Песчаный блюз - Алексей Бобл

— Две?! — воскликнул Эдмунт, поднимаясь. — Что ними?

Толстые линзы в очках с железной оправой поблескивали в свете лампочек на пульте, глаза за стеклами казались большими и какими-то наивно-беспомощными.

— Что произошло с турбинами? — повторил он, подскакивая к пульту. На его черном комбинезоне была куча карманов, из которых торчали концы инструментов, и еще целый набор всяких ключей, сверл и прочих железок болтался на цепочках, пришитых к лямкам, так что любое движение машиниста сопровождало громкое звяканье.

— Эд, я не устаю поражаться тебе, — сказал Карабан. — Твоей сосредоточенности и бестолковости, да. Мы же только что толковали…

Разин повернулся к машинисту:

— Мы сможем лететь на двух турбинах?

Эдмунт запустил пальцы в торчащие во все стороны волосы, подергал за них, покачался с носков на пятки и обратно и сказал:

— Сумеем вообще-то. Не забывайте, все это изобрел я! А я — я умею изобретать! Но аэрол…

— Аэрол, — повторил Разин. — Это благодаря ему дисколет держится в воздухе?

Карабан гулко прокашлялся в кулак, вращая глазами и подмигивая Эдмунту. Разин глянул на небохода и сказал:

— Думаешь, я поверил, что такая тяжелая машина держится в воздухе за счет этих ваших… вентиляторов? Ягор упомянул какой-то аэрол.

— Ягор! — процедил Карабан. — Хитрый, но дурак. Пойти против командора… Предатель! А аэрол — первейшая тайна Гильдии!

— Уже нет, — отрезал Разин. — Я уже слышал про него и теперь хочу знать, что это.

Эдмунт переводил взгляд с одного на другого. Как только Разин задал последний вопрос, он встрепенулся и стал пояснять, будто вообще не понял ни слова из того, о чем говорил Карабан:

— Так вот я и говорю — Улей тоже держится в воздухе за счет аэрола. Естественно, куда большего количества… Это вещество попало к нам с платформы. Ее привезла экспедиция из глубины Донной пустыни. Там исчезло несколько наших авиеток, вернулась только одна…

— И на ней летел я, — самодовольно заключил Карабан, решив, видимо, больше не разводить секретности вокруг этого «аэрола».

— Не только ты, — добавила Аюта.

— Я вот с этой малявкой, — поправился Карабан. — Тогда она действительно была еще малявкой — первый вылет! Это было очень давно. А теперь…

Пол качнулся, и Эдмунт с криком «Надо проверить компрессор!» устремился в машинный отсек.

Разин и я, оставив небоходов в рубке, пошли следом. Машинист нырнул в люк, мы спустились за ним по узкой железной лесенке.

Под палубой оказался круглый отсек, из стенок которого на высоте груди выходили четыре толстые железные штанги. В центре помещения к их концам была приварена коническая прозрачная емкость, заключенная в решетчатый короб. Под полом гудели двигатели — судя по звуку, не меньше двух — в помещении пахло порохом и соляркой.

Мы посмотрели сквозь решетку.

Емкость наполняла похожая на разбавленную ртугь серебристая жидкость. В тусклой, отсвечивающей металлом глубине медленно плыли хлопья, напоминающие обрывки светлой фольги. На наших глазах между двумя, оказавшимися рядом, вспыхнула тусклая искра — и хлопья срослись, образовав комок побольше. Он подтянул к себе несколько крошечных серебристых зернышек, продолжая расти, потом парящая неподалеку серебристая снежинка с рваными краями тоже заскользила к нему.

Эдмунт щелкнул тумблером на панели, установленной на решетке сбоку. Я разглядел, что из стенок емкости торчат оголенные концы четырех проводов, идущих внутри штанг. А вещество… ну да, оно очень напоминало то, что наполняло впадину на дне сферической рубки, где сидел доминант.

— Это и есть аэрол? — спросил Разин. — Но как он может удерживать дисколет в воздухе?

Еще несколько хлопьев приросли к плывущему в емкости комку. Достигнув дна, тот полетел обратно, и все новые серебристые снежинки липли к нему.

Емкость, а потом и штанги, к которым она крепилась, задрожали. Качнулся пол, когда летающая крепость начала опускаться.

— Так, руки уберите! — скомандовал Эдмунт. — Он токопроводящий.

Мы с Разиным отпрянули. Машинист нажал на красную кнопку в центре панели, и трескучий разряд прошил наполняющий емкость аэрол.

Хлопья распались на мелкое серебристое крошево, которое заклубилось внутри странной субстанции. Ноги подогнулись, когда дисколет перестал опускаться, и я схватился за штангу.

— Что происходит? — требовательно спросил Разин.

Эдмунт потирал ладони, возбужденно заглядывая в емкость, и чуть не облизывался от удовольствия.

— От движения аэрол густеет, — стал пояснять он. — Сами видите. И тогда теряет свои свойства. Если позволить ему затвердеть, дисколет упадет. Потому я постоянно бегаю сюда. Приходится давать разряды, они стабилизируют структуру.

— Но как он удерживает машину в воздухе? — повторил Разин.

Машинист, отступив от емкости, сделал широкий жест.

— Эти балки — несущие, на них держится вся конструкция. — Он вновь запустил пальцы в свою шевелюру, дернул и потряс головой. — Аэрол создает небольшое поле антигравитации вокруг себя, в которое попадает емкость и крепления балок. А балки намертво утоплены в корпус.

— Но… — начал Разин.

— Если б я знал, как оно действует! — вскричал Эдмунт тоскливо. — Это фантастическое вещество! Оно… Это… Самая большая тайна на свете!

— Улей тоже висит благодаря ему? — уточнил Разин.

— Ну конечно! Только там аэрола гораздо больше, почти целая бочка.

— Но как образовалась эта гора?

— Когда экспедиция только доставила аэрол, мы начали исследовать его, и… Совет Гильдии решил, что в нашем городе опыты проводить нельзя, опасно. Неподалеку нашелся старый военный бункер, глубоко под землей. Мы организовали там лабораторию. Ну и… — Он вздохнул. — Была авария. Такой… такой бесшумный взрыв. Вспышка антигравитации. Меня обвинили… Ха! Кто мог знать, что аэрол вступает в реакцию с чистым кислородом? Во время взрыва каменный конус вырвало из толщи. И он повис. Да вы сами видели! Повис — и все тут! Позже все шурфы и ходы в комплекс мы замуровали бетоном, чтобы не было утечки. Цистерна с аэролом до сих пор там.

Понять взволнованную, сбивчивую речь машиниста было не так уж легко, и я на всякий случай переспросил:

— То есть основная масса аэрола находится где-то в центре Улья?

— Ну да, да! И она не распадается, как этот! — Эдмунт ткнул пальцем в емкость.

— А откуда этот взялся? — спросил Разин.

— Перед началом эксперимента мы откачали часть аэрола, используя вакуумную камеру.

Мы с главой Меха-Корпа переглянулись. Вакуум… Я смутно понимал значение этого слова. Судя по всему, глава Меха-Корп тоже слышал его.