Дочь Хранителя - Ирина Шевченко

Увы. Только устроилась у камина с увлекательнейшим трактатом об оборотнях, заскрипела входная дверь, и в комнату заглянул раскрасневшийся с мороза Лайс.

— Принимай гостей, хозяйка!

Принимай, это в смысле пои-корми, или достаточно поздороваться?

— Это Иоллар.

— Можно Ил, — буркнул эльф.

И как он не окоченел по дороге? Курточка на рыбьем меху, шапки вообще нет.

— А это…

В ожидании «галчонка» я поудобнее перехватила книгу: сейчас как стукну!

— …Галла, — закончил так и не узнавший о нависшей над ним угрозе кард.

— Очень приятно, — не слишком убедительно соврала я.

Приятного в навязанном братцем квартиранте было мало. Разве что внешность. Стройный, высокий, темноволосый. Ну ни капельки на Окнира не похож! Нос прямой. Подбородок сильный, волевой, но отнюдь не тяжелый — симпатичный такой подбородок с чуть заметной ямочкой. И глаза: зеленые-зеленые, в обрамлении густых черных ресниц.

Вот глаза-то мне его и не понравились. Не то чтоб я зеленоглазых не любила, с эстетической точки зрения очень даже красивые глаза. Но недобрые какие-то. Колючие. Причем именно когда на меня смотрят. Может, ему Лайс невесть что обо мне наплел?

— Запомни, Ил, — кард развесил у очага мокрую от снега куртку, — для всех на Таре она моя сестра. А для тебя особенно.

— Лайс, — обратилась я к нему на кассаэл, — что значит «для тебя особенно»?

— Я просто его предупредил. Понимаешь, Галчонок, если до сегодняшнего дня ты меня считала клиническим бабником, то после знакомства с этим милым юношей твое мнение обо мне изменится в лучшую сторону. Ил на моей памяти ни одной юбки не пропустил.

О, вот и обнаружились семейные черты Ваолов, а то я уж начала думать, что Окнир ему неродной.

— Тогда предупреди его сразу насчет некоторых правил этого дома. Женщин не водить и прочее.

— У нас что, такие правила? — притворно ужаснулся Лайс.

Эльф, внимательно следивший за нашим разговором, насмешливо фыркнул.

— Он нас понимает? — не поверила я.

— Я больше сорока лет провел с Лайсом, — на кассаэл, с чуть заметным акцентом и очень явным презрением в голосе произнес гость. — Думаешь, этого недостаточно, чтобы выучить какой-то там язык?

— Ил у нас вообще способный, — усмехнулся кард, возвращаясь к каэрро. Тон, который избрал для общения его приятель, он, видимо, не заметил. — Надо будет клавесин раздобыть, тебе понравится.

— А чего мелочиться? — Я оглядела и без того не слишком просторную комнату. — Давай уже сразу орган.

— Лютню тоже можно, — проследил за ходом моих мыслей Эн-Ферро. — Ты как, Ил?

— Без проблем! — Эльф с размаху плюхнулся на возмущенно скрипнувший диванчик. — Только парочку новых баллад сочиню, а то репертуар поистерся.

Если этот смазливый хам на чем-то и играет, так это на нервах. Причем виртуозно.

— А других способностей у него нет? — поинтересовалась я у Лайса. — Дровишек наколоть, картошки начистить? В качестве платы за проживание.

— В качестве платы за проживание, тэсс, — процедил сквозь зубы принц, — могу предложить полновесное эльмарское золото. И впредь прошу со всеми вопросами обращаться ко мне лично. Я не ребенок и не домашняя зверюшка и терпеть не могу, когда обо мне говорят так, словно меня нет рядом.

Ух, какие мы гордые. Ничего, и не таких обламывали.

— Очень жаль, — не отводя взгляда произнесла я. — Жаль, что не зверюшка. Я уже давно хочу кошечку или птичку какую-нибудь. Так нет же, братишка приволок бездомного эльфа.

«Бездомный эльф» вскочил на ноги, сжав в кулаки свои длинные музыкальные пальчики. Интересно, он способен ударить женщину? Вот я вполне способна засветить в глаз эльфу. И книжечка еще в руке. Увесистая.

— Стоп, — вырос между нами Эн-Ферро. — Только драки тут не хватало. Гал, не нападай на Ила, у него был трудный день: переход, несколько часов в седле. У тебя тоже, — поспешно добавил он, едва я открыла рот. — Так что давайте сейчас быстренько перекусим и ляжем спать. А завтра вы заново познакомитесь. Идет?

— Я не голодная.

— Я тоже.

— А я, пожалуй, что-нибудь съем, — поразмыслив, решил Лайс. — Только сначала удостоверюсь, что вы, воинственные мои, разошлись по разным комнатам.

— Куда расходиться? — Иоллар подхватил с пола тощую сумку с пожитками.

— А у тебя, гость дорогой, выбор невелик, — злорадно сообщила я от своей двери. — Диванчик вот этот и коврик в прихожей. Устраивайся поудобней.

— Спокойной ночи, Галчонок! — Кард легким пинком отправил меня в спальню. — Завтра продолжите обмен любезностями.

— Лайс!

— Гал, у меня тоже был денек еще тот. А вы сцепились, как дети малые…

Глаза у него и правда усталые, да и сам какой-то унылый, помятый — я за этой перепалкой с эльфом сразу и не заметила.

— Что у тебя стряслось?

— Ложись. Завтра расскажу. Может быть.

Когда дверь за девушкой закрылась, Эн-Ферро обернулся к эльфу.

— Давай на кухню! — скомандовал он. — И не ври, что есть не хочешь. Галчонка, вон, чуть живьем не сожрал. Что вообще с тобой творится, Ил?

Что? Этого Иоллар и сам не знал. Последние дни на Эльмаре вел себя тише воды, стараясь не вызвать у отца лишних подозрений, а сейчас чуть было не сорвался. И все из-за этой девицы! После разговора с Хранителем она у него из головы не шла. Накрутил себя, гадая, что это за ведьма такая и во что она втянула Лайса, что на того ополчился и Дивер, и весь Совет старейшин. А сегодня увидел это чудо в стеганом халате и мохнатых тапочках, и злость взяла: неужели из-за этого недоразумения весь сыр-бор?! Тощая, бледная, как в некоторых мирах говорят: ни кожи ни рожи. Зато гонору — хоть отбавляй!

— Так что случилось? — повторил кард, впуская гостя в тесную кухоньку, половину которой занимала огромная печь, а остальное пространство делили между собой шкаф, широкий деревянный стол и два табурета.

— Я тебе по дороге рассказывал, что со мной случилось, — выкрутился эльф. — Теперь твоя очередь. Какими судьбами на Таре, да еще в Восточных землях? И что за девица с тобой?

— А ты не узнал? — прищурился Лайс. — Я вас уже второй раз знакомлю.

Открывающая с Земли, всплыли в памяти слова Хранителя.

— Открывающая! — Теперь он и сам ее вспомнил. — С Земли. Мы с ней столкнулись, когда ты меня назад вел. Точно, я ее еще в тот раз запомнил. Глаза у нее такие…

— Красивые? — подозрительно уточнил кард.

— Наглые! Вы тогда всего парой фраз обменялись, прежде чем Хранитель появился, а я сразу подумал: до чего ж дерзкая особа.