Наследие титанов - Юрий Ландарь

– Что-то вроде компьютера?

– «В некотором роде. Кстати, если кто-то и сможет вернуть тебе память, так это Тенос».

– «Алаза, а что, наш новый носитель что-то забыл?» – спросил Фатар.

– «Да, около двадцати лет тому назад он потерял память».

– «Как это случилось?»

– Сам не знаю, – ответил носитель.

– «Похоже, он сам заблокировал свою память, – предположили Алаза. – Кое-что из прошлой жизни прорывается в его снах, и я могу это уловить, но снять блокировку мне не по силам».

– «Тогда это действительно работа для Теноса. И еще, он сможет ускорить твое обучение магии. Ты сможешь быстро запоминать и усваивать то, что делаем мы, и вскоре обходиться без нас. Алаза, насколько силен наш носитель в магии?»

– «Как маг, он не очень силен. Единственное что у него хорошо получается, так это путешествовать по измерениям. А еще он хорошо владеет оружием. Можно даже сказать, отлично».

– «О! Воин! Очень хорошо. Давно у меня не было носителя воина. Думаю, что мы поладим, я ведь тоже боевой атрат. А вообще-то ты Алаза, умеешь находить новичков».

– «С ними легче работать», – ответила змея.

Алекс постарался увести разговор подальше от своих скромных магических способностей:

– Я одного не пойму, если вы так сильны, особенно когда все вместе, почему бы вам не держаться вместе? Тогда у вас было бы поменьше неприятностей, которые, как я понял, и у вас сейчас имеются.

– «Это слишком опасно, – ответила Алаза. – Четыре атрата в одних руках… Последствия могут оказаться просто непредсказуемыми. Нет, иногда мы собираемся вместе, но это происходит крайне редко. Нужно очень осторожно подходить к выбору общего носителя, поэтому мы в основном действуем самостоятельно».

– Что же случилось сейчас, раз возникла необходимость собрать вас всех вместе?

– «Да, я тоже хотел бы это узнать», – поддержал носителя Фатар.

После недолгого молчания, Алаза ответила:

– «Дело в том, что Тенос и Венера попали в очень неприятные истории. Их носители, воспользовавшись данными им возможностями, стали творить черные дела. Возникла необходимость вырвать их из этих рук. – Змея вновь ненадолго умолкла. – Особенно меня беспокоит ситуация вокруг Теноса. Человек, владеющий ним, становится слишком умен и хитер. Пока он еще не слишком силен как маг, но думаю это ненадолго. Если он наберет достаточно силы, то сумеет найти всех нас, и тогда быть беде – в мир придет сильный и жестокий маг. А нас не для того создавали, чтобы мы способствовали этому».

– «А что с Венерой?»

– «Она в руках у одного урода. С её помощью он может превращаться в кого угодно, и в том мире нет никого, кто смог бы его остановить».

– И это придется сделать мне… – пришел к заключению Алекс.

– «С нашей помощью», – поправила его Алаза.

– «Алаза, я не пойму, Венера с Теносом что, сами не могут справиться с такими отвратительными носителями?» – недоуменно спросил боевой атрат.

– «Но ты ведь знаешь цепочку, ей лишь бы хвастать своим уменьем, где надо и где не надо. Ей явно недостает сообразительности».

– А ты невысокого мнения о своей подруге, – заметил контрабандист. – Кстати, у нас так звали одну из древних богинь.

– «Знаю, – отозвалась змея, – богиню любви и красоты. Тут не обошлось без влияния нашей Венеры. Ведь с её помощью можно достичь совершенного тела и неутомимости в любви».

– А ведь действительно очень полезный атрат… – пробормотал носитель.

Его воображение тут же начало рисовать красочные картинки.

– «Я знала, что это тебя заинтересует», – насмешливо сказала Алаза.

– «А что с Теносом?» – напомнил перстень.

– «Со шнуром все намного хуже. Я сама не все понимаю, – в голосе Алазы слышались озабоченность и непонимание. – Он всегда был сообразительней всех нас вместе взятых. И как он мог, попав в руки ненадежного носителя, допустить его возвышения, я не знаю. Но я знаю, что его носитель очень опасен».

– Опасней носителя Венеры? – уточнил контрабандист.

– «Да, и намного».

– «А я думаю, что сумел бы с ним справиться», – самоуверенно заявил Фатар.

– «Возможно, – согласилась змея. – А возможно шнурок и добивается, чтобы мы, а точнее ты, попал в его руки. Вдвоем вы бы справились с ним наверняка. Хотя, два таких сильных атрата в одни руки… Я бы не стала так рисковать. Если его носитель станет достаточно силен, то он окажется не по зубам даже тебе».

Фатар обиделся:

– «Я справлялся с магами и поопытней!»

– «Да, но у них не было Теноса. А если ему удастся найти Венеру, тогда все пропало, он скорей всего сумеет её подчинить».

Пришлось Фатару согласиться:

– «Об этом я не подумал. Венера может наделить его такой силой, что я не сумею с ним совладать».

Прислушиваясь к их беседе, Алекс насторожился:

– А можно еще вопрос?

– «Сколько угодно», – великодушно разрешил перстень.

– Меня интересует, как вы, атраты, можете воздействовать на своих носителей? Фатар говорил, что справлялся с сильными и опытными магами, что это значит?

Послышался самодовольный смешок боевого атрата:

– «А я все думал, когда ты об этом спросишь. Вообще я редко поднимаю эту тему и откровенничаю с носителями, но ты почему-то внушаешь мне доверие. Я пользуюсь энергией, которую получаю от своего носителя. То есть, мои боевые и прочие возможности, напрямую зависят от способностей моего носителя. Получается этакий симбиоз. Понимаешь?»

– Не очень.

– «Я, боевой атрат, и для того чтобы нанести магический удар, мне нужна энергия носителя. Но если носитель использует меня для темных дел, против которых восстает моя тонкая и ранимая душа, я могу выкачать у носителя слишком много энергии. И он, бух! – умирает! Подходит тебе такое объяснение?»

– Я тебя понял, и мне это не очень нравится. Ты можешь манипулировать своим носителем, и если он делает что-нибудь, что не нравится тебе, то он, бух – умирает. Так?

Алазе пришлось успокаивать носителя:

– «Успокойся Алекс! Никто не будет влиять на твои поступки, пока ты не перейдешь некую грань, отделяющую добро от зла. Тогда помощи от нас не жди».

– И кто будет определять эту грань? Ты, Фатар, Тенос или Венера?

– «Есть общепринятые в большинстве миров моральные принципы, и мы ими руководствуемся. Они не меняются ни временем, ни пространством. Так что поступай так, как велит тебе сердце, и как позволяет совесть, и у нас вряд ли будут разногласия».

– Совесть, это очень растяжимое понятие. Ты знаешь, что я занимался контрабандой, и моя совесть молчала, хотя во всех странах это противозаконно.