Разведчик с Острова Мечты - Алексей Тихонов

— Нашли чего?

— Не-а, совсем ничего. Темнотища, пыль, крысы жирные, и все. А на другой день нагрянули стражники и засыпали дыру наглухо. Еще местных запугали, чтоб неповадно было под землю нос совать. Думаю, мелонги и сами не знают тех лабиринтов, просто боятся, как бы в их драгоценную темницу кто без спросу не ввалился.

— Так небось сторожат ее крепко?

Мальчишка запнулся, глянул с подозрением:

— Вот ведь куда вываживает, бестия… Смотри, парень, у нас и за разговоры подобные головы лишаются, не то что за дела. Я-то не трепло, но на будущее учти: глазом не успеешь моргнуть, как повенчаешься с проклятой башней до конца дней.

— Быстро соображаешь, — ухмыльнулся Шагалан. — Так как насчет охраны?

— Охраны полно, шапкой не разгонишь. На дверях караул ты уже зрел, торчит круглые сутки. Во-вторых, с вечера до утра поблизости топчется патруль, обычно человека три, но по теперешним временам может оказаться и больше. А главное… Видишь вон, длинный дом? Где народ суетится? Там у стражников казарма. Чуть что не так, с башни сигнал, и через минуту полсотни латников на подмоге. Каково?

— Впечатляет, — кивнул юноша. — А про внутреннюю тюремную стражу?

— Ну, я же не комендант, откуда мне знать? Ну, по разным неверным слушкам, предполагаю, сидит внутри человек десять.

— Стражники? Или мелонги тоже?

— В основном стражники. Хотя и белокурые там точно есть, сам как-то наблюдал, но их всего ничего. Правда, на последние события могли подъехать.

— Могли, все могли… — Шагалан прикрыл глаза в задумчивости. Настал момент для важного решения: броситься ли в отчаянную авантюру или отступить. Благоразумное отступление вовсе не зазорно, вперед здесь толкала не гордыня, а зыбкий шанс сделать нужное дело. — Еще подъехать могли… И позже подъехать могут… И непременно до казни подъедут, как мыслишь?

— Наверное. — Озадаченный мальчишка пожал плечами.

Глаза открылись, решение было принято.

— Мы ведь сегодня уже проходили по Пекарской? Сейчас туда вернемся. Надо отыскать дом одного купца, зовут Эклинт Бронк.

— Какой-нибудь старый знакомый?

— Не знакомый, но очень желаю познакомиться. Поможешь?

— Конечно, о чем речь. С тобой — куда угодно, если от башни подальше…

Небольшой тихой улочки Пекарей достигли в ранних сумерках. Оставив Шагалана в тени низкой подворотни, шустрый воришка рысью отправился на поиски. Один за другим начали зажигаться огни в окнах. Было тихо, лишь поскрипывали на ветру жестяные калачи да дерево о дерево стучало где-то в стороне, затем оттуда потянуло кислым. Зажиточная попалась улочка, благопристойная, без нищих, шлюх, приблудных собак и людей. Именно на такой пристало жить справному торговцу. Дважды тяжело протопал патруль. Едва блестящие панцири скрылись за углом, вернулся запыхавшийся Йерс.

— Твой Бронк, парень, живет в пятом отсюда доме по левую руку. Дубовая окованная дверь, привратник здоровый и злой, как пес. Хозяин вроде бы на месте.

— Молодец, быстро разузнал.

— Нетрудно, он тут личность известная. Только вот слава эта… не совсем… Торгаш-то оборотистый, да, болтают, дескать, шибко скаредный, ростовщичеством балуется, ради денег способен и подлостью не погнушаться. Лучше бы не связывался, а?

Шагалан потрепал мальчишку по затылку:

— За заботу спасибо, но у меня свой резон. А теперь… придется нам с тобой, приятель, все ж таки расстаться. Ночь как-нибудь перетерпишь? Завтра в полдень, если удачно сложится, встретимся у харчевни на Ратушной площади. Правда… не рассчитывай на это слишком.

Лицо Йерса дернулось, потемнело.

— Значит, гонишь…

— Башку твою берегу, дурень. Не хочу в чужие игры ее совать. Вот тебе монет… На первое время хватит. Совсем туго обернется — у Лекстеса отогреешься, там закуток проплачен всерьез.

— Как же… — надувшись, протянул Йерс. — Без твоих угроз меня оттуда взашей… А может, я здесь подожду? Мало ли…

— Никаких «подожду». Скоро станет гораздо опаснее, попадешься — раздавят, словно желудь. Объяснял же… Короче, нечего переминаться! Ступай домой.

— Домой?

— Ну… не домой… так еще куда. Лишь бы подальше отсюда, малыш. Топай!

Искомый дом оказался крепким двухэтажным зданием, добротным, но не выдававшим особого богатства. Прикрытые ставнями окна темны, только в одном тускло мерцал огонек. Шагалан, оглядевшись напоследок, ощупал пальцами поверхность могучей двери. В придверной нише мрак уже загустел, юноша не сразу отыскал большое медное кольцо. Постучал, мерные удары угасли в толще дома и, почудилось, насторожили его. Выждав с минуту, постучал вновь, прислушался к внутренним шорохам. Собрался было в третий раз взяться за кольцо, но тут донеслись звуки шагов, скрип половиц, масляный шелест сдвигаемого засова. Дверь немного приотворилась, качнулся блик свечи.

— Кому по ночам неймется? — произнес низкий недружелюбный голос.

— Важное сообщение для господина Бронка, — без запинки отчеканил Шагалан.

— Завтра с утра приходи. Все спать укладываются.

— Ты не понял, приятель? Важное сообщение потому и важное, что не терпит отлагательства. Сегодня ты меня не пустишь, завтра хозяин сам спустит с тебя за это шкуру. Дошло? Отпирай немедля, дурачина!

Внезапный напор сбил привратника с толку. Дверь еще приоткрылась, и юноша сумел наконец разглядеть собеседника. Мощная фигура, широкие сутулые плечи, заросшее неряшливой щетиной лицо, недовольный блеск маленьких глаз из-под нависшего лба.

— Нечего на меня таращиться, открывай давай! — не унимался Шагалан.

Привратник явно не отличался живостью ума, но и окончательно смять его не получилось. Прервав осмотр, он забасил снова:

— Хозяин ничего о вас не говорил, сударь.

— Естественно, болван! О важных сообщениях никогда не известно заранее.

— Я все же не могу вас пустить, сударь. Вдруг хозяину не так уж и нужен ваш визит, а времена нынче неспокойные…

До боли в кулаках тянуло вырубить этого тугодума и зайти внутрь безо всякого разрешения. Невзирая на грозность противостоящей массы, хватило бы точного удара. Однако здравое размышление советовало иной путь.

— В какой же неудачный день создал Творец подобного остолопа? Если сомневаешься в важности моей встречи с господином Бронком, пойди спроси его самого!

Верзила озадаченно почесал волосатой пятерней в затылке:

— А как мне вас ему назвать?

— Слушай внимательно. Передашь: человек от его старого товарища Тинаса Бойда. С предложениями по неотложному и весьма значимому для них обоих вопросу. Запомнил?

— Это все? А ваше имя…

— Не зли меня, болван! Я сказал все, что мог доверить дурню вроде тебя. Остальное услышит только сам господин Бронк. Лично.