Легион. Возмездие - Алексей Живой

— Зажигай, — тихо проговорил Федор, когда все были уже в трубе, где даже Летис мог стоять, лишь слегка подогнув колени. Чайка рассчитывал на то, что они углубились уже достаточно, чтобы никто из караульных не заметил огня внутри.

Боец чиркнул огнивом, и просмоленная пакля воспламенилась, осветив покатые глиняные стены, обросшие слизью, в которой копошились мелкие червяки. Но Федору было наплевать на всю эту пакость, он чувствовал себя уже в двух шагах от победы.

— Вперед, — приказал он факелоносцу, и добавил, посмотрев на остальных, — этот проход должен вывести нас в район кухни, оттуда мы попадаем на второй этаж и пробиваемся выше. Ищем пленников и Марцелла. Ну а дальше, по обстоятельствам.

Метров тридцать они шли по прямой, выдирая ноги из скользкой жижи. Затем труба свернула направо, став чуть уже, а вскоре Чайка вообще был вынужден остановиться. Перед ним находилось разветвление. Одна труба шла налево, другая направо. «Черт побери, — озадачился Федор, лихорадочно размышляя, — да тут целая система, этого мне еще не хватало». Сердце бешено колотись в груди. Он понимал, что цена ошибки слишком высока — чуть-чуть замешкались и все, времени может не хватить. С другой стороны, он точно не знал, где находится Юлия и Бодастарт. Приходилось опять полагаться на интуицию. И он шагнул в правый тоннель.

Воняло здесь так, хоть надевай противогазы. Летис тихо ругался, то и дело затыкая себе рот. Остальные тоже были не в восторге от выбранного способа проникновения, но молчали. Чтобы убить врага, на войне все способы хороши. А здесь им сообщили имя врага, за которое, в случае удачи, их всех могли так щедро наградить, что золота хватит до конца жизни. Сначала, правда, нужно было добраться до носителя этого имени.

Вскоре Федору стали слышаться голоса, говорившие по-латыни. Они доносились откуда-то сверху. Оттуда же в главную трубу через небольшие отверстия то и дело проливалась пахучая жидкость, которую было ни с чем не спутать. Когда очередная струя зацепила плечо Летиса, тот не выдержал и выругался.

— Федор, давай быстрее выбираться отсюда, а то мы, похоже, крадемся под самым римским сортиром. Если эти уроды узнают, что помочились мне на голову, я сгорю от стыда или перережу им глотки.

— Потерпи, — сообщил злобным шепотом Федор, сам едва не попавший под «обстрел», — скоро тебе представится возможность это сделать.

Через несколько метров труба вдруг стала подниматься вверх и сузилась почти вдвое. Продвигаться вверх, цепляясь за скользкие стены, по которым все время что-то стекало, стало так трудно, что Федору и остальным пришлось использовать кинжалы. По дороге Чайка видел несколько совсем узких труб, соединявшихся с главной. «Хорошо еще, что Ганнибал не догадался приказать установить здесь отсечные решетки, — подбадривал себя Федор, карабкаясь наверх, и стараясь дышать через раз, — а то я попал бы в глупое положение. Хорошую металлическую решетку в такой трубе даже Летис не разорвет».

Наконец, карабкавшийся первым боец с факелом, замер и подождав Федора, указал рукой вперед. Труба заканчивалась в трех метрах выше резким расширением, за которым тоже слышались голоса и явно работали люди. Время от времени, кто-то из них подходил к самому краю и выливал нечистоты, которые проскальзывали между ног диверсантов, раскорячившихся в трубе, обдавая их брызгами. Когда очередная порция помоев прошумела вниз, Федора обдало запахом рыбы.

— Кухня, — пробормотал он, — нам пора выходить. Гаси факел.

Первый диверсант осторожно положил факел на дно трубы и спустил его вместе с очередной порцией нечистот. Зашипев, обугленная головешка исчезла в темноте. А боец авангарда, тем временем преодолел последние метры трубы и, перевалившись через край, оказался снаружи. Федор последовал за ним с большим удовольствием. Он уже был полностью согласен с Летисом — лучше смерть в бою с сотней легионеров, чем еще пять минут здесь.

Когда он выполз из трубы, то ожидал увидеть освещенное помещение и поваров в накрахмаленных передниках. Однако, действительность выглядела иначе, чем ее рисовало воображение. Здесь было мрачно. Отовсюду валил пар, и было так жарко от натопленных печей, что Чайка поначалу решил, будто попал в преисподнюю. Вместо чертей здесь имелись повара, которые управлялись с работой в обычных коричневых туниках, позабыв о накрахмаленных передниках. Из-за клубившегося пара диверсантов даже не сразу заметили: человек шесть поваров крутилось на кухне между печами с огромными кастрюлями, колдуя над приготовлением ужина для римских солдат.

— Тихо, — предупредил Федор, вынимая нож и хватая за тунику одного из молодых поварят, когда тот от испуга выронил кастрюлю с очистками, и та громко ударилась о каменный пол, — мы быстро пройдем, и нас никто не заметит.

Парень сразу же кивнул, ощутив холодную сталь у своего кадыка. Однако, не все повара были так сговорчивы. Один из них попытался крикнуть, позвав на помощь охранников, но крик застрял у него в горле. Бросок кинжала и одним поваром на кухне у римлян стало меньше. Остальные тут же затихли за своими плитами, быстро поняв, что эти измазанные грязью люди, появлявшиеся один за другим из канализации, шутить не намерены.

— Свяжите всех, кроме вот этого, — приказал Федор бойцам, выделив среди поваров своего «агента», — и сделайте так, чтобы они больше не шумели.

Услышав такие слова, повара решили, что их сейчас убьют. Но их только быстро спеленали нашедшейся в углу бельевой веревкой по рукам и ногам, бросив в темный угол и заткнув рты тряпками. Только одного, особенно нервного, Летис приголубил ударом кулака по голове, выключив сознание.

— Так надежнее, — пожал плечами здоровяк.

А Федор его и не осуждал.

— Где покои Марцелла? — спросил на латыни, озираясь по сторонам, Чайка у единственного повара, которому временно подарил свободу, — только быстро.

— Отсюда надо пройти по коридору до лестницы и по ней наверх, — пробормотал испуганный римлянин, — подняться на один этаж. Но… где дальше я не знаю, нас туда не пускают.

— Хорошо, — кивнул Федор, поигрывая лезвием кинжала, — пленники где, женщина и ребенок?

Повар посмотрел на него с изумлением, граничившим с обмороком, но нашел силы ответить.

— Наверное, там же. Нас туда не пускают. Наше место на кухне. Но… на лестнице много солдат…

— Это не твоя забота, — прервал его Федор, вытаскивая второй кинжал, и приказал Летису, — утихомирь и этого, некогда связывать.

Летис ударом кулака, не мешкая, отправил повара «отдыхать».

— А теперь настало время повеселиться, — выдохнул Чайка, — Марцелл живет выше этажом. Пора его навестить, идем на лестницу и наверх. Всех, кто встанет на пути, убивать.

Диверсанты бодрым шагом, словно только этого и ждали, направились вслед за ним, сжимая в каждой руке по кинжалу. Мечей у них с собой не было, слишком большое оружие, чтобы тащить с собой. Для начала им хватит и кинжалов, а все что нужно, они добудут себе в бою, — так решил Федор, отправляясь на это «дело».