Входящая во Мглу - Кэт Ричардсон

Я закрыла глаза, но ощущение скручивающего ужаса не пропало.

— Нет, я имела в виду, что он полон кошмаров, хотя и выглядит тоже жутко. На самом деле. Мне хочется взвыть от страха лишь от одного его вида.

— Что ты о нем думаешь? — спросила я. — Интересно.

В ее руке что-то засверкало, и она бросила это в орган. Оно растворилось, ударившись в извивающуюся массу Мглы.

— Проглотил… Очень интересно. По-моему, я увидела достаточно, а ты?

Я покружила вокруг инструмента, словно настороженная кошка, вглядываясь в его формы, физические и призрачные, пытаясь не оказаться слишком близко. Было невозможно игнорировать искаженную смесь нормы и Мглы, опутавшую его, хотя я не представляла, что могло удерживать их вместе. Похожие узлы связали мои нервы и мышцы болью, отвращением и безнадежностью.

— Хватит! — выдохнула я, пятясь. — Пойдем отсюда.

Мара, наконец, заметила мое состояние и обняла меня, что, кажется, помогло. Мы торопливо вернулись в ее машину, сели спереди и в дружном страхе уставились на "Мэдисон Форрест хаус".

Мара покачала головой.

— Вокруг этой штуковины собралось невероятное количество энергии, но, похоже, она никуда не уходит. Наверное, здесь и есть затор. И он такой… черный. Я никогда раньше не видела столь черный артефакт. Конечно, я с ними редко имею дело, так что эксперт из меня никакой.

— Артефакт? Не понимаю.

Она повернулась ко мне.

— Черный артефакт. Предмет, который обрел энергетическую ауру. Они служат хранилищем энергии, и ею можно воспользоваться, если знать как, — прямо или косвенно, в зависимости от умения и самого артефакта. О предмете и его истории можно многое сказать по цвету, размеру и активности энергетического ореола. «Черный» обычно не слишком подходящий термин. Но этот черен на самом деле. То есть с ним долгое время было связано что-то совсем отвратительное. Жестокость, страшные поступки. В общем, кошмар.

Я вздохнула.

— И его хочет мой клиент. Он заявил, что это фамильная ценность, только вот увидев орган — и самого клиента, — я начинаю сомневаться.

— Наверное, он очень необычный человек.

— И вряд ли человек вообще. Он… из Мглы, но я не знаю, кто он. Не вампир точно.

— Вот почему все знаки указывали на тебя. Не хотела бы я, чтобы такая штуковина попала в руки кому-то из Мглы. Зачем ему орган?

— Явно не из сентиментальных побуждений. У меня нехорошее предчувствие, что орган служит какой-то цели.

Мара задумалась на мгновение.

— Надо будет что-то придумать, хотя бы потому, что орган блокирует энергию, которая пригодилась бы в другом месте. — Она изогнула бровь и покрутила руль. — Если сумеем выяснить, почему артефакт черный, может, удастся понять, что с ним делать. Обычно я с ними не общаюсь, но здесь бы пригодился некромант.

— Кто? Зачем?

— Некроманты манипулируют магией под покровительством смерти.

— Ясно. Они убивают?

— Не обязательно, хотя большая часть их ритуалов эффективна только в присутствии смерти, а самый легкий способ ее вызвать — убить какое-нибудь священное животное. Когда я говорю «смерть», я имею в виду не только трупы и тому подобное, но смену энергетического состояния, которое происходит, когда кто-то или что-то умирает. Понимаешь, сила или энергия живого существа освобождается в момент смерти — это одна из причин появления призраков. Правильный магический объект притяжения поблизости может захватить энергию, и огромный поток силы с информацией станет на какое-то время доступен всякому, кто может управлять объектом притяжения. Правда, это жутко опасно даже для тех, кто вообще в состоянии прикоснуться к такому объекту. Почти все мы их чувствуем, но некроманты — одни из немногих, которые могут ими воспользоваться. Некромант отдает часть своей собственной жизненной силы за контроль над новым источником энергии, пока тот не иссякает, — меняет жизнь на знания и силу смерти, на время.

— Ох! — содрогнулась я. — Какая нам с того польза?

— Некромант может создать черный артефакт или проверить его историю. Некромантские артефакты всегда зловещие и темные, как твой орган, из-за цепочки смертей, привязанных к их созданию.

— Значит, они самые ужасные?

— Возможно. Сила многих черных артефактов приходит в результате своеобразного аккумулирования, когда слои применения, мощи и цели прилипают к предмету и начинают от него зависеть. Многие черные артефакты относительно безвредны. Поскольку их создают с определенной целью и применяют только один или два раза, они не накапливают подобной силы. Но этот… — Мара поежилась.

— Ладно, — сказала я. — Так зачем нам некромант?

— Некромант может заглянуть в прошлое, в момент создания черного артефакта, и выяснить, что послужило его причиной. Я не в курсе, как они это делают, — слишком жутко и много крови. Зная цель артефакта и процесс его создания, мы поймем, как его нейтрализовать или уничтожить. Будет нелегко. Если мы ошибемся, то рискуем увеличить его мощь, потому что артефакт высосет нашу силу.

— Я бы предпочла не видеть, как эта штуковина крепнет, — пробормотала я. — Значит, ты не знаешь ни одного некроманта?

— Нет. Я нахожу их повадки отвратительными, и потом, они вымирающее племя. Некроманты получаются не от практики и настойчивости. Они рождаются с талантом и постепенно развивают его. Это не самый разумный выбор профессии, как ты догадываешься. Мальчики и девочки, которые убивают домашних животных, чтобы "прикоснуться к силе", обычно заканчивают в сумасшедших домах. Правильные условия и лечение разрушают потенциал и направляют их более нормальным курсом.

— То есть психи, которые мучают животных, потенциальные некроманты?

— О нет. Из миллиона детей лишь один — потенциальный некромант, и он — или, гораздо реже, она — может так никогда и не испить силы, даже не узнать, что такая есть. Они никому и ничему не причиняют вреда. Но некоторые исхитряются уцелеть и живут достаточно долго, чтобы обучиться. Вот такие и становятся некромантами. Они замкнутые и всех сторонятся. Впрочем, разве ты на их месте вела бы себя по-другому?

У меня в голове замкнулась цепочка.

— Мара, что случается с некромантом, когда он умирает?

— Наверное, зависит от того, какой смертью. Подозреваю, что многие из них не умирают вообще, но каким-то образом задерживаются в мире живых или превращаются во что-то иное. Если некромант сносит физическую смерть и сохраняет рассудок, то может и дальше распоряжаться своей силой, хотя, думаю, для него это очень опасно. Магия высасывает огромное количество еще оставшейся жизненной энергии, а восстановиться потом крайне трудно. Его отношение к силе тоже меняется. Возможно, он в состоянии сберегать изрядно собственной энергии — даже подпитываться, — убивая во время ритуалов. Если достаточно реален, чтобы удержать нож и все такое.