Злодеи всегда проигрывают - Ольга Валентеева

— Ты что любишь есть? — спросила у Тео. Мало ли, может, он вегетарианец. В книге как — то обошла этот момент стороной.

— Всеяден, — был ответ.

Потом вспомнила, как он главе так в десяток готовил тушку змеи на костре. Наверное, действительно всеяден. Мы подошли к кассе. Я достала кошелек, протянула кассиру скидочную карту, как вдруг Тео напрягся — и куда — то рванул. Быстро подхватила пакет, сгребла сдачу и понеслась за ним. Под машину попадет, идиот! А Тео несся под сигналы клаксонов, перепрыгивая через капоты автомобилей. Ненормальный! Я едва протиснулась за ним, надеясь только, что никто из водителей не запомнит меня в лицо и не задавит при случае. О, боже, да куда же он?

Неожиданно Теодор затормозил, и я чуть не врезалась в его спину.

— Арресанте, — пробормотал он. И, судя по тону, это было ругательство.

— Что не так? — гаркнула я.

— Кейн, он был здесь, — Теодор чуть ли не шипел, глотая половину звуков. — Упустил!

— Тео, — прикоснулась к сжатой в кулак ладони, — здесь не может быть Кейна. Это другой мир. Ты здесь оказался случайно. А он и вовсе не мог.

— Ты откуда знаешь? — чужие пальцы вцепились в ворот кофточки и приподняли над землей. — Говори, женщина!

— Мужчина, вы что делаете? Я сейчас полицию вызову! — послышался женский голос. Вот она, хваленая женская солидарность! Хрупкая девушка уже достала мобильный и набирала номер.

— Не надо, спасибо, — прохрипела я. — У моего… гм… брата сложный жизненный период. Да, Тео?

Тот разжал пальцы, и я чуть не рухнула на землю. Ох, кто — то останется без обеда! На голодный паек посажу. Перехватила пакет, гордо расправила плечи, еще раз поблагодарила неожиданную помощницу и пошла прочь. Хочет — пусть догоняет. Нет — он и на улице не пропадет. Угодит в тюрьму раньше, чем закончится день.

Оглянулась только у подъезда — Теодор шел за мной, опустив голову. Дошла до лифта, нажала на кнопку и шагнула внутрь. Тео едва подавил вздох, но снова забрался в лифт и терпел, пока тот не остановился. Открыла дверь, пропустила этого мерзавца и заперла замок. Теодор тут же свернул в гостиную, а я отнесла пакет на кухню. Ко мне тут же протиснулся Муз в ожидании любимой колбасы. Пришлось кормить — мой кот ни за что не останется голодным. А после я включила плиту и принялась за готовку. Обжарила курицу и грибы, смешала со сметаной, добавила приправы. Аккуратно вынула середину у булочек, наполнила теплым жульеном. В тот момент, когда достала терку и начала тереть сыр, на пороге появился Теодор.

— Прошу прощения, был неправ, — склонил он голову.

— Что? Я не ослышалась? — на всякий случай, протерла уши.

— Нет, — тот явно едва сдерживался. — Я допустил ошибку и прошу прощения. Скажи, откуда ты знаешь Кейна?

— Я его не знаю, — пожала плечами. А то, чего доброго, узнает, что я — автор книги о его несчастной судьбе, и придушит ненароком. — Просто догадалась, что это парень из твоего мира. И сам подумай — откуда ему здесь взяться?

— Ты права, неоткуда, — признал Теодор. А я сама искренне надеялась, что и правда права. Потому что получить Кейна в довесок к его извечному врагу — это уже слишком. — А… обед еще не готов?

Вот сволочь! Чуть не придушил, а теперь обедом интересуется. Но я сделала вид, что все хорошо. Не буди лихо, пока спит тихо. Мое персональное лихо, кажется, готово было пойти на мировую, и нельзя было этим не воспользоваться.

— Присаживайся, через четверть часа будет, — миролюбиво ответила я. Сыр отправился к булочкам, булочки — в духовку. И уже через пару минут по квартире поплыл изумительный запах грибов. Страстно люблю это блюдо! Обернулась — и чуть не рассмеялась. Тео смотрел на духовку, как кот на мышь. Еще бы. Это он сутки в нашем мире, плюс в книге еще день ему было не до еды — Кейн наступал на пятки. После двух дней голодания и слона проглотить можно. Сам виноват, не надо было утром устраивать сцену.

Зато меня удивил Муз, который чужих не переносил на дух, и даже Ритку терпел в качестве исключения. Он забрался на колени к этому монстру и замурлыкал. Тео едва заметно улыбнулся и провел ладонью по рыжей спине.

— Любишь кошек? — спросила я.

— Люблю, — кивнул тот. — Они свободолюбивы, как и я.

Не поспоришь. Это сейчас, когда холодно, Муз сидел дома. Но как только потеплеет, его не дозовешься. Пока жульены запекались, я села напротив Теодора и не могла не заметить, каким умиротворенным и спокойным он сейчас выглядит. Говорят же, что кошки — лучше валерьянки.

Наконец, мое коронное блюдо было готово. Сняла с крючка дощечку и поставила на стол. Сверху взгромоздился противень, на котором булочки щеголяли хрустящими бочками.

— Прошу, — милостиво махнула рукой. — Только смотри, горячие.

Но Теодору, похоже, было все равно. Жюльены исчезали один за другим. Я даже забеспокоилась, как бы магу не стало плохо. Все — таки непривычная тяжелая пища после длительного голодания. Но Тео ел с таким аппетитом, что я не осмелилась ничего сказать.

— Спасибо, — наконец, он взял полотенце и аккуратно вытер руки и рот. Аристократ, чтоб ему! — Ты превосходно готовишь.

Хоть кто — то оценил! Сердце возликовало. И я даже перестала злиться за сцену возле магазина. Сама же знаю, что он зациклен на Кейне так же, как и Кейн на нем. Вот и мерещится ему извечный враг. Зато теперь злодей довольно щурился и сам напоминал кота, только не рыжего и холеного, как Муз, а черного и бездомного, которому вдруг перепал кусок колбасы и теплая подстилка.

— Почему ты не замужем? — вопрос выбил меня из колеи. Я так и замерла с булочкой, поднесенной ко рту. Хорошо, хоть укусить не успела.

— Ты с какой целью интересуешься? — спросила осторожно. — И вообще, с чего ты взял, что я не замужем? Может, мой супруг в командировке?

— Где? — Тео снова пришлось напрягать мозги. — А, в командировке… Нет, ты определенно не состоишь в отношениях. Потому что спишь в странной пижаме, в ванной только один набор принадлежностей, в доме нет мужских вещей.

Ладно ванна — когда только успел в ней побывать? Но пижама моя ему чем не угодила?

— А насчет того, с какой целью… — Теодор пожал плечами. — Тебе сколько лет? За двадцать, правда?

— Двадцать пять, — не видела смысла скрывать.

— В нашем мире, если женщина до двадцатилетия не вышла замуж, значит, либо она не блюла себя до свадьбы, либо у нее такая слава и такой характер, что никто не женился.

— Может, в вашем мире просто с женщинами напряженка? — подскочила со стула.

— Подожди, — Теодор перехватил мою руку. — Я говорю о своем мире, а не о тебе. Просто ты — не уродка, готовить умеешь, в квартире чисто. Тогда почему?

— У нас не принято выходить замуж только потому, что так надо. Я, может, согласна пойти под венец только по любви, — выпалила в лицо Теодору и умчалась прочь. Нет, ну это надо! И оскорбить успел, и вроде как комплимент сделал. Я начинала мечтать о том дне, когда этот ненормальный покинет мою квартиру. Пусть катится… к Кейну!