Королевская Академия Магии. Четвертый факультет - Наталья Самсонова

«И поумней», промелькнуло в голове.

— Нет, не считаю, — блондинистый приставала потупился. — Но я…

— Но вы что? Не считаете нужным получить зачет? Уже семь лет Первый Факультет лидирует в общефакультетском соревновании. Вы считаете, что эту славную традицию пора отменить?

Каждое слово как будто прибивало Сайору к полу. В итоге тот не выдержал, вскинулся, прыгнул в сторону и, на лету перевоплощаясь, взмыл в воздух. От мощного порыва ветра нас с Кайрусом спас полупрозрачный барьер, выставленный черно-серебряным драконом. Драконом, в черных глазах которого читалось искреннее отвращение к только что улетевшему собрату.

— Не сдаст, — глубокомысленно произнесла я.

— Скорее всего, — согласился черно-серебряный и добавил, — Артиэнн Берлевен, седьмой курс.

— Доркас Лаган, поступающая, — я склонила голову.

— К-кайрус Тосс, третий курс, — чуть заикаясь выдал мой путеводитель.

Артиэнн коротко кивнул, отошел от нас и единым слитным движением взмыл в воздух. И никакой ветродуйки! Он, вероятно, летный норматив сдал на отлично.

— Немыслимо, — выдохнул Кайрус. — Фух, идем. Подумать только! Шли, никого не трогали и бац! Берлевен. Ох, ну зато не Каулен.

— Я ничего не поняла, — честно призналась я.

— Артиэнн Берлевен уже встал во главе своей семьи. Его отец потерял магию и больше не может управлять делами, — зашептал Кайрус. — Берлевен сейчас заканчивает седьмой курс и, ну, знаешь, он главный в этой Академии. Если не говорить о преподах, конечно. И о ректоре. Но ректор он там, — будущий великий артефактор махнул рукой в сторону самой высокой башни. — Его мы видим три раза в год. А Берлевен — здесь. Впрочем, в основном это проблема Первого Факультета. К нам он относится снисходительно-равнодушно, если не косячить.

Последнюю фразу Кайрус произнес как-то особенно грустно и нервно потер запястье. Хм, надеюсь, здесь не распространены физические наказания? А то если вспомнить английские школы… Розги отменили совсем недавно.

— Он просто студент, — нахмурилась я.

— Он тот, кто платит за всю эту богадельню, — со вздохом произнес Кайрус. — Берлевены входят в совет попечителей, как и Каулены, и еще с десяток знатных фамилий. А так как его отец больше не может вести дела, то Артиэнн стал исключением из правил. Он и студент, и попечитель.

«Мажор с деньгами и властью», перевела я для себя. И тут же усомнилась — этот серьезный дракон не был похож на типичного представителя золотой молодежи.

— А Каулен, — спросила я, пока мы подходили к высокой арке, — кто он? Тоже исключение из правил?

— В каком-то смысле. Он дракон, тоже семикурсник, — Кайрус поежился, — очень старый род с запредельно сильным источником магии. Они менталисты, телепаты и Каулен свой дар не удержал. Он безумен, агрессивен и опасен. Не будь он последним, давно бы пустили в расход. А так подождут, пока детей не родит.

— Сам?! — ужаснулась я.

— А драконы и такое могут?! — оторопел Кайрус и с сомнением добавил, — не, ну если сам, то ждать долго придется. Он же не дурак, понимает, что жив только пока один.

— Неужели он не может измениться? — нахмурилась я. — Умственное расстройство можно вылечить, агрессию купировать медикаментами, а…

И тут я осеклась, понимая, что говорю с точки зрения землянки. Кто его знает, на каком уровне развития находится этот мир? Авиация, хе-хе, имеется. А вот женские наряды ближе к концу девятнадцатого века, но, спасибо, что без корсетов.

Кайрус оглянулся, подался ко мне и шепнул:

— Для него нет барьеров, понимаешь? Никто не может сохранить неприкосновенность своих мыслей. Даже Великие Лорды не способны удержать мыслезащиту. Так как ты думаешь, нужен ли он живым? Сделает ребенка с женщиной Младшей Крови и все, несчастный случай, помним, любим, скорбим и камешек на могилку потяжелее, чтоб не взлетел после смерти.

«Значит, он вполне может быть просто нормальным задолбавшимся драконом, которого от гранитного памятника защищает только тотальное одиночество», подумала я и покивала:

— Понятно. Спасибо.

— Это не тайна, — отмахнулся Кайрус. — Тебе сюда, иди.

Пока мы болтали, окружающая действительно сменилась. Волшебство исчезло, и передо мной возникла вполне себе обычная дверь. С типичной табличкой: «Приемная комиссия».