Воины света - Полина Ишина

Донцов застыл на пороге, пораженный увиденным. Регенерация завершилась: рана на груди вампира полностью исчезла, хотя его лицо еще оставалось мертвенно бледным. Лежа все в той же позе, он дрожал от слабости и с трудом смог приоткрыть глаза, но стало ясно: сознание к нему уже вернулось.

Судорожно всхлипнув, Кира нагнулась над кроватью и занесла нож. Сергей вздрогнул, но девушка неожиданно полоснула себя по запястью и плотно прижала парез к бледным губам вампира, тонкая струйка крови потекла на подушку. Тотский поднял на нее взгляд и, глядя в глаза, сделал первый глоток, затем еще и еще. У Сергея подкатил ком горлу, он невольно поморщился от отвращения. Тем временем Стас уже отвел руку Киры от своих губ, после чего приподнялся и, обняв ее, притянул к себе. Донцов снова вздрогнул, на миг ему показалось, что сейчас вампир вонзит клыки в шею девушки, но Кира и Стас уже целовались.

Поспешно отвернувшись, Сергей увидел Алю, стоявшую за его спиной, она с ужасом и изумлением взирала на перепачканных в крови влюбленных. Обняв за плечи, он вывел ее из спальни и прикрыл за собой дверь.

В этот вечер Донцов рассказал Али все, что произошло с ним за последние три года. Рассказал о том, как однажды в темной подворотне ему спасли жизнь трое сотрудников ОБНВ, рассказал, как, узнав правду, сам согласился работать в организации, рассказал все, умолчав лишь о деле «Ангела Смерти».

Аля слушала, не перебивая, но как только он закончил, тихо попросила:

– Сережа, пожалуйста, давай уедем отсюда, прямо сейчас. Мне страшно, я не хочу оставаться здесь на ночь.

Он вздохнул и сел возле нее на кровать, затем бережно взял руку девушки и, глядя в ее большие испуганные глаза, тихо сказал:

– Понимаешь, Аля, далеко не все вампиры убийцы, большинство из них вполне законопослушные граждане и Тотский принадлежит к их числу. Он уже сорок лет работает на организацию и поэтому ему иногда разрешено использовать свои способности для личных нужд. В общем, тебе не нужно его бояться.

– Значит, ты полностью ему доверяешь? – с сомнением спросила девушка.

Донцов снова вздохнул и отвел взгляд.

– Полностью доверять нельзя никому кроме себя, но я уверен, что для нас с тобой Стас точно не опасен, так что тебе действительно нечего боятся. – мягко ответил он и добавил: – Завтра утром мы спокойно уедем, а сейчас тебе нужно как следует отдохнуть.

– Хорошо, – неохотно согласилась девушка, – но обещай, что ты все время будешь рядом, я не смогу спать одна.

– Конечно. – Сергей нежно ей улыбнулся. – Ты ложись на кровать, а я посплю на диване. И запомни: со мной тебе нечего боятся. Обещаю.

Он ободряюще сжал ее худенькую ручку и, испытал облегчение, получив в ответ робкую улыбку.

Когда они легли, Аля быстро заснула. В ночной тишине Сергей мог слышать ее ровное дыхание. Сам он еще долго ворочался с боку на бок, вспоминая страшные события прошедшего дня, но, в конце концов, усталость взяла свое, и ему тоже удалось забыться сном.

Утром Донцов проснулся от того что кто-то громко стучал в дверь спальни. Он сел на диване и протер глаза, из-за двери раздался звонкий голос Киры:

– Сони, вставайте, яичница остывает!

Нащупав на тумбочке телефон, Сергей посмотрел на часы: было уже половина двенадцатого утра. И тут он заметил Алю: она сидела на своей кровати уже полностью одетая и причесанная. Увидев, что он проснулся, девушка очень обрадовалась.

– Доброе утро. – ее личико осветила смущенная улыбка.

– Доброе. – ответил Сергей, взъерошив свои короткие волосы. Это движение отозвалось болью в висках, выпитая вчера бутылка виски давала о себе знать.

– Я ждала, когда ты проснешься, мне не хотелось выходить из комнаты одной, – честно призналась девушка.

– А, понятно. – пробормотал Сергей, стараясь не обращать внимания на головную боль. – Ну, пойдем вместе.

Они вышли в коридор, Донцов проводил Алю до ванной комнаты и, пропустив вперед, прислонился к стене. С кухни доносился запах яичницы с ветчиной и жареного хлеба.

Он осторожно заглянул в аркообразную дверь: Кира стояла у плиты, старательно выкладывая на тарелку поджаристую глазунью. Увидев его, она радостно улыбнулась.

– Ну что, встали, наконец? – ее голос звучал особенно весело.

Сергей кивнул и снова потер висок.

– А, похмельный синдром, – понимающе кивнула она и, порывшись в одном из ящиков стола, достала упаковку быстрорастворимого аспирина. – Вот держи, это помогает. Если бы сейчас была ночь, Стас бы в миг тебя вылечил, а так довольствуйся таблетками и холодным пивом.

Она снова повернулась к своей яичнице.

Сергей бросил две таблетки в стакан и, наблюдая за тем, как они с шипением растворяются в воде, задумчиво спросил:

– А кстати, где Стас?

– Он наверху, в ванне отмокает, – охотно ответила Кира.

– Значит он уже полностью оправился? – удивился Сергей.

– Сексотерапия творит чудеса! – задорно улыбнувшись, ответила девушка.

– Кто бы сомневался… – пробормотал Донцов и, выпив залпом противное лекарство, направился обратно к ванной комнате, которая уже освободилась.

Когда он вернулся на кухню, обе подруги молча сидели за столом, было ясно, разговор у них не клеился, в воздухе повисло напряжение. Сергей пододвинул себе стул и, сев рядом с Алей, ободряюще коснулся ее руки. Кира встала из-за стола и направилась к стоящей на буфете сверкающей кофеварке. И тут Донцов увидел Стаса: он бодро спускался со второго этажа, застегивая на ходу верхние пуговицы рубашки, еще влажные, а от того более вьющиеся волосы, свободно спадали на плечи.

Сергей был поражен: от вчерашнего происшествия не осталось и следа, вампир выглядел так же безупречно, как и всегда.

– Доброе утро, господин Дракула. – с улыбкой поприветствовала его Кира. – Ваш кофе уже готов.

Она подошла к Стасу и нежно обвила его шею руками.

– Доброе утро, Мина. – с невозмутимым видом поддержал он ее шутку и, обняв за талию, поцеловал в губы.

Аля с опаской покосилась на безмятежного вампира и поближе придвинулась к Сергею. Тотский тут же заметил ее взгляд и, оставив Киру, подчеркнуто вежливо обратился к гостям:

– Я искренне прошу у вас прощения, друзья, за то, что заставил пережить столь неприятные минуты. И особенно у вас, Алиса, поверьте, я совсем не ожидал этого покушения. Мне очень жаль.

Аля ничего не ответила, лишь смущенно опустила глаза, а Сергей бросил на Тотского мрачный взгляд и возмущенно подумал: «Ну конечно, теперь ему жаль».

Трапеза прошла почти в полном молчании, терпя болезненную пульсацию в висках, Донцов с трудом проглотил пару кусков яичницы, в то время как хозяин дома прикончил не меньше трех порций. Наблюдая за тем, как Стас с аппетитом поглощает очередной ломтик бекона, трудно было поверить, что всего несколько часов назад он был фактически мертв.