Время не властно - Роберт Энтони Сальваторе

– Ничего себе, «великие милости» – нас без труда одолел какой-то отступник и его мерзкие друзья, – проворчала Жиндия. – А может быть, великая милость заключается в том, что теперь у меня нет детей, и это после всех усилий, которые я приложила для того, чтобы вырастить и воспитать из Яжин будущую правительницу Дома Меларн?

– Ничто в этом мире не происходит без определенной причины, – объявила Эскавидне.

– Странно слышать такие слова от прислужницы Госпожи Хаоса, – съязвила Жиндия.

– Хаос и есть причина, – быстро парировала служанка Ллос. – Твой клан ослаблен, ты утратила прежние позиции, в то время как Верховная Мать Квентл захватила полный контроль над городом.

– И еще эта Мать Зирит Ксорларрин, – бросила Жиндия. Жиндия ненавидела многих дроу, но Зирит находилась в первой пятерке ее списка. И вот теперь Дом Ксорларрин вернулся или скоро вернется, заменит Дом До’Урден, против которого Жиндия пошла войной – и проиграла.

– Вы готовы сдаться без боя? – осведомилась Эскавидне, и эти слова произвели на двух могущественных жриц действие, подобное удару молнии: обе уставились на йоклол, и на лицах их читались страх и потрясение. – В этот темный для Дома Меларн час вы готовы оставить все то, что принесло вам величие? – продолжала Эскавидне. – Вы – самые преданные и искренние последовательницы Ллос на землях Торила. Неужели это больше не имеет для вас значения?

– О чем ты говоришь?! – воскликнула Кирнилль.

– Что ты предлагаешь? – должным образом перефразировала ее вопрос Мать Жиндия.

– До нас дошли кое-какие интересные сведения, – пояснила Йиккардария. – Отец Дзирта, повинуясь чьей-то посторонней воле, покинул мир мертвых и вернулся к своему сыну. Тот, кого некогда воскресили и превратили в раба, зин-карлу, каким-то образом получил вторую жизнь – величайшую награду, недоступную простым смертным. Многие утверждают, что это оскорбление для Ллос, что богиня осыплет благодеяниями и милостями того, кто избавит мир от еретика и преступника, оскверняющего Торил.

Жиндия и Кирнилль в недоумении переглянулись.

– «Многие утверждают»? – переспросила Жиндия.

– Нам не дозволено сказать больше, – ответила Йиккардария. – Загадывая загадки своим последователям в этом мире, Паучья Королева решает, кто из них является самым верным ее служителем и представляет для нее наибольшую ценность.

– Госпожа Ллос требует от своих слуг не просто беспрекословного повиновения, но и инициативы, способности рассуждать самостоятельно, – добавила Эскавидне. – Некоторые могут интерпретировать это событие как недвусмысленный приказ вмешаться; некоторые, возможно, сочтут его несущественным по сравнению с другими новостями.

– А Верховной Матери известно о возвращении Закнафейна? – осведомилась Жиндия.

– Разумеется, – усмехнулась Йиккардария. – Более того, ей известно, что сама Ллос встретилась с отступником Дзиртом в Верхнем Мире, беседовала с ним, но не уничтожила его.

– Почему? – В голосе Жиндии, кроме возмущения и негодования, прозвучало глубокое изумление.

Служанки богини захихикали.

– Отлично. В таком случае, скажите мне, кто вернул Дзирту его отца?

– Загадки, – проворковала Йиккардария.

– Целая паутина загадок, – добавила Эскавидне.

Кирнилль открыла было рот, чтобы заговорить, но Жиндия, погруженная в напряженные размышления, резко махнула рукой, приказав дурочке молчать.

– Да, паутина, – наконец промолвила правительница Дома Меларн. – Нам несказанно повезло, поскольку Ллос подарила нам эту гигантскую сеть интриг, которую мы должны распутать, чтобы разгадать загадки богини и доставить ей великое удовольствие. – Она ухмыльнулась и кивнула. – В этой сети запутался Дзирт, еретик, отступник, который одним лишь своим существованием порождает в мире хаос, божественный хаос. А когда хаос успокоился, Верховная Мать Квентл взяла нить из этой паутины, сплела из нее войну в Серебристых Болотах, отправила Дом Ксорларрин завоевывать древние руины Гаунтлгрима. – Жиндия взглянула на двух йоклол, но лица их оставались бесстрастными: они предоставили Верховной Матери самостоятельно заканчивать историю. – Неудачи этих завоеваний несли угрозу порядкам Мензоберранзана, – рассуждала она. – И поэтому Верховная Мать Квентл вытянула нить из этой второй паутины и сплела третью.

– И улицы Мензоберранзана заполонили демоны, – вмешалась Кирнилль, а Жиндия восторженно закивала:

– Да, прекрасный хаос усиливался, но в результате положение Верховной Матери лишь упрочилось и власть ее стала безграничной.

– А у ворот Мензоберранзана появился могущественный Демогоргон, – напомнила им Йиккардария.

– И поэтому Ивоннель выдернула из паутины Верховной Матери Квентл очередную нить и соткала собственную сеть. – Глаза Жиндии возбужденно сверкнули. – Она использовала еретика Дзирта и иллитидов – иллитидов, подумать только! – для того, чтобы сразить Демогоргона, самого опасного соперника Ллос. Естественно, богине поединок доставил большое удовольствие. О, должно быть, Паучья Королева наслаждалась этим зрелищем – тем, как ее народ превратил великого Демогоргона в кучу дрожащего вонючего студня.

– Возможно, именно поэтому она оставила Дзирту жизнь, – заметила Йиккардария.

– Таковы ее слова?

Прислужница богини снова хихикнула.

– Если бы это было так, я не стала бы добавлять слово «возможно».

– Значит, она лишь намекнула на это? – спросила Кирнилль.

– Нет, – решительно ответила Жиндия вместо йоклол. – Какую радость это принесло бы Ллос? Этот еретик не стоит даже ее дыхания, единственного ее слова, которого достаточно для того, чтобы жалкий Дзирт бесследно исчез. Нет, она предоставила в наше распоряжение паутину, и мы можем тянуть за нити этой паутины, если проявим достаточно ума и сообразим, как это сделать.

– Таковы обычаи Ллос, Мать Жиндия, – улыбнулась Йиккардария.

– В этом ее красота, – добавила Эскавидне.

– Итак, насколько я понимаю, Паучья Королева не отдала никакого приказа, касающегося отступника Дзирта и его отца, восставшего из мертвых? – на всякий случай переспросила Жиндия. – И не дала нам никаких указаний на этот счет?

– Зачем нужна паутина, которую легко распутать? – промурлыкала Йиккардария.

У Жиндии часто забилось сердце от возбуждения и радостного предвкушения. Из всего этого разговора она сделала собственный вывод. Две прислужницы Госпожи Ллос, советницы и доверенные лица Паучьей Королевы, посредницы между богиней и ее самыми преданными жрицами, только что разрешили ей прикончить того самого дроу-отступника, который нанес сокрушительный удар могуществу Дома Меларн и отнял у Жиндии единственного ребенка.

Она изучит эту новую паутину интриг и найдет, за какую нить нужно тянуть.

А потом она сплетет свою собственную смертоносную сеть.