Фронтир. Дорога на двоих - Константин Калбазов

— И вам не хворать, уважаемый, — остановившись, произнес Сергей, уверенно глядя в глаза мужчины.

Если тот и пил, то самую малость, для храбрости. В глазах виден только азарт, ни капли помутненного сознания. Держится самоуверенно, отсюда вывод, что здесь он у себя дома и сейчас занят вполне привычным делом. Кстати, они тоже в сюртуках, а значит, под одеждой может оказаться все, что угодно. Ну-ну, поглядим.

— Парни, стойте, где стоите, — осадил Варакин спутников заговорившего, которые начали как бы невзначай расходиться в стороны.

Говоря это, Сергей развел полы сюртука и забросил их за рукояти револьверов, покоящихся в настоящий момент в кобуре. Вообще-то он предпочитал один из револьверов держать в косой кобуре спереди, но так носить скрытно оружие не получится, поэтому он использовал две боковые кобуры. И потом, за прошедшее время он много тренировался, оттачивая движения.

Проделал он все весьма уверенно и где-то даже картинно, всем своим видом показывая, что обращаться с оружием он умеет. Не сказать, что он уподобился какому-нибудь Дикому Биллу, но результаты были, а уж когда вот так, с пары-тройки метров, так точно не промажет и с обеих рук.

Троица без труда прочла в его взгляде, что он ни на мгновение не усомнится в применении пары шестизарядных аргументов. Более того, в глазах этого странного и решительного мужика они уже трупы.

У налетчиков, скорее всего, тоже есть револьверы, вот только доставать их они будут куда дольше, а чтобы воспользоваться дубинкой или ножом, упрятанными в рукавах (Сергей прекрасно это рассмотрел), нужно приблизиться вплотную. Конечно, они могли их и просто метнуть, но револьверы и явные признаки того, что мужчина умеет ими пользоваться, — это более чем серьезно. Поэтому парни предпочли выполнить требование незнакомца, оставшись на месте.

— С Запада будешь? — вдруг поинтересовался главарь.

— Жил на границе и год на пинкской территории, — подтвердил Сергей, и не думая расслабляться.

— То-то я гляжу, нервный. Я просто хотел спросить у тебя, который час.

— Ну так глянь на своих. — Сергей легким кивком указал на цепочку, какие обычно крепились к часам.

— Забыл завести, — тут же нашелся главарь.

— Прискорбно.

— Значит, не подскажешь?

— Парни, я вас не знаю и не имею ничего против вас лично, но я не люблю, когда меня останавливают на улице с идиотскими вопросами. Неприятностей я тоже не ищу. Это понятно?

Боялся ли Сергей? Пожалуй, что нет. Не в смысле, что он вообще не ведал страха, опасения присутствовали, но со страхом это не имеет ничего общего. И потом, эти парни явно нацелились на его недешевый прикид, посчитав, что в его карманах будет куда больше одной кроны. Но пожива и схватка с бойцом, который сквозил в каждом движении Сергея, — это совсем не одно и то же. Им бы напасть из-за угла, тогда совсем другое дело, но, как видно, слишком большое самомнение сыграло с ними злую шутку. Теперь и думать было нечего о том, чтобы подкараулить незнакомца. Волчара, ясно же.

— Чего же непонятного, — стараясь не делать лишних движений, ответил главарь.

— Тогда давайте так. Вы сейчас дружно смещаетесь влево и заходите вон в ту забегаловку, на другой стороне улицы. И не дай вам господь обернуться. Лишнее это. Да не тушуйтесь. Парни вы фартовые, еще повезет. Ну как? Договорились?

— Напрасно ты так, парень. Мы ведь не хотели ничего такого.

— А я вам верю. Более того, готов извиниться за свое непристойное поведение, но сделаете вы так, как я о том прошу. Пожалуйста.

Последнее Сергей сказал, вкладывая убежденность в свои слова и говоря нарочито вежливо. Мол, вон я какой воспитанный, но всему приходит конец, как и моим благонравию и терпению. Гопники, а никем иным они не могли быть по определению, поняли все верно и, нарочито держа руки слегка на отлете, направились в кабак напротив.

Едва дверь за ними закрылась, как Сергей продолжил свой путь, вновь прикрыв револьверы полами сюртука. Вот только застегивать его он не собирался и предпочитал теперь передвигаться так, словно находился на вражеской территории. Перво-наперво он переместился с тротуара на середину улицы, чтобы избежать нападения из-за угла или из внезапно распахнувшейся двери какого-нибудь заведения. Далее он старался вслушиваться во все происходящее вокруг и оценивать всех встречных людей. Та еще задачка, ведь при этом нужно было еще и выглядеть совершенно спокойным. Паранойя? Да и лукавый с ней.

Чем ближе к порту, тем дешевле забегаловки и больше народу. Люди еще более пьяные, впрочем, нечему удивляться, сюда стягиваются самые ярые гуляки, и здесь же оседают те из моряков, кому не столько важно, где и что пить, сколько количество выпивки на выложенную крону. А также без разницы, какая баба, главное, была бы возможность выпустить пар. Однако, несмотря на это обстоятельство, Сергей миновал улицы, полные шума и гвалта, без приключений.

Когда он свернул на улицу, ведущую к баракам, то тут же окунулся в непроглядную темень. Да и тише сразу стало как-то. А вот тут очень удобное место, чтобы посчитаться. Если те мужики без мозгов и свою работу путают с самолюбием, то очень даже могут устроить какую бяку.

Жизнь давно приучила Сергея к тому, что добрые и светлые моменты случаются редко, а уж если случаются, то, по большей части, являются плодом деятельности самого человека. Вот многие могут сказать, что ему часто везло и он умудрился выжить там, где другие сгинули. Но из всего пережитого везением можно назвать только поистине чудесное спасение, когда его дорожка пересеклась с отрядом куроки на том пароходе. Вот это случайность и везение, все остальное — тяжкий труд и холодный расчет.

Поэтому он не собирался доверяться ветреной девчонке по имени Фортуна. Едва оказавшись в темноте, он тут же вооружился револьверами и взвел курки. Конечно, он не заглядывал с выставленным оружием за каждый угол, не шел с вскинутыми стволами, готовый нажать на спуск. Но тем не менее он мог в каждое мгновение взорваться, подобно гранате. Не понадобилось. До самых бараков, расположившихся в глухом уголке порта, он так никого и не встретил.

Едва только Варакин решил расслабиться, как сразу пришлось снова мобилизоваться. Нет, ну что за день, йок макарёк! То носишься как в одно место ужаленный, то эти уроды на улице греха и порока, а теперь еще и это.

Оказывается, пока его не было, возле барака крутилось достаточное количество разного народу, ведущего агитационную деятельность. К вечеру-то они рассосались, все же райончик не из спокойных. Но, как в том фильме, они обещали вернуться, и это грозило реальными потерями, потому что люди сейчас активно беседовали, обсуждая рассказанное «покупателями». Ох, чует сердце, не закончились еще его проблемы.

Но, как говорится, это полбеды. Куда хуже обстояло дело с местной братвой. Имелась тут некая организованная преступная группировка, занимавшаяся обиранием вновь прибывших. Н-да-а-а, век живи — век учись и все равно дураком помрешь. Ну откуда было знать Сергею о подобных тонкостях.