Исключение из правил - Елена Рейн

– Ты знаешь его?

– Я знаю всех. Он не вызывает симпатии, но за свои слова отвечает. Все будет хорошо. Я за этим слежу.

– Ты отдал сумку Вадиму?

– Да, он был довольно убедителен. Расстроена? Хотела пожить со мной? Питаешь ко мне теплые чувства?

– Не надейся. Ты совсем не в моем вкусе.

– Да брось, я с тобой очень даже добрый.

Засмеялась и проговорила:

– И как он ее получил?

– Ну… очень даже вежливо отдал. Тебе же нужна его помощь, – произнес он уже сурово. – Почему бы не дать шанс твоей паре?

Сглотнула, понимая, к чему он говорит. Заострила внимание на влюбленной паре, целующейся на скамейке, и покачала головой.

– Мне это не нужно. И ему!

– Уверена?

– Да, – проговорила, и тут нахмурилась, наблюдая за тем, как он хищно прищурился. Проследив за его взглядом, поняла, чему он так ухмылялся. К обочине подъехал внедорожник Назарова. Дверь открылась и увидела Вадима. В костюме, в рубашке, с каменным лицом двигающегося к нам.

Увидев в моих руках пакеты, Вадим с прищуром посмотрел на Кира и произнес:

– Не забылся, следар?

– А я думал, это ты все никак определиться не можешь.

На лице играла лукавая улыбка. Но вдруг Кирилл принюхался и с прищуром посмотрел на Назарова. Повел челюстью и, повернувшись ко мне, между прочим, сообщил:

– Если надоест, звони. Я заберу тебя.

Покачала головой, удивляясь, как он может за секунду довести Назарова, который сейчас себя еле сдерживал, и попрощалась:

– Спасибо, но я…

– Потом, конфетка, – лениво протянул лев и, глянув на Назарова, нагло заметил: – Сильный зверь это власть и могущество, но нужно доверять ему полностью, чтобы не потерять все.

Он пошел, а я осталась стоять, чувствуя агрессию, исходящую от Назарова.

– Пакеты здесь оставь, – не сказал, а процедил, с ненавистью поглядывая на мои подарки.

– Нет.

– Принимаешь подарки от других мужчин?

– У меня нет своего мужчины, и потом я могу их принимать от кого пожелаю.

В следующую секунду мужчина ухватил за руку и прижал к себе. Минуту сканировал мое лицо, а потом прорычал:

– У нас с тобой договор. Ты моя!

– Я не твоя.

– Пока ты живешь со мной… ты только со мной и не принимаешь помощь и подарки от других.

Сжала пакет тонкими пальцами и прошептала:

– Я не буду одевать, лишь тогда когда наше соглашение закончится.

Послышалось рычание, волк еле сдерживал себя от агрессивных действий. Стало не по себе. И еще… заметила – запаха мази не ощущала. Интересно.

– Тебе не терпится от меня отделаться?

– Разве важно, чего хочу я? Только то, что хочешь ты. Разве нет?! И думаю, тебе лучше ТАК меня не трогать. На нас все смотрят.

– Не уходи от разговора! – Мужчина абсолютно не смотрел по сторонам, хотя с его обонянием должен был понять, что мы сейчас в центре внимания. Всем было интересно подслушать разговор могущественного альфы и никчемной бракованной волчицы.

– Так что?

– Ты не имеешь права меня спрашивать. Пока договор…

– Почему ушла из ресторана? Я позаботился, чтобы ты работала в лучших условиях.

– Там мне будут платить зарплату. Я не буду зависеть…

– От меня? – его голос пугал, заставляя дрожать. – Так невыносимо быть со мной и принимать мою помощь? – говорил, притягивая сильнее, от чего наши лица находились непозволительно близко. Так близко, что это пугало и завораживало.

О чем я сейчас подумала?!

Какая глупость!

Но внутри… где-то глубоко внутри…

Заставила себя замолчать, но все же появилась четкая мысль – сейчас Назаров вызывал агрессию и… желание.

Услышав внутренний рык, зов волка, чего не ожидала, попыталась отпрянуть, но мужчина продолжал пожирать взглядом. По его виду можно было понять, что готов съесть и растерзать одновременно.

Не понимала, почему он так рычит. Его словно прорвало. Притом при всех на мою беду. Любопытные пешеходы продолжали следить, прислушиваясь к нашему разговору.

– Перестань, – прошептала, надеясь, что отпустит. – Поговорим дома. Я сейчас пойду…

Вадим посмотрел по сторонам и, ухватив за кисть, повел к машине.

– Не тащи меня! – прорычала, с ужасом понимая, что на переднем сидении кто-то есть. Назаров приехал не один! Кто бы там не сидел, он словно услышал, и вышел. Отлично знала этого парня. Вечно скалящийся друг Назарова. Он как-то виновато улыбнулся и произнес:

– У нас совещание через десять минут.

– Ты пойдешь вместо меня, – грубо оповестил Назаров, своим только видом заставляя бету отойти в сторону.

– Но…

– У меня дела… – сказал и запихнул меня на сиденье, закрывая дверь.

Смотрела в окно, наблюдая с каким обмороженным лицом мужчина провожал глазами, когда рванули на основную дорогу.

Выдала стон, считая, что Назаров поступил глупо. Ведь он сейчас прилюдно выкинул бету, отправив на совещание вместо себя, а меня повез домой. И эти разборки на глазах оборотней. Невероятно!

Готова была закричать. Во мне поднималась буря, с которой не могла справиться. Повернулась и громко воскликнула:

– Ты что натворил? Зачем этот разговор на улице?! Ты альфа! Я бракованная волчица. Да они теперь точно решат, что я твоя любовница.

– А это не так? Разве ты не моя женщина?! – слишком спокойно уточнил, но мне было без разницы. От возмущения кипела.

– Нет! У нас пока ничего не было и я сомневаюсь, что будет. Ты повел себя…

– Действительно как-то упустил, о чем жалею. Пора решать этот вопрос.

– Какой вопрос? Я ничего не хочу. У меня есть работа, заработок, я смогу найти себе жилье. Не нуж…

– У следара? Посмотрим, – зло рявкнул и так погнал, что пришлось держаться за кожаную ручку. Стоило остановиться, как он выскочил из машины и, подлетев к дверце, с силой распахнул. Вадим схватил за руку и повел меня к дому.

– Не тащи меня! – зашипела, пытаясь вырваться, но он держал. Совсем ничего не слышал.

– Размечталась, – рявкнул и повел еще быстрее. В лифте заслонил весь проход и когда с нами хотели поехать, отправил всех на лестницу, что все с обмороженными мордочками поспешно сделали, не желая оставаться с таким «добрым» директором.

Кое-как промолчала, не хотелось, чтобы еще раз зарычал. Какой же он агрессивный. Виновата мазь? Но, втянув запах, совсем ее не учуяла. Может, впиталась, или тогда мне показалось?