Метанойя. Две стороны Александрины - Наташа Эвс

Меня потянуло в комнату под лестницей, как зомби. Тот парень из моей фантазии сказал, что выход там, где вход. Вот и проверим.

Я подошла к белой холодной стене, чувствуя биение своего сердца прямо в горле. Отчего я так волнуюсь? Наверняка сейчас всего лишь поцарапаю свой лоб и нос, тщетно пытаясь попасть в беззаботный мультик. Ну и пусть, зато буду долго смеяться над собой. А может, и поплачу.

Положив ладони на стену, я прижалась лбом и зажмурилась, представляя лицо Даниила. Почему-то стало холодно, а тело внезапно потеряло равновесие, и от страха пришлось открыть глаза.

Увиденное ввело меня в ступор: передо мной стоял Даниил. Его глубокие синие глаза внимательно наблюдали за мной. Вздрогнув от неожиданности, я ошарашено посмотрела по сторонам – снова тот же дом.

– Здравствуй, Александрина.

– Это что, шутка? – Я растерянно огляделась.

Хозяин дома улыбнулся:

– Можешь потрогать меня, я настоящий.

– Что?

– Кофе? – Даниил указал большим пальцем в сторону кухни. – Ты уже пила в моем доме кофе, это тебе шуткой не казалось.

Я с подозрением оглядела собеседника, все еще не веря в происходящее. Вот сейчас я не сплю. Это точно. Как же себя проверить?

Пришлось согласиться на кофе. Когда Даниил разливал горячий напиток из турки по чашкам, я сунула руку под струю, но тут же, закричав от боли, бросилась к раковине и подставила обожженное место под холодную воду. Хозяин дома опешил, испуганно раскрыв глаза.

– Ты что? Зачем ты это сделала?

– Прости, – сморщилась я, потрясая рукой, – хотела проверить, что со мной.

– Проверить? А что ты хотела узнать?

– Это ведь не по-настоящему? Так не бывает, правда? Я либо сплю, либо нахожусь под воздействием транса, либо сошла с ума.

– Чудесно, – улыбнулся Даниил. – Тогда мы оба сошли с ума. Ты появляешься в моем доме из ниоткуда, но я, между прочим, воспринимаю тебя как реальность. Я варю для тебя кофе, ты пьешь его, и все это только сумасшествие в твоей голове? – Он взял меня за руку и повел во двор. – Понюхай цветы, коснись шипа этой розы. Ты можешь уколоться и сразу почувствуешь это. Мой мир реальный.

Беспомощно оглядывая красивые цветы в клумбе, я понимала, как глупо сейчас выгляжу. Вдруг губы Даниила мягко прижались к моей щеке, но он тут же поднял руки и объяснился:

– Это для доказательства и моей реальности.

Я напряженно застыла, потому что прикосновение этого парня что-то перевернуло во мне.

– Я обидел тебя?

– Нет.

– Ты теперь не смотришь в мою сторону. Просто очень хотелось привести тебя в чувства.

– Поняла. Я верю тебе.

– А себе веришь? От себя никуда не спрячешься.

– Да как в такое можно поверить? – вырвалось у меня. – Но верить приходится. Только к такому нужно привыкнуть, сразу как-то не очень.

– Давай поговорим в гостиной, – предложил Даниил. – Я тебя понимаю. Но поскольку ты уже второй раз в моем доме – начнем дружить?

Мы расположились на диване друг против друга. Мне все еще было странно и неловко, но в присутствии Даниила я почему-то успокоилась и начала довольно откровенное общение. Я рассказала ему о себе, немного о семье и даже об отношениях с Кириллом.

– Ты ждешь ребенка от парня, с которым рассталась, – мой новый друг понимающе покачал головой. – И это твоя боль на сегодняшний день.

– Да, – согласилась я. – Но это не проблема, все решаемо.

– Убийство – не всегда выход из положения.

– Откуда ты знаешь, что я…

Даниил окинул меня взглядом.

– Твое нутро кричит об этом. Но я тебя не осуждаю. Пойми только, что такой шаг может сломать схему жизни тебе и еще многим людям.

– Многим людям? О ком ты говоришь?

– Люди – это ты и твоя будущая жизнь, и те, кто должен встретиться с твоим нерожденным ребенком, но не встретит его, по причине нам известной. Люди, которые должны пересечься судьбой с тем, кому ты не хочешь оставить жизнь. Понимаешь?

Я растерянно моргнула и задумалась. Целая цепь событий или скорее отсутствие их. И все это зависит от меня.

Даниил заглянул в мои глаза.

– Подумай об этом, Александрина. Если тяжело принять решение, могу познакомить с людьми, которые ответят на сложные вопросы.

– Постараюсь подумать. А эти люди? Если психологи…

– Нет, это не психологи. Прости, что перебил. Хочу сразу рассеять твое недоверие. Эти люди совершенно другого уровня и менталитета, умные и сильные. Тебе они понравятся, уверен.

– Возможно, – я вздохнула и потрясла головой. – Просто мне так плохо, не могу собраться воедино.

Даниил поднялся и прошел к окну.

– Подойди сюда, – махнул он.

Когда я приблизилась, парень развернул на меня большое зеркало на роликовых ножках и показал худощавую темноволосую девушку с впалыми грустными глазами.

– Ничего нового, – равнодушно констатировала я.

– Посмотри на себя, внимательно посмотри. Ты красивая. Умная. Молодая. Здоровая. Впереди вся жизнь, новые знакомства, впечатления. Это конструктор, ты сама решаешь какую деталь вставить. – Даниил отодвинул зеркало в сторону и занял его место передо мной, оказавшись слишком близко. – Не вставляй сломанные и черные детали. У тебя все будет хорошо.

– Наверное, ты прав, – я пожала плечом, желая скрыть смущение от близкого расстояния. – Скажи, зачем ты возишься с моей проблемой? Мы едва знакомы.

– Тебе кажется, едва? Думаю, я знал тебя всегда.

Эта странная ситуация меня очень напрягла, и я намеренно сменила тему, развернувшись и оглядывая помещение:

– У тебя большой дом, с кем ты живешь?

– Тут – один. Так что с домочадцами познакомить не могу, – шутливо улыбнулся Даниил.

– Тут один? А где иначе?

– Есть место, где люди не одиноки. Там все находятся в очень тесной связи, мы как одна большая семья. Люди, о которых я тебе говорил, находятся там.

– О какой тесной связи идет речь? – с подозрением спросила я.

– Это духовная связь, Александрина. Ничего противного воле человека там не происходит. Таких отношений ты точно не встречала.

– Откуда ты знаешь, что я испытала в своей жизни? – Мне пришлось отойти от хозяина дома, потому что он излучал какую-то мега энергию, тяжелую для меня.

– Я обидел тебя? – Даниил попытался заглянуть мне в лицо.

– Вовсе нет. Но странно, что ты утверждаешь такие вещи, о которых могу знать только я.

– Ты права, признаю. Мне очень хочется уберечь тебя от ошибки, как бы впереди твоего падения постелить мягкую перину.