Ночная таксистка - Олеся Шалюкова

— И ты сразу в него влюбилась?

— Что ты! В тот момент я испугалась. Такой высокий. Сильный. Влюбилась я уже потом. Когда проработала с ним где-то год. Весь этот год я плохо спала по ночам. Обычно выпивала три-четыре таблетки снотворных и тогда только могла уснуть. Снились же мне кошмары. Потом получилось так, что мы отправились в командировку. Попали в самый разгар сезона, и начальнику пришлось снимать номер для новобрачных. Мы… спали в одной кровати, она правда была огромная, но… В общем, — Марина слабо улыбнулась. — Он сел на край. На меня посмотрел и улыбнулся. Я впервые видела у него такую нежную и ироничную улыбку. Сообщив мне, что моя честь его не интересует и я могу спокойно спать, он устроился поудобнее и мгновенно уснул. Я уснула гораздо позднее. И мне опять приснился Влад. Кошмары с его участием меня и душили почти каждую ночь.

Я плакала во сне, кричала и отбивалась от Влада.

А потом меня окутало незнакомое тепло. Когда я открыла глаза, на меня встревожено смотрел начальник. Покачав головой, он обнял меня крепко-крепко, как маленькую девочку и прошептал, что никому не даст меня обижать. С тех пор я спала уже нормально и без снотворного. Из той командировки, начальник «привез» легкое иронично-дружеское отношение ко мне, а я к нему — любовь.

— И? — поторопила Ира. — Ты сказала?

— Конечно же, нет. Я человек. А он демон. Что у нас может быть общего?

* * *

Денис перегнулся через окно. Посмотрел на падающие вниз тела. Рядом тихо вскрикнула Ева, когда на уровне четвертого этажа, обе девушки исчезли.

Повернувшись к демонам, некромант развел руками.

— Надо считать, что мы проиграли. Что же, признаем все это неудачной шуткой и разойдемся как в море корабли?

Аршель медленно покачал головой.

— Ты покусился на то, что я поклялся защищать. Значит, исход во всем этом может быть только один. Я должен тебя убить.

Денис вздохнул.

— Ну что же, я не буду стоять и покорно ждать, пока вы это сделаете. Поэтому… — на ладони некроманта появились черные огни.

Демон фыркнул. Вокруг него запылали алые сгустки огня.

— Ты думаешь, что справишься со мной, человеческий мальчишка?

— Что вы! Конечно же нет. Я просто… попробую бежать.

Черные огни оторвались от ладони, свалились вниз. Черные дурманящие цветы наполнили комнату. Отовсюду — из стен, с потолка лезли черные дымчатые фигуры. Щит Айри сняла в тот самый момент, когда Ира выпрыгивала из окна. И сейчас демоница об этом пожалела.

Слишком много мавок даже слабого некроманта, могли задавить числом. А этот Денис точно не был слабым.

Дурашливо раскланявшись, Денис шагнул к окну, но… Ева. Сирена заступила ему дорогу, глядя некроманту в глаза.

Мавки всей толпой набросились на демонов, закрыв тем обзор.

— И что теперь? — спросила тихо Ева.

Мужчина пожал плечами.

— Что, что… теперь мы должны разбежаться. Раз у нас нет денег, то надо их заработать. Работать я не люблю, значит, найду себе какую-нибудь богатую старую вдову. Женюсь на ней и буду спокойно жить.

— А как же… я?

— Что ты? У тебя по пятам следует чокнутый вампир. Ты вмешалась в игру за триаду ветра. К тому же теперь ты мне полезна не будешь. Зачем я должен думать о тебе? Теперь каждый должен быть сам за себя.

— Но… ты же говорил, что любишь меня!

— Ева, ты взрослая красивая женщина, а веришь в такие сказки, — укоряюще сказал Денис. — Ну, подумай сама. О какой любви может идти речь? Мне просто было с тобой хорошо. Вот и все. Не подумай, ничего личного.

— Просто… «хорошо». — В глазах сирены полыхнул белый дым. — И все?

Она шагнула вперед, обнимая некроманта за шею. Тот вздохнул, решил сделать ответную любезность, и обнял Еву за талию.

Девушка поцеловала ямочку на щеке, которая ей всегда нравилась, дотянулась до уха любимого.

— Умри, — прошептала она.

Чистое серебро длинного узкого стилета вонзилось в грудь мужчины.

Освободившись от ослабевших объятий, Ева несколько мгновений смотрела в пустеющие глаза.

— Я не буду убивать Белую Невесту. Пусть это будет моим последним подарком тебе. Прощай.

Развернувшись и не обращая внимания на демонов, которые уже значительно проредили количество мавок, сирена выпрыгнула в окно. Артефакт ветра бережно подхватил ее и плавно опустил на землю.

Накрывшись щитом невидимости, Ева бросилась домой.

«Собрать вещи. Забрать тетку. И уехать», — словно заклинание стучало в ее голове.

… Протерев лезвие длинной изогнутой катаны, Айри вздохнула, глядя на мертвого мужчину.

— Ну вот, я ожидала, что будет все более интересно. Всегда хотела сразиться с некромантом, а этот гад просто предпочел сбежать. Вот только не предусмотрел поступка девушки.

— Я тоже, — задумчиво согласился Аршель. — Я тоже.

— Да ладно. Неужели сложно было догадаться, что мстительная сирена, поняв, что ее отправили в отставку, так просто не сдастся?

— Сложно, — кивнул демон. — Очень сложно. Ладно. Как бы там ни было. Звони своей новоявленной подружке. Пусть возвращаются обратно.

Айри кивнула. Отбила смс-ку и посмотрела в окно.

— Значит, это все еще не конец.

— Нет. Ева — жива. А значит, решит отомстить. Да и ее тетка… тот еще фрукт.

— Как бы то ни было, идем вниз, — сказала демоница, помахав ладошкой появившимся внизу девушкам. — Они уже здесь. А нам пора возвращаться. Тебе надо провести воспитательную беседу с Мариной, а Ира обещала меня где-то устроить. Где уютно, тепло и вкусно кормят.

— А твой трейлер?

— Сказали, подгонят на этой неделе, — Айри потянулась. — Быстрее бы уж наступил понедельник. Я так хочу на работу!

Девушка прошла уже к дверям, когда Аршель ее спросил.

— Попробуешь встретиться с Филом?

— Нет.

— Почему?

— Он не хочет меня видеть… до сих пор, наверное, не простил мне того случая.

— Он был виноват не меньше тебя. К тому же вы — жених и невеста.

— Тебе ли не знать, что «невеста» не равно «будущая жена»? — возразила тихо Айри. — Наверное, я попробую смириться. И пройти новые смотрины.

— Айри.

— Ничего не говори, — попросила демоница. — Я не буду обещать, что сделаю это. Но все-таки должна же я, наконец, разлюбить этого полукровку… — и уже себе под нос, Айри добавила. — Раз уж он так меня ненавидит, мне все равно ничего не светит. Я устала ждать, пусть даже не его любви, а хотя бы его прощения…