Таль: Не упустить свою мечту - Наталья Анатольевна Егорова

Ко мне придвинули стопку тонких деревянных дощечек квадратной формы. На них были изображены животные, геометрические фигуры, фрукты, или что-то на них похожее, и оружие. Всего – шестнадцать табличек, и рисунки были раскрашены разными цветами: жёлтым, синим, зелёным и красным. Разложив дощечки так, что в горизонтальных рядах они делились по изображениям, а в вертикальных – по цветам, я немного подумала над получившимся квадратом и передвинула ряды. Теперь в верхних двух находились фрукты и животные, а в нижних – оружие и геометрические фигуры, таким образом поделив изображения на «живое» и «неживое».

– Задание выполнено.

Двое мужчин довольно улыбались, девушка чуть разочарованно вздохнула, но тут же ободряюще мне улыбнулась. Заговорил всё тот же стриженый маг, наверное, он главный в этой комиссии:

– И сколько тут групп?

А вот сосчитать-то я их не додумалась, увлекшись логической составляющей задачи. Окинула взглядом получившуюся композицию и решила, что целиком – это тоже группа.

– Одиннадцать.

Экзаменаторы переглянулись.

– Десять, – поправил меня маг с каштановыми волосами до плеч.

Возможно, разумнее было согласиться, но в своё время у меня была замечательная учительница, которая научила весь наш класс не только знаниям, но и уверенности в них, умению идти до конца, сделав первый шаг. Она же, правда, всё время говорила о необходимости хорошенько подумать, прежде чем делать этот первый шаг, но уж когда он сделан… отступишь раз – и будешь пятиться всю жизнь.

– Одиннадцать, – уверенно повторила я.

– Одиннадцать – максимально возможное число групп. И я уже надеялась, что впервые за историю нашей академии абитуриент соберёт все комбинации, – вступила в разговор женщина, – но одной всё же не хватает.

Так вот почему она расстроилась.

– А можно узнать, какую комбинацию я не сложила?

– Это довольно сложная группа, – ответила мне девушка. – Если поменять местами первый и второй ряды, то в зелёной группе первые буквы названий рисунков сложатся во что?

Я молча вздохнула. Понятия не имею, как на их языке это называется, а животное и фрукт даже с виду незнакомы.

– Ну же, – попыталась она подбодрить мой мыслительный процесс.

– Извините, но я не знаю.

Преподаватели озадаченно молчали некоторое время.

– И при этом вы имели наглость утверждать, что сложили одиннадцать групп, – презрительно прокомментировал стриженый.

– Одиннадцатая группа состоит из шестнадцати рисунков. Я сложила их единой системой по признаку «наличие рисунка», не разбивая на отдельные блоки.

– Но в чём же всё-таки проблема с последней группой теперь, когда я объяснила принцип? – попыталась прояснить ситуацию женщина.

Я не успела ничего ответить. Через проём, находящийся в боковой стене слева от скульптуры, стремительно вошёл пожилой мужчина с длинной бородой и в мантии. Вся приёмная комиссия встала и поклонилась. Я поспешила скопировать их жест, не знаю уж, насколько успешно. Прибывший мельком взглянул на меня, улыбнулся краешком губ и обратился к экзаменаторам:

– Уважаемые мастера, я вижу, вы уже познакомились с нашей гостьей.

– Так это не абитуриент, господин ректор? – в некотором замешательстве осведомился стриженый.

– Ну почему же… девушка действительно поступает в нашу академию, и если успешно пройдёт вступительные испытания, то будет учиться. На каком вы этапе? И каковы результаты, мастер Кайден?

О! У стриженого появилось имя.

– Мы завершили тест на образное мышление. Результат – десять групп.

На этом он умолк. Я посмотрела экзаменатору прямо в глаза и стиснула зубы. Сейчас не время спорить, да и спрашивали не меня. Мастер Кайден ответил мне не менее прямым взглядом и ехидно ухмыльнулся.

– Что-то не так? – прозвучал вопрос архимага.

Я повернулась к ректору и с некоторым удивлением поняла, что вопрос обращён ко мне. Попыталась максимально незаметно разжать нервно стиснутые челюсти и как могла уверенно и чётко ответила:

– Я собрала одиннадцать комбинаций из двенадцати возможных. Не собрала буквенную.

Ректор повернулся к комиссии. На его невысказанный вопрос ответил ранее молчавший мужчина с иссиня-чёрными волосами, заплетёнными в тугую не особо длинную косу, и с бородкой, напоминающей эспаньолку.

– Я согласен с абитуриенткой в том, что если все таблички сложены одним блоком без разделения, то это можно также рассматривать как группу.

– Даже так? Что ж, начало впечатляющее, – улыбнулся мне ректор. – Пожалуй, я не буду пока раскрывать наш маленький секрет и посмотрю, как вы справитесь с остальными испытаниями.

Я нервно сглотнула и кивнула. Комиссия переглянулась, но возражать ректору никто не посмел. Он отошёл немного в сторону, хотя лично мне это не особо помогло успокоиться. Надеюсь, комиссия нервничает меньше, чем я. Экзамен продолжился.

Передо мной положили лист, в левой части которого по вертикали было нарисовано несколько геометрических фигур, какие-то завитушки и простенькое изображение дерева. Рядом лёг уже знакомый мне по приёмной архимага Лисандра стилус. Я вопросительно посмотрела на комиссию, сфокусировавшись на мастере Кайдене.

– Нарисуйте в правой части листа то, что видите в левой, – неестественно ровным голосом сформулировал он задачу.

Я медленно выдохнула, пытаясь хоть немного успокоиться, и взяла стилус. Пару раз рука всё-таки дрогнула, но в целом я осталась довольна результатом. Закончив через несколько минут, развернула листок и пододвинула его к комиссии. Экзаменаторы потрясённо взирали на меня – видимо, остальные поступающие не имели такой практики письма и рисования, которую приобретают школьники и студенты в моём мире. Скосив глаза на ректора, увидела, что он улыбается, более того, бросив быстрый взгляд на своих подчинённых, этот почтенный маг мне задорно подмигнул. Ректор мне определённо нравился, в отличие от мастера Кайдена.

– Хорошо, теперь прочитайте вот этот текст, – выдал мне лист с тремя крупно и разборчиво написанными строками мастер Кайден.

Я достала из кармана лист с транскрипцией алфавита и посмотрела на небольшой оставшийся неисписанным кусочек внизу страницы. Ладно, шпаргалки и мельче писать приходилось. Взяла со стола стилус и максимально тщательно, проверяя по два раза каждую букву, мелким почерком записала транскрипцию внизу листа с алфавитом. Шёпотом прочитала получившуюся надпись, на восьмом слове ошиблась с ударением, но быстро исправилась, благо оно было всего из трёх слогов.

Надпись гласила: «Маг в первую очередь призван служить народу, помогая ему справиться с трудностями бытия», чем я и осчастливила приёмную комиссию. Комиссия пребывала в растерянности. Я начала было беспокоиться, вдруг что-то опять не так получилось, но тут вмешался ректор: