Башня Полной Луны - Анна Гурова

— Я хочу, — сказала я, взвешивая каждое слово, — чтобы ты сказал мне, где находится разрыв между мирами... Показал место, откуда пошло зло. Чтобы ты сам отвел меня туда. И вместе со мной вступил с ними в бой!

Альва помолчал и сказал, протягивая руку:

— Согласен.

Мы молча скрепили договор рукопожатием. Мне было жутковато, словно я вслепую прыгаю с обрыва. Что из этого выйдет? Одни боги знают... Я понимала, что легко могу погибнуть. Но зато станет окончательно ясно, на чьей он стороне.

Потом я глубоко вздохнула и спросила:

— Что будем делать с Хассимом? Как излечить его?

— Никак. Его надо убить.

Хассим, сразу перестав притворяться спящим, задергался и устремил на меня отчаянный взгляд. Видимо, сообразил наконец, что нарвался на настоящие неприятности.

— Для вашей компании он чрезвычайно опасен, — продолжал Альва. — Может превратиться и напасть в любой момент. Не говоря уже о том, что он наверняка шпионит. Для опытного мага нет ничего проще и удобнее, чем смотреть глазами своего зверя...

— Может, просто выгнать его?

— Не обольщайся. Оборотень вернется ближайшей ночью. Думаешь, он просто так к вам пристал? — Альва посмотрел на Хассима, как на падаль. — Убить его, однозначно. Причем даже это не освободит его. Связь с хозяином слишком сильна. Договор не отменит и смерть.

— Ты так уверен, что он кому-то служит?

— Да. Более того, я считаю, что он превращается по приказу извне. Так что, сама понимаешь...

Он отложил мундштук и поднялся с диванчика.

— Сама им займешься или прикончим тварь вместе?

— Но разве нельзя хотя бы попробовать? — возвысила я голос, глядя на несчастного Хассима, у которого на лбу выступили капли пота. — В конце концов, я экзорцист, ты демонолог — неужели два опытных специалиста не справятся с каким-то жалким демоном?

Альва пожал плечами.

— Попытаться можно. Но что станет с парнем? Умрет? Превратится в чокнутое чудовище? Утратит способность к превращению?

— Ну и пусть — зато он освободится!

— А он этого захочет? Я видел, как он с тобой говорил. Деревенский мальчишка, изгой, он хочет быть сильным, хочет власти. Теперь он — оборотень, достойный противник даже для боевого мага, и его это безмерно радует. И ты хочешь его этого лишить?

— Если бы он мог остаться оборотнем, но обрести свою волю... Гм... Что, если дать ему Альфинур? Пусть он всегда носит его на поясе, и тогда никакой демон не посмеет к нему приблизиться! И от спонтанных превращений он будет защищен...

— Нет, — отрезал Альва. — Не дам.

И добавил мягче:

— Он будет у меня. Так лучше для всех нас. Извини.

Я пожала плечами.

— Объясняйся с Эризой. Это ее меч. Точнее, он принадлежит деревне Луц.

— Ты ошибаешься... — начал Альва.

Но тут меня озарило.

— Идея! Не нужно отдавать Хассиму меч. Я знаю, что можно сделать. Ты когда-нибудь проводил обряд огораживания? Что, если попробовать сделать экзорцизм на его основе?

Альва на миг задумался, понимающе кивнул и вытащил клинок из ножен.

Хассим забился как рыба, брошенная на берег. Чародей направил острие ему в горло — как раз туда, где проходила незримая связка человека и зверя, — и начал нараспев читать заклинание на языке мурабитов. Я напряженно вслушивалась, вылавливая знакомые слова и формулы. Никаких сомнений, местные вариации на тему экзорцизма. Все экзорцизмы отличаются многословной дотошностью законодательных актов. В сущности, это те же договоры с демонами, только вывернутые наизнанку. Закончив чтение то ли договора, то ли приговора, Альва коротко взмахнул мечом. Хассим забился, захрипел и затих. Я бросилась к нему, перевернула на спину. Парень был невредим, но без сознания, из прокушенной губы сочилась кровь. Я провела ладонью по его горлу — внутреннее зрение показало, что ничего не изменилось. Связь между Хассимом-оборотнем и его хозяином никуда не делась...

— Что ты с ним сделал?!

Альва спокойно убрал меч в ножны, вернулся на место и снова взялся за мундштук.

— Хассим как был, так и остался оборотнем!

— Верно. Он по-прежнему будет превращаться по приказу хозяина. По-прежнему не будет себя помнить, когда очнется...

— Но в чем разница?

— Хозяин другой.

— Ты?!

Альва самодовольно усмехнулся.

— Согласись, другого выхода тут нет. Я подумал об этом сразу, но не представлял, как это сделать. Спасибо, что подсказала способ...

— Пожалуйста, — с досадой сказала я.

Ловко же он меня провел! Вот он какой теперь!

Гм... да собственно, таким и был. Просто я видеть этого не хотела...

Хассим так и лежал навзничь. Я краем рукава отерла кровь с его лица. Ну вот, теперь я могу оставить сомнения — оборотень точно подчинен Альве, и, что самое обидное, я сама подсказала, как это сделать. Обидно было главным образом за Хассима — у него ведь был шанс освободиться...

Неожиданно я обратила внимания на амулет на шее Хассима. Красивый голубой камень на витой золотой цепи, Разве его не отобрали в деревне? Ах да, я же сама отняла его и отдала Эризе! Теперь понятно, почему я не видела его раньше — Хассим прятал его от меня под рубашкой. Я злобно усмехнулась. Все-таки выманил обратно, мерзавец! Надо бы его наказать — чтобы не приучался хладнокровно пользоваться чужими чувствами в своих интересах...

Я посмотрела на голубой камень, и вдруг перед глазами возник странный образ. Камень мутнеет, начинает крошиться... и рассыпается в песок. 

Какая сила разрушила его?

И тут я придумала, как переиграть Альву. Сняла цепь с шеи Хассима. А на вопросительный взгляд колдуна сказала ехидно:

— Посмотрим, кто будет смеяться последним.

И спрятала амулет в рукав. Альва проводил его любопытным взглядом. Видно было, что в уме он уже пытается решить эту задачку. На миг он стал так похож на того аспиранта, которого я когда-то знала по Академии, что у меня сжалось горло. Решительно прогнав ненужные воспоминании, я сказала ему укоризненно:

— Что ж, поздравляю, ты завел собственного оборотня. Зато теперь мы уже не узнаем, кто был его прежний хозяин.

— Это верно. Но если тебя это утешит, могу подсказать, где его искать. Если есть в Мураби место, где даже ребенок может продать душу демонам.

— Ронга?

Альва кивнул.

Я уже не первый раз слышала это название. От Эризы: «Три волшебные башни есть в краю Мураби...» И кажется, Хассим что-то говорил о мертвом городе...

— Заброшенный город в горах к западу отсюда? — уточнила я, вспомнив его слова.