Река Душ - Павел Каратанов

— Сколько их, откуда они идут и через сколько будут здесь?

— Десять, вон оттуда, — Пози указал крабоножкой направление на грозовую тучу, — через минут двадцать. Если не ускорятся или не замедлятся.

— Спасибо, Пози, ты очень хорошо сработал и, возможно, всех нас сегодня спас от смерти. Ты молодец, а я пошла будить остальных.

— Я уже разбудил, они сейчас выйдут. Им надо больше времени чтобы одеться и собраться, чем тебе. Пока можешь посмотреть на них, — и мысленно передал мне картинку со Штирлица. Да, их было десять, они шли плотной группой, хотя нет, наверное, толпой, так как постоянно толкались и порыкивали друг на друга.

Рост без ориентиров оценить было сложно, но, предположительно, средний для человека, телосложение тоже было так себе, а вот то, что это были человекоподобные гуманоиды никаких сомнений не вызывало. Эпохальная встреча — первые люди в этом мире, и такой облом, заключающийся в наличии у них в руках оружия — самого настоящего земного оружия — мечей, копий, я увидела даже клевец и булаву, щитов не наблюдалось, как и другой защитной экипировки. Вид у группы был как у наглых карателей, идущих на расправу к жертве, не могущей дать отпора.

Через минуту показались все, включая Жабодава и я начала предбоевую планёрку:

— Это люди, не знаю откуда они и что у них на уме, но я не верю, что к нам, под покровом ночи, топают десять человек для того, чтобы спросить «как пройти в библиотеку». Все вооружены, оружие держат уверенно, не говорят, но тихо рычат друг на друга. Щитов и доспехов нет, на первый взгляд одеты в какие-то тряпки.

— Мы не знаем их возможностей, мы не знаем сколько их на самом деле — вполне может быть, что это просто отряд идиотов, которых не жалко, а за ними, в невидимости, идут штук пять суперпрофи с винторезами. Потому нам позарез нужна информация и действовать мы будем следующим образом:

— Пози, ты переключаешь Штирлица на это направление, — я указала на два часа, — и смотришь дорогу до места, где мы первый раз встретились. Обо всём замеченном сразу докладывай Этилии, она старшая.

— Этилия и Парамон. Вы сейчас цепляете вот эту левитационную штуку на Пози, берете его и бегом, но тихо, двигаетесь на место нашей первой встречи. Там на холме незаметно окапываетесь и маскируетесь, постоянно следите за окрестностями и ждёте нас с Клавдией. Жабодав ты идёшь с ними, для тебя тут сейчас работы нет.

— Клавдия, мы с тобой уходим в невидимость и очень тихо топаем навстречу этой вооружённой толпе. Смотрим, слушаем, встречаем их и сопровождаем до лагеря. Тут опять смотрим на их поведение, слушаем, запоминаем. В бой не лезем, наше дело разведка. Если они умеют выслеживать и после лагеря пойдут за нашими на холм, то обгоняем их, ставим на их пути ловушки и готовимся драться. Если они уйдут туда, откуда пришли или ещё куда, но без цели и не за нами, то просто отпускаем их, даже если они разнесут весь наш лагерь. Затем мы с тобой их тихо провожаем туда, куда им надо, смотрим и слушаем. Вопросы? Если нет, то Этилия вперёд. Клава в невидимость и за мной.

Я ушла в невидимость и направилась в сторону вооружённых гостей на ходу пожелав иметь мысленную связь с Клавдией на период этой операции. «Проверка связи» послала ей сигнал, «Приняла, слышу и понимаю хорошо».

— Стой, я совсем забыла про сущности, надо их отсюда убрать, — подумала я в голову Клавдии и принялась быстро и без сожалений отправлять созданные мной сущности сигнализации и биоценоза в океан энергии. Справилась меньше, чем за минуту.

— Всё, идём осторожно, смотри куда наступаешь. Скорее всего они видят в темноте, в отличие от нас, — предостерегла я.

— Почему в отличие? Я в темноте вижу, пусть не очень чётко, но вижу. Нам книги не читать, так что этого вполне хватит для прогулки, — ответила Клавдия.

Интересно, а какой размер у органа-эхолота летучей мыши? Но выбора, однако, уже не имелось, и я пожелала измениться таким образом, чтобы видеть в темноте как Штирлиц, но при этом не измениться внешне и не иметь побочных вредных последствий этого решения, и ещё иметь возможность включать/выключать этот режим по своему желанию, всё, контрабас. Окружающая темнота изменилась и стала походить на черно-серый фильм — один в один зрение Штирлица, спасибо мир!

— У меня теперь тоже достаточно светло, так что осторожненько вперёд, — скомандовала я замершей Клавдии.

Вперёд мы шли с черепашьей скоростью, стараясь, чтобы ни один камешек не покатился из-под ног и встретили вооружённых «хрен-пойми-кого» через восемь минут. Они не скрывались и вблизи выглядели ещё более непрезентабельно: да, это были люди, то есть хомо, но вот про сапиенс говорить было пока рано, рост у всех был не выше метра шестидесяти, телосложение субтильное, но мускулистое, при и так небольшом росте они сильно сутулились и зажимали шею, как будто постоянно ждали подзатыльника, волосы всклокочены, неухоженные бороды и длинная щетина на лицах, одеты и правда в тряпки, обмотанные вокруг частей тела и завязанные на узелки. Их оружие, на мой взгляд, было какое-то гротескное — непропорционально и необоснованно увеличенные гарды, клинки, непонятно зачем предназначенные утолщения, острые шипы и загогулины. Пришло узнавание — такого типа «красивое» оружие она видела в дебильных постановках Марвел, где ни идеи, ни сюжета, но каждый «супергеморой» must-have абсолютно нефункциональный дрын или кувалду, обязательно вычурные и узнаваемые. Но, несмотря на идиотский внешний вид, оружие ночных гостей было железное и острое, при этом местами ржавое и зачуханное, как будто его точили, но должным образом не ухаживали.

Общались эти «хомо» порыкиваниями, негромкими, но с заметными агрессивными нотками, они нисколько не скрывались и топали в сторону нашего лагеря на обмотанных в тряпки ногах. — «Мать твою, да это планета обезьян какая-то» — подумала я и посмотрела на них через Часы и дополненную реальность.

Глава 19 Интерлюдия. Калё (Сэм)

Никогда не считай себя не таким, каким тебя не

считают другие, и тогда другие не сочтут тебя

не таким, каким ты хотел бы им казаться.

© Льюис Кэролл

Было темно. Темно, сыро и непонятно. Ещё что-то толкало Калё из