Полуночная сделка - Ч. Л. Полк

Меньше чем через час приехала врач в сером платье, скромный наряд сочетался с ее сединой. Лицо ее было изрезано морщинами, но узловатые пальцы, которыми она касалась опухшего колена Беатрис, оказались нежными.

Подвинувшись, чтобы дать доктору место, Беатрис поморщилась.

– Вы костоправ? Никогда не видела женщины-костоправа.

Миссис Кирфорд открыла сумку и достала из нее чистую куколку из ткани и набор иголок.

– Пока я была замужем, лечила травами, – объяснила она. – Когда уже не стало нужды носить ожерелье, мне захотелось заняться врачеванием.

Она вышила на лице куклы светло-карие глаза, сделала шевелюру из красной шелковистой пряжи, затем срезала прядь с головы Беатрис, вдела волосы в тонкую серебряную иглу и пришила кукле.

– Это для того, чтоб связать ее со мной?

– Это магия. Она облегчит боль, пока мы с Герет будем вас лечить.

Доктор приподняла одеяло над коленом Беатрис, и несмотря на боль, ее прикосновение показалось целительным, теплым и дарящим утешение.

– Как вы научились магии?

– Как и все мужчины, хотя приступила к изучению позже, чем они. Я пошла в ученики к костоправу. Хорошо, что ваша семья прислала за мной, – заметила доктор Кирфорд, – иначе вам всю жизнь пришлось бы ходить с тростью.

– Жжет, словно огнем.

– Нога будет болеть на перемену погоды, но все уладится, – сказала она. – Вам понадобится кукла. Сожмите ее крепко, милая. Вот так.

Беатрис стиснула мягкую тряпичную куклу и удивилась, когда горячая, пульсирующая боль в колене утихла и превратилась в ноющую. Доктор улыбнулась, показав отличные вставные зубы.

– Вам больно, так что не разжимайте руки. Вложите всю свою боль в куколку. Вот так.

В комнату, задыхаясь, ворвалась Гарриет.

– Ты это слышишь?

– Что? Шум прибоя?

– Они зовут тебя Девой-воительницей! – Гарриет от волнения расхаживала по спальне Беатрис все быстрее и быстрее. – На улице кучка мужчин, они кричат…

Беатрис крепче сжала целительную куколку.

– Слышу… Ой!

«Больно», – сказала Нади.

«Хочешь уйти?»

«Нет». Нади свернулась у нее внутри, шипя от прикосновений доктора. Та внимательно посмотрела на Беатрис, ее белые кустистые брови приподнялись от удивления. Беатрис напряглась, и взгляд миссис Кирфорд стал еще внимательнее.

О, нет. Она узнала о Нади. И может рассказать… Беатрис стиснула куколку в немой просьбе молчать.

Перед домом Клейборнов собралась небольшая толпа, они распевали боевые гимны в честь Иджанель, простой девушки, что стала сосудом для повелителя ветров Гельдера, наслала шторм, который опрокидывал корабли, и с успехом прогнала от берегов Чесленда вражеский флот Этруни.

– Замрите, – сказала доктор. – Мне заплатили за то, чтобы я вылечила вашу ногу. Она болит. Я же говорила, будет больно.

Гарриет повернулась к Беатрис и нахмурилась.

– Так что же нам делать? О чем ты вообще думала, когда ударила джентльмена, выбила ему зубы, а потом вызвала на дуэль? Ты не умеешь драться!

– Я умею стрелять, – пожала плечами Беатрис.

– А не должна уметь! – огрызнулась Гарриет.

– Значит, отец должен был позволить нам угодить в лапы медведям?

Гарриет просто отмахнулась.

– Мезонетт мог потребовать дуэли на мечах. А если б он выбрал их?

– Тогда бы я с ним сразилась.

Нади помогла бы ей. И подарила бы ей удачу.

– Он ведь хотел убить меня, Гарриет! Неужели тебе это неважно? Неужели ты предпочла бы отдать меня гробовщикам?

Это заставило сестру замолчать, но ненадолго.

– Ты могла заявить на него.

– Я бы не пожелала тебе такого, но тебе и впрямь стоит влезть в мою шкуру, чтобы понять. Он выбрал для меня ужасный и мучительный способ смерти, неужели я должна была поддаться? Он хотел, чтобы я ужасно пострадала и больше не стояла у него на пути.

– Ваш отец должен подать на него в суд, юная мисс, – сказала доктор Кирфорд. – А теперь замрите.

Доктор положила свои морщинистые, покрытые старческими пятнами руки на колено Беатрис. Кожа впитала тепло ее прикосновения, и дух-компаньон врачевательницы ожил, проникая в раненый сустав. Тепло превратилось в пульсирующую, страшную боль. Беатрис зашипела.

«Больно, – сказала Нади. – Больно…»

«Заживает…»

Доктор снова бросила на нее взгляд. Беатрис застыла. Неужели дух рассказал ей о существовании Нади?

Миссис Кирфорд похлопала Беатрис по руке и ласково улыбнулась.

– Так лечат кости, милая. Нельзя просто прикоснуться к вам и вылечить, чтобы вы были как новенькая. Приходится терпеть заживляющую боль – держите куколку крепче, дорогуша, держите. Просто вы чувствуете ее всю сразу, а не растягиваете на долгие месяцы.

– Спасибо, – ответила Беатрис, почти со слезами в голосе.

– К утру сможете танцевать, – пообещала доктор. Она поднялась и протянула руку за куколкой. – А я пойду отчитаюсь перед мистером Лаваном, если он еще здесь.

– Он пошел рассказать о происшествии моему отцу, – сказала Беатрис.

Миссис Кирфорд открыла саквояж и достала флакон.

– Вы должны беречь ногу. До рассвета – постельный режим. Для этого у меня есть микстура, которая поможет вам уснуть, чтобы не было соблазна куда-то идти.

– Спасибо, доктор.

Морщинистое лицо пожилой дамы осветила улыбка, глаза смотрели ласково.

– Вот и умница. Пейте.

Микстура оказалась подслащенной, но вместе с ярким травяным вкусом отдавала землей. Беатрис проглотила ее, запила водой и потерла ноющую коленку.

«Что это было?»

«Лекарство».

«Странное чувство, – сообщила Нади. – А сон приснится?»

«Если микстура позволит».

«Я хочу спать…»

Беатрис улыбнулась, чувствуя, как лекарство обволакивает ее ощущения, будто ватой.

– Вижу Ианте! Он выходит, – сказала Гарриет, выбежала из комнаты и вернулась встревоженная. – Он… О, нет! Он присоединяется к остальным. Поет с ними!

– Гарриет… – начала Беатрис, но язык еле ворочался у нее во рту. – Я такая сонная. Уйди, пожалуйста…

– Катастрофа, – ахнула сестра. – Все так и будут тебя называть. Ты станешь предметом насмешек. Никто не захочет на тебе жениться!

– Какое облегчение, – проговорила Беатрис. – А теперь иди. Я хочу спать.

– Идемте, – сказала доктор. – Дайте вашей сестре отдохнуть. Утром она будет очень голодна, почему бы вам не продумать с кухаркой меню на завтрак?

Гарриет позволила вывести себя из комнаты, а Беатрис слушала, как люди распевают песню об Иджанель – преимущественно тот куплет, где воительница возглавила армию Чесленда, и обходя тот, в котором говорится, как Иджанель казнили, чтобы лишить ее власти над народом и прекратить тревожные разговоры о свержении короля. Увы, они пропустили и ту часть, где дух воительницы, овеянный славой, покинул ее тело, упал в объятия самого повелителя ветров и занял свое место среди посланников Небеснорожденных. А короля все равно свергли министры Чесленда, вдохновившись деяниями самой известной святой этой страны.

Иджанель была героиней – но горько поплатилась за то, что вышла за рамки. В конце концов она получила заслуженную награду, но Беатрис не хотела, чтобы она страдала. Иджанель всего лишь мечтала быть самой собой. Жить в полную силу, пользоваться даром, которым наделили ее Небеснорожденные.

Возможно, Беатрис хотела слишком многого. Возможно, она не могла это получить. Ианте