Мировой Ворон - Э. Дж. Смит

– Великая Матерь!

Рут слегка кивнула.

– Нам нужны еда и отдых.

– Конечно. Мой дом – ваш дом.

Арджав встал с ней рядом и склонил голову в поклоне.

– Это Лилла Векериан, защитница Мрачной Долины.

Женщина улыбнулась – и на щеках у нее появились ямочки, а маленькие глазки засияли.

– Ох, дурацкое название, я сама знаю, но оно неплохо отпугивает любопытных воинов с мечами. Прошу вас, проходите. Арджав, принеси еды.

– Сию минуту. – Кирин поспешно скрылся, обрадовавшись, что может хотя бы ненадолго избавиться от давящего присутствия Рут, и гости последовали за Лиллой в дом. Рэндалл почувствовал, как схлынуло с него напряжение, будто одновременно расслабились все туго сжатые мышцы, когда он вошел в просторную гостиную с толстым красным ковром на полу и низкими креслами из темно-красного дерева. В комнате царил беспорядок, вещи валялись по углам и на столах. Битая посуда, сломанные стрелы, пыльные переплеты книг… Над пустым очагом висела богато украшенная катана.

– А вы кто такой, молодой человек? – спросила Лилла, выбивая трубку о боковую часть кресла. – Если глаза меня не подводят – вы из народа ро.

Оруженосец кивнул головой.

– Да, я всего лишь ро, но ваша помощь нужна мне не меньше, чем моей спутнице. Меня зовут Рэндалл.

Лилла жестом показала гостям на кресла, а потом села сама. Рут грациозно опустилась в мягкое кресло, сохранив безупречную осанку, но Рэндалл, издав удовлетворенный стон, с наслаждением рухнул на пышные подушки.

– Надеюсь, в моем доме вам будет удобно, – произнесла Лилла, отводя взгляд от Рут. – Роскошным его не назовешь, но настолько могущественная гостья может пользоваться всем, чем только пожелает.

– Рэндаллу нужны еда и место для сна, – ответила Рут, – и нам необходимо найти корабль для путешествия на юг. Можно сказать, мы на охоте, и у нашей добычи порядочная фора.

– Ну еду скоро принесут. И отдыхать вы можете сколько угодно. Мы всегда рады принять вас у себя, Великая Матерь.

– А корабль, идущий на юг? – спросил Рэндалл. – Нам нужно попасть в место под названием Орон Каа.

Лилла Векериан в ужасе отпрянула и сглотнула – упоминание города на краю света почему-то особенно ее напугало. Она глубоко вздохнула, прежде чем ответить, но не успела – ее прервал топот бегущих ног, и в дом ворвались Арджав и девочка с корзиной хлеба и рыбы. Они заметили выражение ужаса на лице Лиллы, но ничего не сказали и молча выложили еду на блюда перед гостями. Девочка-киринка, на вид не старше десяти лет, с благоговейным трепетом уставилась на Рут – казалось, она напросилась прийти сюда только для того, чтобы хоть одним глазком поглядеть на Горланскую Матерь.

– Спасибо, – пробормотала Лилла, пытаясь улыбнуться Арджаву. – Будете ли вы обедать, Великая Матерь?

Рут, с любопытством прищурившись, посмотрела на девочку, и Арджав вытолкал ту обратно на улицу.

– Я буду! – с готовностью ответил Рэндалл и ухватил ломоть хлеба с маслом. От рыбы, зажаренной на огне до золотистого цвета, по комнате плыл острый, пряный аромат. Рэндалл жадно набил рот плотной хлебной мякотью, и живот у него благодарно заурчал.

– Орон Каа, – произнесла Рут. – Название встревожило тебя. Почему? Лилла неторопливо набила трубку.

– Моего сына оно тоже пугает. Почему, во имя чертогов за пределами мира, ваш путь лежит в такое ужасное место? Мы были бы счастливы, если бы вы остались здесь, как наш друг и защитник.

– Я больше не ищу поклонения, – ответила Рут, и Рэндалл удивленно уставился на нее. – Возможно, всего сто лет назад я бы с радостью приняла ваше предложение, но сейчас я тороплюсь.

– Какая жалость, – заметила женщина. – Нашей земле совсем не помешала бы защита. Похоже, Искривленному Древу мы нравимся не больше, чем Пурпурным священникам ро.

– Такое происходит повсеместно, – заметил Рэндалл с набитым ртом, роняя на пол хлебные крошки. – Мне вообще не кажется, что этому Древу хоть кто-то нравится. Полагаю, мы… боремся с ним. Вот почему нам нужно добраться до Орон Каа.

– У меня было четыре сына, – тихо произнесла Лилла. – Одного казнили в Кессии – он сказал что-то против Искривленного Древа. Второго запытали в темнице Тракки за то же самое преступление. Еще два моих сына – капитаны кораблей… и в ближайшие десять лет, возможно, только им удастся остаться на свободе. Старший из них, Раз Мон, сможет вам помочь.

Рэндалл проглотил наспех пережеванную еду и улыбнулся.

– Вы – самый дружелюбный человек из всех, кого я встретил, с тех пор как оставил Тор Фунвейр. Даже не знаю, как вас благодарить.

– Вам не стоит благодарить меня, молодой человек, – ответила Лилла. – Если ваш путь лежит в Орон Каа, я вам, конечно, помогу. Но я благословлю землю и камень, если судьба подарит нам Горланскую Матерь в качестве защитника наших земель.

– Мне очень жаль, – произнесла Рут, и ее глаза наполнились странной тоской и грустью. – Нас очень мало. И дни, когда мы охраняли глухие леса Ослана, давно завершились.

* * *

Юноша спал на широкой кровати под теплыми одеялами. В небольшой квадратной комнате не было ничего, кроме кровати, окна и таза с чистой водой, но Рэндаллу его спальня казалась лучше, чем номер в самой роскошной таверне. В деревенском доме царила тишина, пахло свежим хлебом и свежескошенной травой. Из окна на верхнем этаже Рэндалл видел яркие лучи утреннего солнца, заливающие золотом живописную долину. И хотя он не нашел Уту, здесь он обрел покой, пусть даже всего на одну ночь: замечательную спокойную ночь в гостеприимной киринской деревне в глухих дебрях Ослана.

Рут сказала, будто он больше не обычный смертный. Но юноша чувствовал себя как и прежде, не менее смертным, чем всегда. Да, обновленным и сильным, но ведь бодрость могла оказаться всего лишь следствием хорошего, долгого сна. Или того, что оруженосец постепенно все больше успокаивался и не испытывал прежнего страха. Словно его разум больше не волновался по пустякам. К несчастью, единственной возможностью испытать новые способности было столкновение с одной из Сестер лицом к лицу… а это и маловероятно, и до крайности глупо. Может, он уже не простой смертный, но все еще не дурак.

В дверь постучали. Тихий, деликатный звук – но его хватило, чтобы юноша выскочил из кровати.

– Уже одеваюсь! – откликнулся Рэндалл.

Ответа не последовало. Оруженосец не торопясь натянул на себя свежевыстиранную одежду – руки и ноги у него еще ныли от долгой дороги – и вышел из комнаты. В коридоре, скрестив на груди руки, стоял рослый кирин, одетый в кожаный жилет и кожаные же штаны со шнуровкой. Черную потертую одежду покрывали пятна, сквозь прорехи на швах виднелась покрытая шрамами кожа и мощные мускулы.

– Привет, – произнес Рэндалл. – Ты друг Лиллы?

Высокий кирин оценивающе оглядел его, а затем зашагал к лестнице.