Исток зла - Александр Афанасьев

По заведенной традиции никто не потрудился встать, отдать честь или соблюсти еще какие-то уставные правила — в САС ценили именно неофициальность. Однако неофициальность не помешала позаботиться о командире — банку для него открыли и воткнули туда пластиковую ложку из армейского сухпайка, которую имел при себе каждый британский солдат.

Миддс бросил карту и, не чувствуя вкуса, опустошил большую банку консервов. Что-то внутри его не говорило — буквально кричало о том, что сегодняшний выход может закончиться очень и очень хреново. По крайней мере, консервы были вкусными: здесь свиней выращивали не на огромных бетонных откормочных комплексах, а на маленьких фермах, под открытым небом. Поэтому мясо было таким, о каком в Британии уже давно позабыли…

— Как бы нас самих сегодня в консервные банки не раскатали… — мрачно проворчал он.

Озабоченность командира передалась и подчиненным, вместе они разложили карту, босс примерно изложил разработанный штабом план, показал контрольные точки.

— Дерьмо, — сразу сказал Фрукт, — мы вляпаемся. Сорок человек — это стадо слонов, такую группу скрытно не провести. Тем более — этих.

— Они наши союзники, какие бы ни были.

— Дерьмо, а не союзники. Я немного послушал — треплются, как бабы, один гонор.

— К делу. Как идем?

— Сэр, может, выступим головным патрулем. Удалением скажем, километр?

— Тогда раскатают нас.

— Четверых? Смысл? Я бы подождал основную группу.

— А откуда они узнают, что основная группа будет?

— А каким макаром они засекут нас?

— Бит, скажи, что ты предлагаешь?

— Идти не головным дозором, а фланговым.

— Тогда мы как раз и поимеем хорошие шансы напороться прямо на засаду.

— Но они-то как раз этого не ждут. Мы нанесем удар во фланг, используя фактор внезапности на все сто.

— И что? Сколько будет в засаде? Двадцать? Тридцать? Как ты с ними справишься?

— Сэр, а с чего мы решили, что засада вообще будет?

— Предполагать надо худшее.

— Но беспилотник ничего не показал.

— Что им мешает выставиться потемну?

— Если мы предполагаем, что там засада — какого черта мы вообще туда премся?

— Стоп! — поднял руку Миддс, у командира было такое право. — Рассматриваем три возможности. Организованная засада большей или меньшей численности, случайная стычка с патрулем и… могут засечь с воздуха и нанести удар. Продолжаем.

— Даже если засекут, подумают на контрабандистов, попытаются задержать. Здесь не война, — сказал Фрукт.

— Возможно. Но нам от этого не легче.

— Допустим, там будет засада. Наши действия при обнаружении?

— Отстреливаемся. Отходим.

— Ты не понял. Если мы обнаружим засаду, в то время как засада не будет знать о ее обнаружении.

— Останавливаем основную группу.

— И сами попадаем под удар. У нас не будет резерва времени.

— Что ты предлагаешь?

— Решать на месте. Если у нас будет резерв времени, останавливаем группу и отходим сами. Если не будет, позволяем основной группе втянуться в бой, сообщаем им о засаде в самый последний момент. Сами, воспользовавшись суматохой, отходим.

— То есть мы подставляем местных?

— А нас не подставили с этим долбаным переходом? У нас нет и дня на подготовку, нас бросают на убой.

— Скажешь тоже, на убой.

— А что — нет?

— Стоп — закончили с этим.

— Как скажешь, босс.

— А что, если по обнаружении засады — уничтожить ее?

— Как?

— Останавливаем группу, отходим…

— Стоп, стоп… Ты думаешь, они не будут слушать эфир?

— Получается, надо увеличить разрыв между головным дозором, то есть нами, и основными силами.

— Тогда в случае чего мы лишаемся их поддержки.

— Бит, ты и впрямь думаешь, что, начнись перестрелка, они придут и вытащат нас? Я вот в этом совсем не уверен.

— Я тоже. Четверо проще выскочат, чем сорок человек.

— Хорошо. Допустим, увеличили разрыв. Мы успеваем занять позиции, группа влетает в засаду, а мы в этот момент выбиваем огневые точки засады. Тихо и четко, без лишнего шума и пыли. Каково?

— Тогда в квадрат мы всё равно не пройдем. Придется отходить с потерями.

— Фрукт, что с тобой? Если нарвемся на засаду — отходить придется по-любому. Ты что, хочешь с казаками в прятки поиграть? Я вот — нет, если начнется — все мои мысли будут нацелены только на то, как подальше унести свою задницу.

— Кстати, про казаков. Что там у нас с ними? Карта есть?

— Есть…

Наложили одну карту на другую, отметили посты. Курвиметром промерили.

— Что скажешь, Африканец?

— Скажу, что ночью казакам чистой дороги — сорок минут, если перехватят у самой границы. Чем дальше мы уйдем от нее, тем меньше у нас шансов и тем быстрее они среагируют.

— Сорок — хватил.

— Не хватил. У них полноприводная техника, рванут напрямик.

— По крестьянским полям?

— А почему бы и нет? Если бой идет.

— А таможенники?

— Ближайшая застава здесь. Но не думаю, что они в ночь сунутся. Это не казаки.

— Почему бы им не сунуться?

— Тогда им же хуже. У них нет никакой боевой техники, даже пулеметов нет.

— Автоматов хватит.

— Ночью?

Миддс снова поднял руку.

— Идти надо по-любому. Предложение Африканца мне нравится. Вчетвером мы верней пройдем, чем сорок человек. Пробьем коридор.

— А если засада?

— По обстоятельствам. Возможно, будет шанс ее выбить. Фрукт, напомни, что у нас есть из бесшумного?

— Два «велрода». Два «кольта». Глушители на «М4» — на каждую, стандартный комплект.

— Тогда… нам может понадобиться всё…

* * *

Собрались быстро. Патруль скомплектовали из расчета не штурмовых, а разведывательных и засадных действий. Фрукт взял «велрод» вместо обычного пистолета вдобавок к своему пулемету, Миддс оставил в ПВД обрез двенадцатого калибра, к которому он привык, и пистолет, и взял вместо них пистолет-пулемет «кольт-45» с интегрированным глушителем. Бит и Африканец остались при своих «М4», на которые они надели глушители и установили: на одну ночной прицел, на другую термооптический. Ночной прицел у них был и на «велроде» — новый универсальный монокуляр, который можно и на крепление на шлем прицепить, и на винтовку поставить. Точно такой же монокуляр был и для «кольта».