Сталкеры поневоле. Мышеловка - Виктор Глумов

Синхронизировавшись с вороном, он посмотрел на них. Они не заметили притаившихся дозорных и лениво поглядывали в бинокли.

И все-таки что это за люди? Капюшоны натянуты до ртов. Надо бы рассмотреть врагов поближе. Пока они молчат и эмоций не проявляют. Жаль, что вороном нельзя вести видеосъемку и отматывать назад. Птица собралась слететь пониже, расправила крылья, и сучок, на котором она сидела, треснув, сломался.

Сталкеры одновременно открыли огонь на звук – пришлось уводить пета за сосну.

Кто-то толкнул в плечо – Артюхов моргнул и непонимающе заозирался. От резкого перехода от птицы к человеку кружилась голова, картинка плыла. Сталкеры побросали работу и, схватив автоматы, столпились в проеме ворот. Возле бетономешалки растекался раствор из перевернутого ведра.

– Черные, – прокатилось над толпой.

– Стена развалится!

– …и окопов нет! – возмутился кто-то писклявый. – Ворот тоже нет!

– Да, они нам помогли бы.

Людьми овладела горячка боя, они подтянулись, раскраснелись, движения стали четкими, экономными. Игарт подумал, что они уже связали свои жизни с заводом и не хотят терять такой лакомый кусок.

Артюхов глянул в небо, щурясь на солнце: ястреб Фрайба сместился севернее. Точно, вражеский беспилотник. Жахнуть бы по нему!.. Но лучше пусть летает, можно подсунуть ему дезинформацию.

Из пирамиды выскочил всклокоченный Маузер, зашагал к Артюхову с автоматом на изготовку.

– Что за кипиш? – спросил он, оглядываясь.

Артюхов подошел к нему вплотную и зашептал на ухо:

– Ворон зашумел и напугал разведчиков, они начали стрельбу. Сталкеры, естественно, услышали и заняли боевые позиции.

Маузер кивнул на пирамиду:

– Пойдем в наш донжон. Хотя… чего это я? – он хищно облизнулся. – Тут нет смерти, хоть шумиху напоследок устроим. Уничтожить они нас все равно не смогут, а вот выбить из удобного места – запросто. От блин, мы протупили! – он хлопнул Артюхова по спине. – Кажется, у меня в голове зреет неплохая стратегия.

– Хорошая мысля приходит опосля, – съязвил тот. – Но действительно, нам лучше в пирамиду. Когда смотрю глазами ворона, мне нужен покой.

– Что делать? – вопросили из толпы.

– Пока ничего, – крикнул Маузер через плечо. – Ждать распоряжений.

Игарт, некомпетентный в вопросах петоводства, временно уступил тело Артюхову. В кабинете он привалился к стене, сомкнул веки, нащупал нить, связывающую его с петом, вздрогнул, и появилась картинка. Сначала показалось, что земля ожила и движется, ходит волнами, но, сфокусировав взгляд, Артюхов понял, что это сотни врагов в маскировочных костюмах «леший». Не удержавшись, он выругался, на миг потерял контроль над петом, глянул на перекошенную рожу Маузера и вернулся в тело ворона.

Враги молча скапливались у края леса, некоторые доставали бинокли, изучали расстановку сил.

– Стены не было, – проговорил кто-то.

– Ничего, – ответили ему. – Их не так много, справимся.

Артюхов снова потерял связь с вороном – его тряс за плечи Маузер, рядом с ним топтался бледный Януш.

– Что там? – спросил он.

– Капец нам, – заключил Артюхов. – Их сотни, если не тысячи. Количеством задавят.

Маузер вскинул бровь:

– Черные?

– Хрен их знает…

И тут пришлось вмешаться Игарту, который до того молчал:

– Нет, черные не разговаривают и ведут себя, как машины, а эти похожи на людей.

– Час от часу не легче, – сказал Маузер. – Склады завода – слишком лакомый кусок. Скорее всего, они попытаются нас отсюда выбить и разграбить награбленное.

– Не факт, – мотнул головой Игарт. – Хотя… здесь принято ценить добычу, а не жизнь. Но умирать, скажу я вам, очень неприятно. – Януш кивнул. – Не думаю, что к этому можно привыкнуть.

– Надо с ними поговорить, – предложил Маузер. – Вдруг они не по наши души пришли, а опоздали к глобальному мочилову? Разведчик посмотрел в бинокль, а тут черные ходят… Нужен мегафон.

– Поищу, – кивнул Януш и убежал.

Артюхов подумал, что теперь происходящее напоминает штурм крепости. Давным-давно он участвовал в таком мероприятии – его, нуба дремучего, пять раз убили.

– Я пойду к людям, – Маузер направился к выходу. – Чтоб не началась перестрелка раньше времени. Вдруг ее вообще можно будет избежать.

Да уж, только межклановых разборок не хватало. И так времени в обрез: надо к Фрайбу идти, спасать реал от вирта, а тут неведомый враг ломится. И ведь пока с ними не разберешься, не прорвешься. Чем раньше выдвинешься, тем больше шансов на успех: у Фрайба будет мало времени, чтобы накодить подконтрольных ему монстров. Если, конечно, он не сделал этого раньше, чтоб перестраховаться.

Не должен был: он думал, что Можайский против него в одиночку играет, босс слишком занят, чтоб отвлекаться на такие мелочи. Так что удара в спину он вряд ли ожидал. По крайней мере, хочется в это верить. Иначе – не видать своего тела и целую вечность мучиться с сопляком, которого сам и создал. Эх, знал бы, что так обернется, отправлял бы сюда больше женщин. Потому что молодому, здоровому мужику без баб никак нельзя. Досадное упущение.

Зашипела отодвигающаяся дверь, и в кабинет ворвался Януш с мегафоном, открыл рот, но Артюхов указал на дверь:

– К Маузеру. Пусть он договаривается.

Януш вытаращился на него, понял, что перед ним Артюхов, а не понятный и привычный Игарт, и исчез за дверью. Пришлось вернуться к ворону.

Враги занимали боевые позиции: одни укладывались за деревьями, другие готовились бежать к заводу. Командование собралось в кружок – обсуждало план операции. Долетали отдельные звуки, слов было не разобрать, но приближаться к бойцам Игнат не рисковал – вдруг опять откроют огонь? Сейчас самое время для переговоров, потому что неловкое движение – и начнется бойня, расстроит все планы. Надо сказать об этом Маузеру. Вдруг до вояки не дойдет?

Но, когда он вышел, тот уже вовсю вещал, даже, скорее, заканчивал речь:

– …предлагаю не начинать кровопролитие. Завод больше не контролируется черными, его захватили мы, группировка «Воля».

Вот хитрый черт, он уже и название придумал. Или на ходу сочинил?

Сев у порога, Артюхов решил посмотреть, какой эффект речь произвела на врагов.

Один из начальников, бритый наголо питекантроп, с остервенением стучал себя по голове. Лица второго видно не было. Раскинув руки, он чуть отклонился назад. Третий скрестил руки на груди и нервно топал правой ногой. Четвертый плюнул и притулился к дереву. Были слышны обрывки фраз:

– …попадалово… опоздали…

– …Зона долго водила…

Артюхов вздохнул с облегчением. Значит, все-таки это свои. По пути они попали в аномалию и опоздали к расправе над черными.