Иллюзион - Евгений Гаглоев

Странно, но вчера она не обратила на это внимания. Для любой другой девочки это стало бы настоящей катастрофой, но Катерина не любила краситься и делала это только в особых случаях. Первый день в новой школе она, после некоторых колебаний, признала особым случаем.

Девочка вдруг поняла, что вчера вечером толком не успела осмотреть свою новую комнату – довольно большое помещение под самой крышей особняка. Но сейчас времени на это не оставалось. Катерина раскрыла небольшую косметичку и накрасила губы, глядя в маленькое круглое зеркальце. Затем накинула куртку, расчесала длинные темные волосы, свободно распустила их по плечам и отправилась в школу.

И тут ее ждала первая неприятность.

Оказалось, что в этой школе форма для учеников – обязательное требование. Все мальчишки ходили в темных брюках и пиджаках, девочки – в юбках и приталенных жакетах. Катерина в своем прикиде смотрелась среди них, что называется, «белой вороной». О чем ей тут же заявила Галина Петровна, встретившая девочку в коридоре первого этажа.

– И где же твоя форма?! – спросила она, хмуро оглядев ее.

– Она мне немного великовата, – робея, сказала Катерина. – Сегодня мне ее подошьют, и завтра я уже приду в ней.

– Очень надеюсь, – сказала завуч. – Не стоит начинать учебу со скандалов. А теперь пойдем, я представлю тебя твоему новому классу!

Когда маленькая Катерина в самый первый раз знакомилась с детьми, с которыми ей предстояло учиться, она волновалась до дрожи в коленках. Было это лет шесть назад. С тех пор эти оптовые знакомства уже стали таким обычным делом, что от прежних волнений не осталось и следа. В конце концов, ей учиться в этой школе всего год с небольшим. Даже если класс состоит из одних придурков, она сможет это пережить.

Завуч привела девочку в кабинет географии и поставила перед тремя десятками ее ровесников.

– Катерина Державина, ваша новая соученица, – произнесла Галина Петровна. – Прошу любить и жаловать.

И тут же ушла, бесшумно прикрыв за собой дверь.

Учительница Людмила Афанасьевна предложила девочке занять свободное место в самом конце кабинета, и Катерина, провожаемая заинтересованными взглядами, направилась к указанному столу. Ни любить, ни жаловать ее тут – как, впрочем, и везде – не спешили. Мальчишки смотрели на нее насмешливо-оценивающе, девчонки с осторожностью и подозрением.

И лишь один светловолосый парень пялился на Катерину с откровенной злостью. Она тогда решила, что ей просто показалось: с чего бы это? Но последовавшие за тем события, увы, подтвердили это первое впечатление.

Вскоре первый урок закончился. Далее по расписанию шла физкультура. На перемене Катерина подошла к одной из девочек и спросила, где здесь спортзал. Та в этот момент стояла у широкого зеркала, спиной к проходящим мимо ученикам, и что-то тихо бормотала себе под нос. Прислушавшись, Катерина разобрала что-то типа: «Я больше этого не вынесу…»

А когда девочка повернулась, Катя вдруг увидела, что по ее щекам текут слезы.

– Что-то случилось? – обеспокоенно осведомилась она. – Что еще за плач Ярославны?

Девочка попыталась улыбнуться и вытерла слезы ладонью. Она оказалась довольно симпатичной. Кукольное личико, большие голубые глаза и золотистые кудряшки, перетянутые розовой лентой. Вот только форма, подобранная не по размеру, сидела на ней мешком и портила все впечатление.

– Нет, ничего, – смущенно ответила она. – Личные проблемы…

– Решение проблем – как раз мое хобби, – сказала ей Катерина.

– Только не таких. – Девочка тихо шмыгнула носом. – У меня дома неприятности. С матерью. Я сильно переживаю…

– И оттого болтаешь со своим отражением в зеркале?

– Иногда мне кажется, что только с ним я могу поговорить откровенно. Прости! – спохватилась вдруг она. – Гружу тут тебя своими проблемами!

– Я не возражаю, – улыбнулась Катерина. Девочка отчего-то сразу ей понравилась.

– Спортзал в той стороне…

Новая знакомая, Наташа, не только показала дорогу, но и проводила Катерину до самой двери раздевалки для девочек. Сама она в спортзал не вошла.

– А ты не идешь на физру? – спросила Катерина.

– У меня аллергия, – пояснила Наташа. – У меня освобождение от физкультуры. Я в библиотеке посижу.

– Тогда увидимся на следующей перемене. И спасибо за помощь!

Наташа кивнула и зашагала прочь, а Катерина толкнула дверь раздевалки.

Урок физкультуры проводился на свежем воздухе. Физрук Михаил Федорович выгнал всех ребят на школьный стадион. Мальчишек заставил сдавать норматив по бегу, а девочкам предстояло метать мяч. Оказалось, что девчонки в новом классе особыми спортивными достижениями не отличаются. У некоторых мяч летел вообще в непредсказуемую сторону – приходилось быть начеку, чтобы не схлопотать по голове спортивным снарядом. Катерина молча ждала своей очереди, сидя на трибуне и наблюдая за происходящим, как вдруг на нее упала чья-то тень.

К ней подошел тот самый блондин, что на уроке сверлил ее взглядом. Его торс плотно облегала белая футболка, на груди и подмышками расплылись влажные пятна. Он только что пробежал три круга и дышал часто и тяжело. Парень подтянул спортивные шорты и прищурился.

– Державина? – хрипло спросил он. – Интересная у тебя фамилия.

– Фамилия как фамилия, – пожала плечами Катерина. – Не хуже, чем у других.

– Да мне плевать на других!

Катерина приподняла брови, удивленная его грубостью.

– Ты дочь Александра Державина? – медленно проговорил блондин. – Фокусника?

Катерина осторожно кивнула.

– Ты знал моего отца?

– Даже не представляешь насколько хорошо! – Блондин гневно сузил глаза.

– Врешь, – коротко ответила девочка. – Если я сама его не помню, как его можешь знать ты?

– Лично с ним я не был знаком, – процедил сквозь зубы парень. – Но о его репутации наслышан!

– Что ты имеешь в виду?

– Зря ты приперлась в эту школу, Державина! – сказал блондин. – Вот что я имею в виду!

Катерина нахмурилась. Разговор выходил какой-то мутноватый.

– Чего тебе надо? – недовольно спросила она. – Говори прямо! Хватит темнить!

– Все узнаешь со временем! – бросил блондин.

Он повернулся и зашагал к входу в спортзал.

Катерина удивленно посмотрела ему вслед. Псих какой-то! В это время физрук выкрикнул ее фамилию, и она с готовностью поднялась со скамейки. Мяч девочка запустила дальше всех, за что заслужила похвалу Михаила Федоровича и очередные недовольные взгляды девчонок. Да и плевать. Она же не виновата, что выросла в цирке!

Урок закончился, но неприятности только начинались.