Месть лорда-палача - Маркус Рид

Вот и ещё одна черта, которая символизирует "львиный" род — гордыня. Имея тысячелетнюю богатую историю, они не признавали никого выше себя, и даже с королём общались фривольнее, чем другие аристократы.

И хоть королевского рода, как и титула короля, больше нет, род Лиорн всё равно продолжал считать себя выше других, как среди остальных родов, так и врагов. Обычная помеха на их пути к величию.

И лишь одного человека лорд Аслан, даже со всей своей гордыней, мог назвать угрозой...

— Предлагаешь снова послать убийц?

— Мы таким образом можем спровоцировать Совет, — покачала наследница головой из стороны в сторону, — Но можно поступить... иначе. Как насчёт воспользоваться некоторыми пешками чуть раньше запланированного?

***

Тем временем

Кадия, штаб гильдии «Синий хвост»

Слышал однажды подобную фразу: «Есть вещи, о которых не расскажешь даже близкому. Только — постороннему.».

Назвать Немого чужим для себя человеком у меня просто не повернётся язык. Он был одним из моих самых верных союзников, которому я готов был доверить мою спину.

Но эти отношения у нас создадутся только в «будущем».

Тогда почему же я доверил мою самую главную тайну человеку, который со мной познакомился только сегодня? Почему он заслуживает услышать секреты, которые я не могу рассказать даже Люмьеру и Олли?

Ответ до боли банален и столь же увесист.

Глава гильдии «Синий хвост» — патриот до мозга костей. Как бы не была ужасна ситуация в Кадии, сколь бы сильно город не погружался в пучину отчаяния, этот человек продолжит бороться за его родину. Даже если методами страха и насилия.

Поэтому я рассказал ему всё: о нём самом, о его людях, о событиях в городе, о произошедшем инциденте с красной солью, о моём брате и его изуродовании Светоликой, о богах и их войне, о хаоситах, о моём «Слове» и, естественно, о возвращении в «прошлое».

И после столь долгого монолога с моей стороны, в помещении повисла тишина, которая разбавлялась тихим шёпотом Люмьера мне на ухо с постоянным вопросом: «Ну шо, всё же насилие?».

Не меняясь в лице, Алакей, каково настоящее имя главы гильдии, ещё минут пять молчал, переваривал столь огромный пласт информации.

— Ваши слова... шокируют, — наконец "произнёс" пепельноволосый, поглаживая свой подбородок и смотря на поверхность стола. — Во многое поверить сложно... но доказательств хватает. Теперь понятно почему вы так внезапно изменились и откуда вообще столько знаете о нашей гильдии и её членах. Каждого поимённо вместе с их отличительными чертами...

— Ты сам мне обо всех них поведал, когда мы...

— Вы говорили об этом. И хоть это «будущее», которое в этом времени не состоялось, я всё равно благодарю что вы позволили их всех с почестями проводить в последний путь.

— После всей вашей помощи это малая награда. Но давай перейдём к «настоящему», — перевёл я тему, скрестив руки на столе. — Полагаю, после наведённого нами с братом шороха вы со всеми крысами уже успели расправиться?

— Абсолютно все были истреблены. А самые опасные и скрытные были встречены вами ночью в замке.

Я на его прямоту захотел криво усмехнуться, но сдержался. И почему меня окружают такие прямолинейные лбы?

— И кто это такие были?

— Мы их называли «Номерные», так как они к друг другу обращались по номерам. Появились примерно два года назад, сразу начиная развёртывать свою информационную сеть. Раньше их было пятеро — последнего по цифровому значению нам удалось устранить примерно полгода назад.

— Род деятельности?

— Сбор всевозможной информации, заказы на массовые погромы, грабежи и рэкетирство. Подкуп должностных лиц для провозки контрабанды и последующей его продажи.

— Делали всё, чтобы превратить город в руины, — подвёл я итог всему сказанному. — Узнали кто их хозяин?

На наёмников, даже благородных, не похожи, слишком уж жирные у них артефакты были. Значит работали на чей-то род.

Вот только кто? Врагов-то у нашего рода до жопы: это и откусившие нашу прежнюю территорию аристократы; и точившие на нас зубы рода, когда отец основывал город; и те, кто получили от него и матерей по лицу за слишком длинные ручонки. Вроде один такой себе шрам на всё рыло заработал. Правда, что-то имя его и род вспомнить не могу. Чёртова амнезия...

— К сожалению, нет, — покачал головой из стороны в сторону Немой. — Никто из пленённых нами приспешников не смог выдать местоположение остальных. У них была клятва перед Мелитоем.

А, бог клятв и наказаний. Ему впору быть покровителем шпионов, так как те могут поклясться не выдавать ни единой информации о себе, хозяине и товарищах. И их, даже за попытку что-то вякнуть, может разорвать на части или сгнить за секунды. У бога не просто так приставка «наказание».

А ещё он любит коверкать клятвы на свой лад в нужный момент. Например, та же клятва Олли, что она никому не расскажет о нашем эксперименте. Конечно, если бы она дала её перед Мелитоем, он бы не мог сразу её убить, всё же и у богов свои ограничения есть. Но вот если бы она произнесла хоть одно слово, которое мы говорили во время всего эксперимента... эта псина могла и схитрить.

— Это всё, что мы смогли выяснить. И, милорд... смогли ли вы что-то выяснить... — не договаривая, он наконец поднял на меня свои глаза.

И в них пылала надежда... увидев которую я сразу покачал головой:

— Я знаю, что ты хочешь спросить, Алакей, но мне ничего неизвестно о судьбе наших родных. В месте искажения, сколько раз бы я на него не возвращался, почти ничего не было найдено. И так как я спустя множество лет так и не обнаружил ни одной зацепки... вывод напрашивается сам собой.

Родные... патриотизм