Пути Востока - Андрей Васильев

Я подписал с десяток бумаг — о неразглашении, о сохранении, о непротивлении, и он удалился, после чего я пошел и с мылом вымыл руки. Ей-ей, наги в подземелье вызывали у меня куда меньшее отвращение, чем этот приторный господин.

В конце дня, когда мы уже свели номер, я подправил статьи ребят и сам написал передовицу, я позвонил Зимину. Доложил ему о визите Фиглича и под занавес сообщил:

— А я тут Странника видел.

— Да ты что? Это того, что с короной? — удивился Зимин. — В Селгаре видел?

— Ну да.

— А что он там делал?

— Да не знаю. Он мне сказал только, что рад меня видеть, как раз поговорить со мной хотел. Пообщались о том о сем.

— И о чем?

— Ну по поводу дороги на север меня просветил.

— А ты думаешь, что потом тебя пошлют на север? А может, на юг?

— Не, на север. Это простая логическая цепочка.

Зимин засмеялся, что меня устроило. У меня не было мысли подставлять Странника, но я был уверен — для него мой разговор с ним не был новостью. А раз он про него знает — почему бы не проявить лишний раз лояльность к нанимателю?

— Чего еще?

— Да, в общем, все. Сказал, что идти лучше через перевал — хоть и дольше, но безопасней.

— Прав Странник. Шахты — паршивое место.

— Как Снэйквилль? — не удержался я.

— А кто тебя туда посылал. Тебе говорили: не ходи. Но ты же упорный!

— Знаю, сам виноват.

— То-то. Как там второй номер?

— Будет, свели уже.

Дальше последовала еще пара фраз, и я уже собирался заканчивать разговор, как Зимин меня огорошил:

— Очень хорошо, Киф, что ты позвонил. Будет тебе в четверг задание, важное, ответственное. Давай завтра к нам подъезжай часикам к одиннадцати, на ресепшене скажешь, что ко мне, паспорт не забудь. Ты вообще на машине?

— Не-а, я на метро. Померла моя машина, еще до армии.

— А новую купить?

— Да то одно, то другое. То денег нет, а то… снова денег нет.

— Я сейчас дам команду, за тобой машину к дому пришлют.

— Да ладно, я на метро доеду. Да и потом, я же из редакции поеду.

— Не выпендривайся, сказано: пришлю машину — значит, пришлю.

И прислал. Вика, узнав, куда и к кому я еду, чрезвычайно впечатлилась, откопала где-то в шкафу мой костюм, о котором я и сам забыл и который надевал три раза — два на свадьбы и один на похороны, выгладила его и даже заставила меня надеть галстук.

Подчиненные слегка струхнули, увидев меня в таком виде. Да что подчиненные. Крыска встретила меня в коридоре, переменилась в лице и промычала: «Добрый день, Никифор… мнэ-э-э… Никифор…» Перепутала фамилию с именем, не вспомнила отчества и свалила в первый попавшийся кабинет.

Охранник тоже, похоже, здорово призадумался о моем статусе, увидев, что за мной прислали «Фольксваген-Фаэтон». Признаться, я и сам офигел, за мной раньше и «Оку» никто не присылал, не то что «фолькс» представительского класса.

Не могу сказать, чтобы я сильно волновался, но испытывал что-то похожее. Все-таки еду в «Радеон» — святая святых отечественной гейм-индустрии. Еще лет пять назад было с десяток компаний, производящих собственные онлайн-игры, причем надо отметить, что зачастую довольно пристойного уровня. Потом на рынок пришел «Радеон», запустил пару проектов класса ААА, в которых были не только тупые задания и не менее тупой фарм вроде: «Скорее убей двадцать крякозябр». Это были вполне достойные игры, атмосферные, с хорошей графикой и сюжетом. Плюс «Радеон» умел держать баланс между денежными игроками и игроками, не слишком обременными капиталом, чтобы никто не чувствовал себя обделенным.

Очень скоро фирма оттянула на себя львиную долю игроков сторонних проектов и тогда запустила свое самое амбициозное детище «Файролл», с полным погружением, сумасшедшими инновационными технологиями, приемлемой оплатой и прочая, прочая, прочая. Результат — почти полная монополия на рынке онлайн-забав. Была бы и полная, но антимонопольный комитет не дал. Так что где-то там, на задворках игровой индустрии, еще ютилась пара зачуханных игр, дышащих на ладан. Подозреваю, что они бы уже загнулись, если бы их «Радеон» не подкармливал.

Фирма находилась в огромном тридцатиэтажном офисном здании в районе «Чертановской». Все как полагается — черное стекло, светлый металл. На ресепшене сидела не одинокая девочка, копающаяся в телефоне или планшете, а пять красоток в ряд, все, как одна, в униформе компании и с кокетливыми платочками на шеях.

— Добрый день, меня зовут Светлана. Чем могу вам помочь? Вы к кому, вам назначено? — улыбнулась одна из них мне.

— Никифоров моя фамилия. Я к Максу Зимину, он сказал, что внесет меня в список.

Услышав «Зимин» вместе с фамильярным «Макс», ко мне развернулись все пять девушек и одарили меня улыбками, причем парочка улыбок была просто-таки многообещающая. Светлана пощелкала мышкой и сказала:

— Максим Андрасович ждет вас. Я вас провожу. Следуйте за мной к лифту.

И, выйдя из-за стойки, она зацокала каблучками по мрамору холла.

Мы поднялись почти на самый верх, на двадцать восьмой этаж.

Лифт открылся. Выйдя из него, мы нос к носу столкнулись с Валяевым.

— О, Киф, привет. — Он протянул мне руку, которую я немедленно пожал. — Как дела? Ты к Максу?

— Ага. Чего вызывал-то, не знаете? — Я решил, что буду вести себя как всегда. Прогиб штука такая, он к месту должен быть. Впрочем, я видел, что на девочку с ресепшена мои дружеские отношения с Валяевым впечатление произвели, причем довольно сильное, и она прикидывает: а кто я вообще такой? Я же в свою очередь всерьез начал задумываться, а кто такие Валяев с Зиминым. В Сети порыл на них информацию — почти ничего, так, официальные пресс-релизы.

— Да не бери в голову. Там для тебя есть маленькое, но очень ответственное поручение, понимаешь!

Валяев так похоже изобразил героя одной старинной комедии, что я невольно улыбнулся.

— Ладно, давай лапу, я побежал. Дел — во! — Он чиркнул ладонью по горлу и нажал на кнопку лифта.

— Следуйте за мной, — снова включилась в дело барышня и подвела меня к резным дубовым створкам с висящей на них табличкой «М. А. Зимин».

— Вам сюда. — И девушка распахнула створки. Я не успел сказать, что, может, хоть постучать надо, но тут же увидел, что это огромная приемная. Почему-то в центре ее стоял стол, за которым сидела невероятной красоты женщина лет тридцати и что-то делала на компьютере, бойко щелкая мышкой.

— Елиза Валбетовна, добрый день, — негромко сказала моя сопровождающая из-за моей спины. — Тут к Максиму Андрасовичу посетитель.

— Имя? — холодно спросила красавица.