Ведьма по наследству - Ольга Ярошинская

— Постою в сторонке, — неуверенно ответила я, — постараюсь не отсвечивать.

Юлька скептически на меня посмотрела. Да, она права, мы вечно находим себе приключения на пятую точку, даже там, где, казалось бы, ничто не предвещало. Я покосилась на кулон, лежащий на покрывале. Темная непроницаемая глубина вспыхнула алыми искорками. Мурашки побежали по коже, и я поежилась. Мне вдруг показалось, что опасность ближе, чем я могла бы предполагать. Внизу раздался стук, треск досок, послышались голоса.

— Ярополк! — воскликнула я и опрометью побежала вниз.

Я толкнула дверь, и та поддалась, в щель полился свет, хлынули запахи, шумы сказочного мира.

— Мама! — От рева Глории звякнули стаканы в буфете.

— Девочка моя! — Юлька подпрыгивала рядом со мной в нетерпении.

Я увидела розовую ручку, мелькнувшую в просвете, Брюс помогал отдирать гвозди, которыми Ерема приколотил доски. Я увидела широкую ладонь, покрытую с тыльной стороны короткими светлыми волосами, сердце сжалось, а потом заскакало галопом. Наконец дверь распахнулась во весь проем.

Воевода стоял на пороге, высоченный, заросший, голубые глаза светились на загорелом лице осколками неба.

— Яр, привет и пока! — Юлька проскользнула мимо него и побежала к дракону, который испустил при виде своей создательницы радостный вопль, от которого наверняка содрогнулись все запорцы.

— Василиса, — выдохнул Яр, шагнул ко мне, его руки опустились мне на талию. — Я так хочу тебя, так сильно, что дышать больно, — хрипло прошептал он, склонившись, его глаза оказались вровень с моими. — А ты хочешь меня?

Я обхватила его за шею, привлекла к себе. Он еще спрашивает! Яр шумно вдохнул, подхватил меня на руки и понес наверх. Бросив меня на кровать, он сорвал с себя рубашку. Я пробежалась взглядом по широкой груди, млея от его крепкого торса, плоского живота, стянула через голову майку — мне тоже есть что показать. Краем глаза заметила кулон на кровати и смахнула его рукой. Он с тихим стуком упал на пол, звякнув, покатился. Крепкий как камень — так ведь говорил Онисий? Яр поцеловал меня, и все мысли выпорхнули из головы птичьей стайкой…

— Василиса…

— Мм?.. — Я повернула голову, приоткрыла глаза. Яр лежал на боку, играя с прядями моих волос.

— Ты не передумала насчет моего предложения?

— Почему ты хочешь жениться на мне, Ярополк? — Мне вообще-то не хотелось обсуждать этот вопрос. Я бы предпочла просто молча понежиться в любовной неге. Еще говорят, что это женщины любят поболтать после секса.

— Во-первых, я хочу защитить тебя, — ответил он.

— Есть еще и во-вторых?

Ярополк помолчал, будто собираясь с духом.

— Я хочу спать с тобой.

— Как мило, — улыбнулась я. — Ну, можешь остаться на ночь.

— Ты понимаешь, о чем я. Пока мы не женаты, все так неопределенно. Ты можешь отказаться в любой момент.

— Постой! — Я приподнялась на подушках, подтягивая одеяло к груди, но Ярополк собственническим движением стянул его ниже, положил ладонь мне на грудь, легонько сжав пальцами сосок. — То есть, если бы мы были женаты, я не могла бы тебе отказать?

Похоже, воеводу этот вопрос поставил в тупик.

— Ты была бы моей женой, — ответил он, непонимающе глядя на меня, пальцы на моей груди замерли.

— Ну и что? А вдруг бы мне не захотелось?

— Конечно, у женщин бывают особые дни, — исправился Яр, — ну и всякие редкие случаи, к примеру, роды.

— Да боже мой! — Я сбросила его руку и завернулась в одеяло, как в кокон. — Твои понятия о браке просто невозможны!

Яр нахмурился, и я поспешила добавить:

— Хотя спать с тобой я тоже хочу.

— А еще ты бы слушалась меня. — Яр встал с кровати, принялся одеваться.

— Да ладно? С чего бы такие метаморфозы?

Воевода усмехнулся в бороду, резким движением сдернул одеяло, так что я едва не скатилась на пол.

— Не прячься, дай посмотреть на тебя. Знаешь, Василиса, иногда можешь мне перечить, это даже заводит. Наверное, потому я и не женился так долго, искал строптивицу вроде тебя. Люблю объезжать норовистых лошадок.

— Я не кобыла! — Его снисходительная манера разговора начинала меня бесить.

— Но если ты хочешь жить в нашем мире, тебе в любом случае придется исполнять мои приказы.

Я повернулась на живот, потянулась, улыбнувшись уголками губ.

— Хорошо, иногда можешь приказывать.

Сегодня мой воевода был воплощением властного любовника, в животе свернулся жаркий узел от воспоминаний о том, что он творил с моим телом.

— Я не о постели. Я — воевода, второе лицо после царя, я отдал тебе прямой приказ — не выходить со двора. А ты?

— Ой, подумаешь, пошла искупаться… А вот твой Ерема перешел все границы — замуровал меня в собственном доме!

— Жаль, я сам до этого не додумался. — Яр почесал подбородок. — Ладно, мне надо к царю. Я оставлю у вас Глорию, с ней в столицу не заявишься. Еще начнет охоту за собаками, раз уж всех сумертов да волков повывела. Благодаря ее скорости я выиграл время, мое войско еще только на подходе к Кижечу. А после аудиенции я вернусь, и мы продолжим наш разговор.

Он наклонился и поцеловал меня, борода уколола шею.

— И Ерему забери! — крикнула я ему в спину. — Он уже на оба глаза прозрел! Чего штаны у забора просиживать?

Не знаю, услышал ли меня Ярополк, гулкие шаги по металлической лестнице постепенно затихли. Хорошая новость — он скоро вернется, плохая — мы никак не можем прийти к какому-то соглашению. Я села на кровати, опустила ноги на пол и тут же отдернула ступню. Кулон опалил кожу горящим углем. Я осторожно потянула за цепочку, подняла подарок бабули. Темный сосуд, мерцающий красными искорками, качался у меня перед глазами, затягивая в черную глубину, как в омут. Я положила кулон в шкатулку и захлопнула крышку с резким стуком.

Ужасно хочется есть. И теперь я могу снова выпить чашечку кофе, сидя на своем крыльце.

Мы с Юлькой устроились на крылечке, наслаждаясь свежестью сумерек. Жаль, но почти все сказочное лето прошло мимо нас. Ночная вылазка к гейзеру вышла нам боком, но я ни о чем не жалею. Взлетать с мощной струей воды навстречу звездам, чувствуя, как теплая вода резко сменяется прохладным ночным воздухом, видеть водяную взвесь, переливающуюся серебристой радугой в лунном свете — такого ни в каком спа-салоне не купишь.

Ерема жался за забором. Мы с Юлькой проигнорировали его объяснения ледяным молчанием.

— Почему Яр не убрал его? — спросила Юля, протягивая мне бутерброд с сыром.

— В принципе не убрал или с поста? — спросила я. — Как-то тяжело мне с Яром найти общий язык, когда мы не в горизонтальном положении.