Крылья Родины - Андрей Земляной

Иссар задумчиво смотрел, как на большом, во всю стену, экране сражались два истребителя. Оба закладывали немыслимые виражи, уходя от огня, и выжимали из машин все, что можно и даже нельзя. Темп боя был столь велик, что иногда генерал уже не понимал, где находится землянин, а где его противник.

Сидевший напротив тоже смотрел на экран, но взгляд его был не спокойно-скучающий, как у Иссара, а удивленный до глубины души. Он то и дело скашивал взгляд на правый верхний угол, где высвечивались нагрузки на пилота.

— Ты уверен, что это было правильным решением — притащить этих Демонов? — Высокий язык говорившего выдавал в нем представителя старой аристократии империи вернее, чем черный китель и родовая эмблема на правой стороне груди.

— Они, кстати, так себя и называют. Демоны. — Генерал с усмешкой посмотрел на собеседника. — Что, Теон, не ожидал, что наших лучших бойцов будут гонять, как бешеных ронтов? И это еще ты не видел их командира. Вот этого точно зачали и рожали в небе. В первом бою он ухитрился сжечь симулятор, который просто не успевал за его командами.

— Полагаешь, тебе удалось найти свой решающий аргумент? — Старинный друг генерала — руководитель экономического департамента с сомнением покачал головой.

— Это пока не аргумент. — Иссар встал и прошелся по кабинету мягкой тигриной походкой. — Это лишь заготовка для будущего. Но заготовка, как мне кажется, вполне удачная и многообещающая.

— Как бы эта заготовка не переломала нам все кости, — проворчал Теон. — Я тут случайно увидел, как один из пилотов, по виду хрупкая девушка, крушила голыми руками манекен для десантников. И судя по тому, как на это реагировали при этом двое ее коллег, это было в порядке вещей. Они что, все умеют так драться?

— И еще очень прилично владеют холодным оружием. Причем это не спортивные навыки, а именно боевые, уж можешь мне поверить. Защиту после схватки можно просто выбрасывать. — Генерал помолчал. — Да ты пойми, что в нынешнем своем состоянии империя просто куча отбросов. Мы доедаем наследие наших предков и не создаем ничего нового. Если в нашем мире не будет системы, когда лучшие становятся во главе общества, а худшие постепенно погружаются на его дно, если не будет механизма, при котором наследник даже самого уважаемого члена общества должен пробиваться сам, мы обречены. Наши лучшие люди — это просто отбросы, занятые удовлетворением самых низменных инстинктов, а всю работу в империи тянут низкорожденные, которым никогда не светит занять места, принадлежащие им по праву. Мой лучший аналитик чуть не повесился, когда узнал, что в его родном городе свирепствует эпидемия, а местные власти лишь установили кордоны, и никто и пальцем не пошевелил для спасения двухсоттысячного населения. Мне пришлось покупать медикаменты за свой счет и фактически пробиваться через кордоны.

— Герцог Рантон до сих пор не снял со Стены Крови вызов на дуэль, — заметил Теон. — Ты повесил пятерых его людей, а такое Рантоны не прощают.

— Я уже обмочился от ужаса. — Иссар хмыкнул. — Пусть этот недоносок лучше думает о том, как ублажить имперского прокурора, который уже месяц трудится над его отчетами.

— А кто там копается?

— Бин Исан. — Генерал ухмыльнулся.

— Этот точно накопает. А у меня полно их акций. — Теон нахмурился. — У меня есть хотя бы месяц?

— Даже два. — Иссар тихо рассмеялся. — Бин, по моему указанию, не торопится и должен выдать документы в точно рассчитанный срок. Генеральному прокурору просто не останется ничего другого, как отправить эту змеиную семейку за решетку.

— Думаешь, тебе отдадут Рантонов на растерзание? — Глава департамента задумался.

— Надо будет, принесут его голову на блюде. — Генерал отмахнулся. — Но я не этого хочу. Не сокрушить систему. Это как раз самое простое. Я хочу спокойно и не торопясь вытравить все то, что мешает нам развиваться. Революцию можно устроить хоть сейчас, но ничего, кроме волны эмиграции, мы не добьемся. И при этом уедут не только те, кого не жалко. Поток унесет и огромное количество людей дельных и нужных, а в империи жесточайший кадровый голод. Мы не можем себе позволить терять ценные кадры.

— А какая же все-таки роль отводится твоим наемникам? — Теон поставил бокал на стол и откинулся в кресле. — Да и сядь уже. А то от твоего мелькания у меня уже шея болит.

— Они не наемники, Теон. — Иссар сел напротив и тоже налил себе в бокал легкого, прозрачного, словно родниковая вода, Рагинского белого. — Император подписал форму шесть-девять, у нас с ними венно-политический союз. Кроме того, тут произошел небольшой правовой казус.

— Они и вправду пришли на представление с оружием? — Теон даже подался вперед, словно боялся, что новость, о которой говорили по всем имперским каналам, пройдет мимо него.

— Правда. — Генерал кивнул. — С какими-то древними стрелялками и с короткими ножами на поясе.

— Но император не мог…

— Он не только мог, но и сделал это.

Генерал откинулся в кресле и в голос расхохотался, а через мгновение замерший, словно изваяние, Теон подхватил этот смех:

— Ну теперь держись, империя!

— Империя, держись, — согласился Иссар. — Потому что это только самое начало истории.