени прямо на битое стекло и начинаю копаться в мусоре.

– Джек, – шепчет Кай, – что ты делаешь?

Я переворачиваю книги и бумаги, отодвигаю упавшую лампу.

– Ее здесь нет.

Надежда растет во мне, когда послание Лайона начинает обретать смысл.

– Что бы ты ни искал, Дуг, вероятно, уже это уничтожил. И если кто-нибудь из его Стражей застукает нас здесь, мы определенно будем следующими!

Я отодвигаю в сторону пустые ящики и разбросанные папки Лайона.

– Да я не о шаре, а о его подставке. Подставки-то нет!

Круглая бронзовая платформа, на которой держался мой шар… Я нигде ее не вижу. Если бы Дуг разбил шар, подставка была бы здесь.

Нетерпеливо фыркнув, Кай отлепляется от дверного косяка и опускается на колени в нескольких футах от меня. Звенит стекло, шуршат бумаги.

– Будь добр, объясни мне, почему мы рискуем жизнью, разыскивая пресловутую подставку?

– Потому что, как мне кажется, ее здесь нет.

Кай перестает рыться в завалах и, присев на корточки по другую сторону стола, рукавом откидывает потные волосы со лба и пристально смотрит на меня.

– И какой во всем этом смысл?

– Я не думаю, что Дуг разбил шар. Мне кажется, это сделал Лайон. – Даже если Лайону не удалось увидеть в оке события дальше собственной смерти, он не мог не понимать, что при Дуге Обсерватория погрузится в хаос, а прятать что-то всегда проще в беспорядке. – Полагаю, что он сам разбил шар и освободил мой дымный туман, а затем спрятал подставку, чтобы Дуг не понял, что это такое, когда явится сюда с обыском. Если мой дымный туман на свободе, у меня есть шанс его отыскать.

И как только я это сделаю, стану достаточно сильным, чтобы вытащить отсюда Флёр и Чилла.

Кай исчезает за столом. Тихий скрип сменяется глухим стуком.

– Ого, – шепчет она.

– Что там такое? – Обхожу стол кругом и вижу: Кай, склонилась над квадратной вырубкой в полу, а рядом с ней откинута деревянная панель.

– Потайной ход. – Она включает фонарик и светит в дыру. – Должно быть, он ведет в покои Геи.

– С чего ты так решила?

Она замирает и, несколько раз открыв и закрыв рот, пожимает плечами.

– Просто… ну, знаешь… слухи. После того как Гея и Лайон бежали из Обсерватории во время восстания, ходили разные предположения. Если они действительно были тайно влюблены друг в друга и долгие годы планировали быть вместе, то у них должен был быть способ встречаться без ведома Майкла, верно? Держу пари, что так оно и было.

Кай чересчур поспешно поворачивается к проходу, как будто ей некомфортно смотреть мне в глаза. Она наклоняется над отверстием, одной рукой схватившись за край, а другой держа фонарь. Вдруг ее ладонь соскальзывает, и я хватаю ее сзади за джинсы, не давая провалиться, и рывком ставлю на ноги. Под моим кулаком шелестят какие-то бумаги.

– Что это? – спрашиваю я, ловя толстую стопку сложенных листов, выскользнувших из ее заднего кармана.

– Ничего.

Она тянется через меня, отчаянно пытаясь вернуть бумаги, но при ее низком росте и моих длинных руках сделать это ей не удается, и через мгновение я разворачиваю свою добычу. Сначала я не могу понять смысл наброска: середину страницы пересекает крест, по краям листа указаны стороны света. Идеально прямые линии делят пополам лабиринт более мягких изгибающихся, разветвляющихся линий. Туннели. Их десятки. С указанием узких винтовых лестниц, явно тайных, и выполненными почерком Лайона подписями.

– Это же карта катакомб. – Я пробегаю глазами по аккуратно нанесенным отметкам Лайона. Бумага тонкая, чернила выцвели от времени, а складки стерлись. – Где ты это взяла?

– Это мое, – говорит Кай, все еще протягивая руку. – Лайон дал.

– Когда?

– Давным-давно. Верни же!

Я поднимаю карту повыше, чтобы Кай точно не достала, и свет из коридора падает на бумагу, просвечивая ее и являя моим глазам другие едва заметные знаки. К складкам первого листа прилип второй, и я осторожно разделяю их. Вторая карта мне знакома, полна привычных ориентиров: в центре находится Перекрестье, Центр Управления под Восточным крылом, а Архив – под Западным. На севере и северо-востоке обозначены два просторных помещения, одно с надписью «Покои Кроноса», другое «Покои Геи».

Тонкая пунктирная линия соединяет покои Геи с пространством под Зимним крылом, недалеко от того места, где мы стоим. Держа обе карты на весу, я сопоставляю их по линиям сгибов, накладывая одну на другую, и обнаруживаю четыре линии, сбегающие с концов страницы – по одной в каждом крыле, – помеченные как аварийные пути эвакуации.

– Вот как ты нашла выход, когда удрала от Дуга, – говорю я, прослеживая выходы. Это те самые туннели, которые я искал годами – те, за поиском которых меня поймал Лайон, зная, что я отчаянно хочу найти их. – Почему ты не сказала мне, что у тебя есть карта? – Если уж на то пошло, почему этого не сделал Лайон?

Я наклоняю страницу так, чтобы прочитать пометки и примечания Лайона. Прямо под Центром Управления есть лестница, ведущая в коридор, по обеим сторонам которого расположено около дюжины небольших квадратных комнат. Камеры предварительного заключения.

Я поворачиваюсь к Кай лицом, остро ощущая висящий у нее за спиной лук.

– Ты уверяла, что понятия не имеешь, где Дуг держит Флёр. Почему ты скрывала от меня вот это?

Кай отстраняется, ее рука сама собой тянется к колчану со стрелами. Ее глаза широко раскрыты, на щеках следы пещерной грязи. Лайон доверял ей. Доверял настолько, что вручил карту, о существовании которой мне ни словом не обмолвился. Почему так? Что еще они скрывали от меня?

– Кем ты ему доводилась?

– Кем-то, кто мог бы тебе помочь.

– До или после того, как ты меня застрелила? – Я наступаю, загоняя ее в угол и заставляя вздрогнуть. – Кем ты была для него, когда он дал тебе эту карту?

Она упирается пятками в стену.

– Я чувствовала себя потерянной, как и ты! Мне было одиноко и страшно, и я просто хотела быть со своей сестрой. Лайон передал мне эту карту, и я решила, что он сможет нам помочь, но ошиблась.

Ее признание кажется мне неубедительным, как будто она что-то скрывает.

– Чего ты недоговариваешь?

– Ничего. – Кай судорожно вздыхает, как будто с трудом сдерживая слезы. – Я облажалась. Лайон дал мне карту, потому что доверял мне, а я предала его доверие, вступив в гвардию Майкла, и теперь пытаюсь это исправить. Я пытаюсь помочь тебе. Это все.

– Если ты так жаждешь помочь мне, почему ни словом не обмолвилась о карте?