Рыцарь Огненной кавалерии - Никита Киров

Работники обедали у костра, обсуждая новости.

— А ведь святой отец прав. Тока пришли нордры, так сразу убили девчушку.

— Но Ингвар тож нордр, а он нормальный мужик.

— Говорят, он не стал связывать убийцу.

— Я слышал, как кто-то говорил, что капитан сказал тому нордру, что отпустит его.

— Ну этому не бывать!

— Святой отец сказал, что…

— Привет, ребята! — девушка помахала рукой.

— Привет, Ани! — хором ответили работники.

— Давно тебя не видел, — худой мужчина поднялся и улыбнулся. — Совсем не приходишь.

А ведь это тот самый пьяница, что вчера чуть не проломил голову Людвигу.

— Рада тебя видеть, дядя Дирк. Всё некогда.

— Садись поешь. С этими новостями ты, наверное, жутко испугалась, девочка. А он с тобой? — мужчина посмотрел на Людвига, будто не узнавая.

— Нам нужно найти Мики. Дядя Дирк, ты его не видел?

— Утром видел, — Дирк покачал головой. — Бедный парень, жаль его. Он себя угробит этими переживаниями. На него и раньше то смотреть страшно было, а сейчас. Он к нам заходил, но не говорил ни с кем, а потом пропал.

— Спасибо, дядя Дирк — Ани улыбнулась.

— Счастливо, девочка моя. Ты, главное, не бойся. Этого ублюдка повесят и всё будет хорошо. Надеюсь, возьмут короткую верёвку, чтобы он успел понять, как сдыхает, — лесоруб улыбался, а вот улыбка Ани тут же потухла.

— Дирк нас приютил, как только мы приехали сюда, — сказала Ани, когда они углубились дальше в лес. — Он всегда добрым был, с нами возился, над Йоной хлопотал, пока у него нога не зажила. Но сегодня даже он какой-то другой.

— Я его вчера видел, — Людвиг почесал затылок и поёжился. — Пьяный был, на ногах едва стоял.

— Он любит выпить. Но он безобидный.

— Он чуть не проломил мне голову. Капитан успел остановить.

— Дирк? Да он же… — Ани приоткрыла рот. — Да что же с ними всеми случилось? Может, они всегда были такие, а я не замечала?

— Ну вчера я тоже неправильно себя вёл, мог бы и…

— Всё равно. У меня это всё в голове не укладывается. Пруд рядом. Мы с Габи и Мики там познакомились, ещё в детстве. Они и тогда друг с другом были, — Ани замолчала.

Пришлось пробираться через колючие заросли, но результат того стоил: красивое и тихое место будто сошло с картины. Вот только человек, лежащий на берегу кристально чистого пруда в луже блевотины, портил всё впечатление.

— Ох, Мики, что же ты с собой делаешь? — Ани поморщилась.

Людвиг подошёл ближе, и, борясь с чувством тошноты от вони, перевернул спящего на спину. Мики застонал, но даже не открыл глаза. Ани потрясла его за плечо, парень не откликался. Совсем не вовремя решил наклюкаться.

— Придётся по-другому.

— Что вы делаете?

Людвиг подтащил плотника к воде и окунул в воду, хотя можно было просто полить сверху. Зато парень проснулся.

— Что? Зачем? Где я? — Мики проморгался. — Кто ты? Ани? Это ты?

Он начал вставать, но Людвиг удержал. Парень пытался вырваться, но силёнок не хватало.

— Что происходит?

— Мики, нам надо поговорить, — сказала Ани.

— А кто это с тобой? Я сейчас не могу… мне плохо. Габи… её нет.

Он зарыдал. Ани начала его успокаивать. Людвиг вздохнул и поднялся. Может, парень и вправду ни при чём? Пьянчуга, ревнивец и любитель распустить руки, но рыдает совершенно искренне. Только потратили время.

Рядом с Мики лежала кожаная сумка с чем-то тяжёлым. С ней он ходил вчера.

— Габи мертва, — продолжал голосить парень. — Нордер убил её!

Нашёл ещё большего нытика, чем сам. Людвиг пнул сумку и отбил палец. Она опрокинулась, из неё высыпались инструменты, некоторые совсем новые, блестящие, но другие в чем-то измазанные. Он присмотрелся и его чуть не вырвало.

— Что это? — он бросил перед Мики топорик. Лезвие заляпано загустевшей кровью с прилипшими к ней длинными светлыми волосами. — Это ты её убил?

Ани охнула и зажала рот рукой. Плотник вскочил, но Людвиг ударил в лицо и парень упал.

— Ты её убил? Отвечай!

Людвиг замахнулся, но Ани схватила за руку. Он чуть не отпихнул девушку, чтобы вколотить несколько ударов в плотника, но сдержался. С трудом.

— Он так не скажет, — тихо произнесла она. — Не надо его бить, пожалуйста.

Вспышка ярости ушла так же легко, как и пришла. Остались только стыд и боль в отбитых костяшках. Ани опустилась перед Мики и положила руку на плечо. Парень заговорил, постоянно всхлипывая.

— Я любил её, а она меня нет. Ни во что не ставила. Сказала, что больше не будет прачкой. Сказал ей, что надо зарабатывать честным путём, а не трахаться за деньги.

Он опять зарыдал.

— Я вчера к ней подходил, а Габи даже не стала меня слушать. Я… ударил её, а она…

— Мы видели, — сказала Ани. — И то, что ты приходил потом. Что дальше?

— Она пошла с нордером. Я ждал её до полуночи, когда её закончили трахать. Габи вышла, я встал перед ней на колени. Сказал, что всё будет по-прежнему, если она вернётся, и что готов её простить. А она сказала, что знать меня не хочет.

Он затрясся от рыданий.

— Я спросил, какого это сосать мужикам за деньги. Она говорит… попробуй сам и узнаешь. Я стукнул её по лицу… Габи побежала. Я её догнал. Начал бить и топор нащупал в сумке. Она кричала… потом замолчала. Я её обнял, а она не шевелится. Только кровь льётся и льётся. Я понял, что всё. Что надо идти и говорить, что натворил. Но он сказал, что это не моя вина…

— Кто? — Людвиг сжал плотнику плечо. — Кто сказал?

— Он сказал, что это не я виноват…

— Кто?

— Святой отец.

— Мецгер? — Людвиг и Ани вскричали одновременно.

— Он сказал, что это не моя вина. Это всё нордер опутал меня и Габи, чтобы она отвернулась от Спасителя. Святой отец сказал, что всё будет хорошо, что сам разберётся с настоящим виновником.

Мики рыдал, заливаясь слезами и соплями. Причём здесь священник? Но это неважно, главное, что плотник признался в убийстве.

— Всё расскажешь капитану! — потребовал Людвиг. — От первого и до последнего слова.

— Я видел святого отца вечером, — прошептал Мики. — Он сказал, что Габи с нордером. И что она попадёт к Вечному за это, но я ещё могу спасти её душу.