Пятая космическая - Вячеслав Шалыгин

– Поздравляю, – обернулся водитель.

– Не с чем, Егоров. – Павел покачал головой. – Штаба армии больше нет, Атакующие флоты обезглавлены, народу полегло за пять секунд, как за всю войну, потеряна половина тяжелых кораблей. Короче, ситуация мерзкая, как никогда. А ты поздравляешь.

– Виноват. – Десантник отвел взгляд.

– Ты-то как раз не виноват. Разворачивайся и в порт. – Преображенский включил командирскую частоту. – Внимание, всем подразделениям Пятой космодесантной, говорит командир бригады подполковник Преображенский. Отставить зачистку и отойти на позиции по плану «Крест»! «Комбат один», капитан Блинов, «комбат два», капитан Жерар, на закрытую линию!

– Я, ваша светлость! – первым вышел Жерар.

– На связи! – объявился через полсекунды Блинов.

– Слышали уже?

– Даже видели, – ответил Блинов. – «Вега» почти над нами шарахнула. Вы разве не видели? Обломки, вон, до сих пор в атмосфере догорают.

– Я был занят. Марсиане могут начать в любую минуту. Надо удержать Бьорн. Теперь база «Альфа» для нас здесь. Если не удержим городишко, армия останется без снабжения и боевого обеспечения.

– Удержим, господин подполковник.

– Удержим, – согласился Жерар. – Разрешите один вопрос?

– Задавайте, капитан.

– Как долго?

– Хотите, чтобы я сказал что-нибудь успокаивающее? Чтобы я соврал?

– Никак нет. – Жерар немного стушевался.

– Тогда впредь не задавайте таких вопросов, капитан. – Преображенский стал предельно серьезным, даже суровым. – Я не знаю, Жерар. Будем держаться, сколько потребуется. Или на сколько хватит сил.

* * *

Полковник Бертье пришел в себя после того, как дежурный врач гарнизонного госпиталя сделал ему инъекцию антидота.

– Штатное средство, – констатировал доктор. – Получается, вас отключили свои, господин полковник.

– Зачем?

– Это вам лучше знать. Может, пошутили? – Врач развернул изображение компьютера к Бертье. – Вот отчет. Клипсанол. Отключает мгновенно, ровно на шесть часов. Поставляется в войска как средство для временной нейтрализации пленных. Марсиане его не используют. Они предпочитают шокеры.

– Спасибо за лекцию. – Полковник сел и потер макушку. – Только все как раз наоборот. В тылу врага приходится пользоваться его же средствами – это элементарное правило конспирации.

Голова гудела, как закипающий чайник. Бертье взглянул на часы. Из жизни выпало двести сорок минут. Что могло произойти за такое долгое время, думать не хотелось. Четыре часа гарнизон жил без начальника Службы внутренней безопасности. В особом контроле подчиненные не нуждались, но Бертье знал кое-что очень важное для «Возрождения» и заминка с доставкой этих сведений могла иметь непоправимые последствия.

– Как обстановка, Дель Марко? – Бертье поморщился. В горле пересохло.

Майор подал стакан воды.

– Мы не сумели найти злоумышленника по горячим следам. – Дель Марко виновато развел руками. – Камеры в коридоре никого не зафиксировали, следов он не оставил, а молекулярный анализ воздуха запоздал. Сержант Багиров нашел вас на вещевом складе полчаса назад. Видимо, надо переходить к расширенному поиску. Для начала выяснить мотив.

– С этим инцидентом я разберусь лично, – остановил помощника Бертье.

Полковник примерно представлял, какой был мотив у нападавшего. Кто-то увидел, как Бертье подслушивает под дверью у Дюссона, и решил помешать полковнику. Вот и весь мотив. Обвинить в измене целого начальника СВБ неизвестному было слабо, но в том, что Бертье поспешит доложить об услышанном руководству «Возрождения», злодей не сомневался. Иначе не рискнул бы напасть. Один нюанс – в момент нападения не работали видеокамеры. Удачным совпадением это назвать было сложно. Но кто имел настолько широкие возможности, чтобы отключить камеры без приказа хотя бы заместителя начальника СВБ гарнизона? Бертье покосился на Дель Марко. Майор состоял в «Возрождении» и мешать шефу было не в его интересах.

– Есть общие изменения. – Дель Марко взял многозначительную паузу.

– Поговорим у меня. – Полковник поднялся с кушетки.

– Я бы рекомендовал отлежаться, – сказал доктор. – Голова не кружится?

– Все нормально. – Бертье оправил униформу. – Спасибо, док.

По пути в канцелярию СВБ, майор молчал, но как только Бертье закрыл дверь своего кабинета, Дель Марко выложил всю информацию одним «пакетом»:

– Обстановка осложнилась до предела, господин полковник. Армия Овчаренко понесла тяжелые потери. Генерал и большинство высших офицеров погибли – взорвана базовая платформа и несколько кораблей. Марсиане полностью блокировали Первую ударную и армию Накано.

– А Гордеев?

– Он жив и принял командование армией, но без поддержки главных сил ему не продержаться и суток.

– А что Дюссон? – Полковник достал платок и утер испарину на бритой макушке.

– Он не спешит на выручку. Более того, он запретил транслировать сводки с дальнего фронта. Селье и Де Брасс готовы ударить по марсианам, но Генштаб разослал в войска приказ, в котором сказано, что даже разговоры о помощи Юпитерианским армиям будут считаться изменой. В армии Санчеса что-то происходит, но что конкретно – никто не знает. Наши... – Дель Марко сделал акцент, – сообщают, что Санчес арестован людьми генерала Воронцова, начштаба Второй ударной.

– Бунт? – Бертье поднял на майора настороженный взгляд.

– Возрождение, – поправил шефа Дель Марко. – Гордеев дал команду начать операцию «Контрфорс». Насколько мне известно, Френо в курсе и не возражает.

– Не возражает против военного переворота? – удивился Бертье.

– Переворот пытается устроить Дюссон. В его распоряжении пока остается Армия Обороны Земли, которую он лично вывел на орбиту Луны. Я думаю, он пытается отрезать ударные армии от баз и обеспечить марсианам проход прямиком к Земле. Как только корабли блокирующих сектор марсианских флотов двинутся по открытому маршалом коридору, измена Дюссона станет очевидной даже для самых закоренелых скептиков. В плане Гордеева такая возможность учтена. Князь относил к числу скептиков и Френо, однако президент проявил нехарактерную проницательность и, говорят, уже подписал приказ об отстранении Дюссона. Наши люди в окружении президента слышали, как тот разговаривал с Гордеевым по гиперсвязи. – Дель Марко понизил голос. – Говорят, Френо страшно напуган изменой Дюссона. Он почти умолял Гордеева срочно что-нибудь предпринять.

– Странно, почему его, а не Селье или Де Брасса? Ведь еще вчера Гордеев был всего лишь одним из сотни молодых генералов. Он, наверное, даже во Дворце Наций бывал только один раз, на вручении погон. Неужели Френо знал о «Возрождении»?