Последний отбор. Смотрины для строптивого принца  - Вера Чиркова

– Откуда ты знаешь? – ошеломленно пробормотала я.

– Амулет у меня настроен на самых нужных людей, – пояснил он так спокойно, словно не наговорил минуту назад невероятных вещей, от которых голова шла кругом.

Мне хватило ума промолчать, хотя на языке вертелся вопрос, есть ли я в этом списке. А потом распахнулась дверь, Гесорт смерил нас испытующим взглядом и коротко сказал:

– Тревога.

Я вскочила и ринулась за ним, но не успела сделать и двух шагов, как оказалась на руках у прыгающего через ступеньку Ренда.

Однако уже через пару секунд, придя в себя, создала щит-сферу и стремительно доставила всех нас в гостиную, где ждала Ленси.

– Мы пообещали…

– Бери, – не дал закончить Стай.

Всего спустя несколько мгновений мы стояли на верхней площадке деревянной сторожевой башни, враз оглохшие и ослепшие от грохота, криков, стонов и ярких солнечных лучей.

– Гина, помогай держать щиты, – скомандовал учитель, и пока я, прикрыв глаза, искала магическим зрением нити и узлы защитных плетений, торопливо объяснял: – Это большая деревня, Жабинка. Полчаса назад на рыночной площади появились провалы и полезли винты. Как выяснилось, стаю приманил хозяин бойни, сливавший в канавку кровь. Клянется, что не нарочно нарушил приказ. Ну, ты тут держи, мы пойдем помогать. Цитадель уводит жителей на Тезгадор, но нужно проверить все дома.

– А Эстен? – осведомилась, переживая за друга, получившего от судьбы очередной подлый удар.

– Уже здесь! – голос учителя донесся откуда-то снизу.

– Ленси? – позвала я, на мгновение оторвавшись от щита, который с разных сторон поддерживало не менее десятка магов, но никто не отозвался.

Значит, учитель взял ее с собой, и следовательно, за подругу можно не волноваться. Стай не из тех людей, кто может забыть о подопечном или передоверить его кому-то другому.

Постепенно мои щиты вливались в общий купол, укрепляли слабые места, меняли поспешные соединения. Работать было легко, где-то неподалеку бил сильный источник, но душу отравляло понимание, что именно он и породил стаи монстров, напавших сегодня на несчастных селян.

Вскоре маги начали по одному покидать свои посты, пока нас не осталось четверо. Я не знала, кто именно помогает мне держать купол, но чувствовала мощь и опытность собратьев. Мы уже накрыли трехслойной защитой все свободные от построек участки почвы и особенно прочно запечатали дыры, куда боевые маги сбросили перебитых винтов. Жечь их было бесполезно, кровь просочилась сквозь камни и песок, пропитав подземные ходы и норы на десяток шагов вглубь. Да и небезопасно: большинство домов – деревянные, а в этих местах уже не менее трех декад стояла летняя сушь.

– Отдохни, – тронул меня за плечо Сингис, один из самых сильных щитовиков цитадели, но я отказалась:

– Еще не устала.

И в самом деле чувствовала себя бодрой и свежей, как обычно вблизи от подобных мест. Даже создала маленький щит, в котором сидела как в кресле.

– Это коварство источника, – не отступил Сингис. – Пока купаешься в его потоках, кажешься себе всемогущим и бодрым, как мальчишка, а стоит уйти в цитадель, накатывают бессилие и сонливость. Если не хочешь потом спать три дня, чередуй магические занятия и обычный труд. Или отдых. Пока ты тут дежурила, мы успели собрать всех жителей возле дома старосты. Там портальщики открыли путь к нам. Только одну семью не можем уговорить, они потеряли двоих детей… Нет, ты неверно поняла. Ребятишки пасли коз на опушке леса и домой не вернулись. Ни они, ни животные. Но следов расправы нет. Там сейчас работают следопыты и все те, кто ощущает людей по магическим аурам или тепловому следу.

– Какой тут след, в такую жару, – еще бурчала я, а в сердце уже вонзилась ледяная заноза.

Как раз такими способами Ренд находил в зарослях монстров и любых живых существ. Хотя своя способность следопыта у него была слабой, зато ее усиливал родовой королевский артефакт. Впрочем, все следопыты имели на вооружении десятки различных амулетов, жезлов и даже подопечных животных и птиц. Всяких крыс, ласок и ворон. У Ренда был маа, но в спасательные вылазки он питомца не брал.

Ведь неизвестно, чем придется заниматься.

Передав Сингису свой пост, я помчалась вниз и очень скоро выяснила, что принц ушел к бегущей меж каменистых берегов речке, куда дети гоняли в обед свое маленькое стадо на водопой.

Не понимая, ради чего напарник решил идти именно туда, ведь пропали ребятишки еще утром, я создала небольшую воздушную сферу и торопливо направилась следом.

На берегу неширокой, неспешной речушки было пустынно и до неправдоподобия безмятежно. Мирно струилась мимо прозрачная вода, весело сновали на мелководье какие-то рыбешки, крутились над зарослями рогоза слюдяные стрекозы, деловито жужжал какой-то жук. С минуту я осматривалась, гадая, куда мог пойти отсюда Ренд, и после небольших колебаний решила, что перебираться через реку он вряд ли стал. Ведь тогда этим путем должны были бы ранее пройти дети с козами? А им совершенно незачем туда плыть, трава на том берегу точно такая же, как здесь.

Выбор сузился, но куда дальше? Вверх или вниз по течению? Внимательно оглядев берег, я признала, что сама направила бы коз вниз, туда, где пышно цвело вымахавшее выше пояса разнотравье. Однако непонятное чувство почему-то неуловимо тянуло меня в другую сторону, и захотелось проверить интуицию.

Через пару десятков шагов правильность моего выбора подтвердили мелкие приметы. Тут явно кто-то недавно прошел: трава слегка примята, на кустах дикой малины не осталось ни одной спелой ягоды, хотя в трех шагах от свежей тропы она алела сквозь листву рясными гроздьями. А потом я заметила на колючих стволиках клочки козьего пуха и ускорила сферу.

Ренд прошел этой тропой не менее часа назад, и догнать его будет нелегко. В походах лучник всегда быстр, ловок и неутомим. И очень бдителен, поэтому я не боялась налететь на логово кабаняк или семейку винтов и гнала свой необычный транспорт все стремительнее. И очень скоро заметила, что тропа начинает неуклонно забирать вверх.

Речное русло заворачивало отсюда вправо, а лесной клин остался слева, и между ними постепенно вырастал каменистый холм, густо заросший кустами, одинокими деревьями, сорной травой и хмелем. Это растение господствовало на холме, оплетая пышными лианами все деревья и кусты и превращая их в дремучий лес.

И кто-то, прошедший тут до меня, безжалостно прорубил в непролазных дебрях светлых шишек, свисающих пышной пеленой, прямые, но очень узкие тоннели, прикончив по пути несколько крупных пауков-птицеедов. А поскольку это мог быть только Ренд, и так варварски он расправлялся с растениями и насекомыми лишь в случае крайней необходимости или опасности, заторопилась и я.

Чувствуя все нарастающую тревогу и одновременно усиливающееся желание добраться до странного места, куда недавно так стремился командир, а несколькими часами ранее ушли дети и козы, сжала сферу в некое подобие веретена и поспешно направила ее по ведшей вглубь зарослей просеке.