Архонты - Денис Деев

— Что ты сделала? — шепнул он ей на ухо.

— А ты вспомни, — также на ухо ему ответила девушка, от чего он был готов зареветь как зверь. Катерина вновь закрыла ему рот поцелуем.

Дверь в дом захлопнулась и девушка резко отстранилась. Стараясь восстановить дыхание, Катя выставила руку.

— Не подходи, подожди, — шепнула она, — нужно валить и как можно скорее.

— Это у тебя юмор такой? — возмутился Костя и ринулся к девушке.

Бросив усталый взгляд, Катя нажала на красную кнопку на правой руке и её закрыл прозрачный щит тонкий словно мыльный пузырь.

— Что это за ерунда? — попытался пробиться Костя.

— Твой подарок… лучший подарок в моей жизни, — ухмыльнулась она, — Пару минут и бегом к нашим.

Костя постепенно остыл, но далось ему это очень нелегко. И только сейчас он оценивающе посмотрел на девушку. Её фигура была не просто идеальна, она буквально сошла с обложки журнала. За бронированным костюмом виднелась «осиная» талия, округлые бедра и пышная высокая грудь.

«Как можно выделить так фигуру покрывая своё тело бронёй», — повисла мысль в голове парня.

Её черты лица будто рисовал художник, а припухлые алые губки так и напрашивались на поцелуй.

«И как я сразу не обратил внимания на неё», — подумал Костя.

Но также парень понимал, что свела его с ума не вся эта красота. Что-то гораздо сильнее, воздействующее на его низменные инстинкты. Костя никогда не страдал от дефицита женского внимания. Особенно он стал нарасхват, когда поднял свой бизнес. Но ни с одной из его куколок не было такой безудержной страсти.

— Что это было? — спросил он, как только девушка сняла защиту.

— Что именно? Мой порыв? Спасти тебя пыталась, беспамятного идиота. Бегом за мной, времени слишком мало, — махнула девушка и побежала по узкой тропинке между деревьями к старой заброшенной базе.

— Нет. Это возбуждение, как ты это сделала? — продолжил допрос Костя с серьезным видом.

— Любовь! Нас обуздала истинная страсть, — хихикнула девушка и бросила на него кокетливый и в тоже время смущенный взгляд.

— Не ври. Что было между нами? Что именно я забыл? — парню не понравилось, что кто-то так легко смог управлять им. Но ещё больше его раздражало, что он не помнил Катю и пять лет своей жизни.

— Успокойся, это всего лишь феромоны.

— Феромоны? Что за бред.

— Не те естественные, о которых ты подумал. Они хотели создать идеальных путан. И мое тело было спроектировано так, чтобы выделять непомерное количество феромонов. Мужчины рядом со мной сходят сума, их ощущения усиливаются. И даже у тех, кто уже с трудом может добиться успехов в этой области.

— Извращенцы, — недовольно буркнул Костя, — Если ты путана, то как здесь оказалась?

— А это, мой друг, наша с тобой первая встреча. Но это потом сам вспомнишь или расскажу. Мы пришли, пора валить с этого места. Резко обернувшись она заглянула в его глаза и сказала:

— Прости, — после чего щёки девушки покраснели.

Костя многозначительно промолчал, теперь ему было безумно интересно, а чем оснащено его тело? Что же может он, если какая-то девочка по вызову может отключить разум человека одним поцелуем. И тут он вспомнил про Маринку.

— А как же Маринка? Вдруг ей угрожает опасность.

— Не думаю. Пошли скорее, не будем терять время. Они ищут нас, нужно успеть проснуться до того, как они найдут нашу базу, — мельком глянув на него, Катя поняла, что он сомневается.

— Костя, тут нет реальных людей. Тут лишь искусственно созданные персонажи. А теперь задай себе вопрос. Почему твою жену притащили именно в её образе? Да, да вижу по глазам, начинаешь понимать.

— Она приманка для меня, — буркнул задумчиво Костя.

— Вот и я о том же, друг. Какое счастье, что мозги твои при тебе. Знаю, что ты всё равно не хочешь её оставлять, тогда подумай ещё о том, что тут нереальные тела.

— А наши ощущения?

— О, это гениальнейшая работа одного инвалида. Но об этом позже. Пойми здесь любая твоя победа — это их победа. А я тебя зову вернуться в своё тело и тогда уже ты можешь спасти свою зазнобу, если не передумаешь. Но не здесь и не сейчас.

Добравшись до полуразваленного заброшенного бывшего центра управления, они спустились в подвальное помещение. Желтые лампы, местами капающая вода. Картина была удручающая.

— Это наш штаб? — поинтересовался Костя.

— Типо того, хотя правильнее будет сказать убежище, где мы сбросим свои искусственные тела, — довольно сказала Катя.

«Такая счастливая», — подумал Костя, он совершенно не видел чему тут можно радоваться.

Наконец-то они зашли в квадратную комнату, хорошо освещённую всё теми же жёлтыми лампами.

— О! Ну наконец-то! — дружно сказали трое мужчин.

— Где ты болтался, брат? — спросил сидящий прямо перед ним огромный здоровяк с ярко рыжей густой бородой.

— Да, так по лесам бегал, — ответил Костя, делая вид, что помнит кто они.

— Чего тебя туда понесло? — спросил тот, что справа не менее грузный мужик с такой же густой бородой, но только черной как смола.

— Да, так… размяться решил, — ответил Костя, пытаясь вспомнить хоть что-то о своих новых друзьях.

И тут из угла комнаты раздался сиплый голос:

— Ты хоть помнишь себя, друг?

Приглядевшись, Костя, увидел худощавого старика с седой бородой.

— Себя помню, — сухо ответил Костя и насторожился.

— А нас? — продолжил старик.

— Дед, ты сомневаешься во мне? — насторожено спросил Костя, а сам сжал кулаки, готовясь к драке.

— Значит, не помнишь, — встал старик и неторопливой походной уверенно пошёл к Косте, — расслабься, драться я с тобой точно не буду.

— А я стариков не бью.

— Ох, друг, совсем всё забыл. Я ведь младше тебя брат, а вид у меня такой потому, что пробыл я тут дольше твоего. Меня ещё мальчишкой, сюда посадили. Забыл?

Василий был самым юным среди всех находившихся в этой комнате. Ему едва исполнялось двенадцать как его отправили в это место. Причину такой жестокой ссылки он не знал, да и не пытался никогда узнать. Мальчик вырос в приюте, привык быстро соображать и обороняться даже во сне. Он не знал, что такое дом. Так сложилось, что Константин был первым кому он стал доверять. Но появился он тут лет за пять до встречи с своим единственным другом. Хоть парень и был самым юным среди всех присутствующих, уважение ему отдавали как самому старшему. Мало кто выдерживал и пять лет в этом аду, не говоря уже о тех десяти которые парнишка честно отбыл.

— Забыл, — признался Костя.

Два громилы поднялись со своих пригретых мест и направились к девушке.