Фигуры на доске. Книги 1-5. - Николай Н. Крюков

Глава 15.

Статус: 6 месяцев, 8 дней.

Что делать с пленными? Такой вопрос встал перед нами со всей остротой. Для охраны и конвоирования требовалось выделять большое количество солдат, мест в темнице замка и городской тюрьме не было. Кормить такое количество лишних ртов до окончания войны было накладно. Было решено предложить желающим принять присягу и остаться в королевстве. В нижнем городе были пустующие дома, гильдиям требовались рабочие руки. Те, кто откажется, стояли перед выбором: каторжные работы в каменоломнях, или лишение двух пальцев на руках. Офицеры ждали выкупа в темнице. Четыреста человек приняли присягу и стали горожанами, остальных заковали в кандалы и отправили через Карн в шахты Лореса. Можно было выступать, войска отдохнули, починили амуницию, перековали лошадей. Оставив три роты в замке, мы вышли из Брамна к столице.

Далеко вперед умчались разъезды Леуса, боковое охранение защищало вытянувшуюся колонну войск и обоза. Оставив руководство графу Корса, я погрузился в раздумья. Что дальше? Разбив Скорп и Малат, пройдя путь, уготованный мне Кристаллом, кем я стану? Пока я просто двигаюсь к чужой цели. А чего хочу я сам? Сидеть на высоком троне, неся на себе груз ответственности за судьбы людей? Или тихого семейного счастья, общения с друзьями? Быть воином? Рыться в пыльных архивах? Строить мосты и дороги? В восемнадцать лет все пути открыты, все хочется попробовать. Ладно, не будем далеко загадывать наперед, не будем оглядываться назад. Здесь и сейчас окружает нас жизнь, будем глядеть на мир широко открытыми глазами, делая его лучше по мере сил.

Мерное движение повозки, стук копыт слились со щебетом птиц и шелестом листвы. В голове, на грани дремоты, зазвучали слова, складываясь в строки:

Растворяясь полностью в природе,

Отрешенно наблюдаю мир вокруг.

Трепеща при ветреной погоде,

В лист кленовый превращаюсь вдруг.

Конское ржание грубо прервало мое состояние единения с лесом, где я чувствовал каждую веточку.

- Гонец от графа Хадсона!

Встряхнувшись, я сломал печать на послании. Граф докладывал, что его отряды взяли под контроль дороги, мосты и броды на севере. Путь к столице открыт.

Передав письмо Винсенту, я распорядился отправить приказ адмиралу Ларссону. Ему предписывалось взять два десятка кораблей, и с полком морской пехоты прибыть к условленному часу в гавань Скорпа. Штурм решено было вести с двух сторон. Полки разбивались на самостоятельные подвижные отряды, особая роль отводилась укрепленным повозкам. Нужно было блокировать казармы, перекрыть подступы к дворцу, закрыть все дороги, отсечь порт.

Полки двигались по ночам, обходя городки и деревни. Все разъезды перехватывались,подход к столице требовалось сохранить в секрете. На третью ночь пути колонна вышла к заросшим лесом холмам, окружающим город. Выставив дозоры, отправив к берегу сигнальщиков, стали на отдых. Несколько разведчиков отправились в порт на встречу с моряками лорда Кресса. Они, передав весть о выходе флота Скорпа на штурм Суаре, остались в городе, продолжая появляться в условленном месте. Никто лучше них не знал о происходящих событиях. Вечером двое из них появились в лесном лагере, согласившись быть нашими проводниками. Остальных они давно не видели. Рассказ о маршрутах патрулей и времени смены караулов внесли дополнения в план атаки. Нужно было штурмом захватить караульные помещения на въезде в город и у порта.

В сумерках несколько тяжелых повозок подкатили к воротам.

- Убирайтесь, до утра въезда не будет!

Не обращая внимания на толстого стражника, возчики опустили боковые борта повозок. Баллисты выпустили окованные железом тяжелые бревна, таранным ударом вышибив дверь в караулку и маленькую калитку у ворот. В проем полетели кувшины с зажигательной смесью, ударили арбалеты. Проскочив через калитку, солдаты распахнули ворота, освобождая дорогу. Не дав разгореться пожару, огонь потушили, убитых вынесли. По дороге галопом к площади, оттуда по расходящимся улицам мчались всадники с лучниками за спиной. Пропустив конницу, по заранее определенным местам разъехались тяжелые повозки, за ними бежала пехота. Случайные прохожие в ужасе разбегаются, прижимаясь к стенам домов. Вот повозки останавливаются, лошади выпрягаются. Цепи скрепляют повозки между собой, блокируя гвардейские казармы. Пехота устанавливает рогатки, лучники врываются в ближайшие дома. Другая колонна повозок блокирует центральную площадь и ратушу. Третья рвется к порту, в дом коменданта летят зажженные факелы и кувшины с маслом. Копейщики выстраивают несколько каре у входа во дворец. Огонь дает сигнал десанту, в бухту входят корабли адмирала Ларссона. По стоящим на рейде и у пирса кораблям выпускают огненные стрелы баллисты. Загремели тревожные сигналы горнов. Поздно! Десант скатывается на длинный причал, моряки разбегаются к намеченным целям. Баллисты переносят огонь на склады и мастерские. Огненные росчерки пронзают тьму, маленькие огоньки вспухают желтыми и красными шарами. Десантные корабли отходят от причала. Закрыв выход из бухты, отдают якоря. Пламя стремительно распространяется на берегу, отрезая дорогу к городу. Мой штаб выдвинулся к захваченной ратуше. Руководить боем оттуда было удобней и ближе. Из домов выбрасывали мебель, из сараев вытаскивали бочки, бревна, телеги. Баррикады росли, закрывая все улицы и переулки. Первые стычки произошли у входа в казармы. Справившись с паникой, командиры стали выводить своих солдат, ставить в строй. Ответные залпы грозили нам потерями, поэтому в окна и двери казарм полетели зажигательные снаряды. Пытавшиеся потушить огонь воины становились отличными мишенями для стрел,