Волчий край - Рина Эм

– Почему? Почему там безопаснее? – спросила Мелисса. – Оборотень же не сможет взобраться по каменным стенам?!

– Не может, но… он убил вашу няню почти у ворот.

Он отвернулсяи начал собирать книги, четки и прочие вещи.

– Падре, – решилась Мелисса. – Я случайно слышала, какодин человек сказал другому, что вы все знаете. Я думаю, вам нужно рассказать все моему брату..

– Брату? – переспросил пастор и рука его, собирающая четки замерла.

– Да, брату. Он сможет вам помочь, нужно только открыть ему глаза! И мне. Скажите мне, падре! Я тоже должна знать, что происходит!

– А кто сказал, что я догадался, дитя мое? – священник смотрел на нее очень внимательно, настороженно.

– АнсельмВассер, – выдохнула она.

– Вот как… что ж… значит Вассер знает…

Наконец он собрал вещи и пошел к двери.

– Падре! Неужели вы не скажете мне о чем вы догадались? Вы уедете и оставите меня в опасности?!

– Дочь моя, – немного поколебавшись сказал он. – Я не знаю, что для тебя опаснее – знать, или не знать. В любом случае, все, что нам остается – это положится на волю господа нашего и во всем на него уповать. Молись, дитя мое и если господу будет угодно, он спасет тебя. Прости, больше я ничем не могу помочь… И перекрестив ее он вышел.

На рассвете в комнату Мелиссы застучали:

– Мелли! Вставай! Пора ехать, – прокричал Зигурд и ушел. Вошли служанки, засуетились вокруг нее.

Мелисса позволила им одеть ее, обуть и даже съела кусок хлеба с медом. Наконец вышли во двор. Мелисса увидела тройку, запряженную в сани и расплакалась. Ансельм уже сидел в седле. Увидев ее слезы, он отвернулся.

Вышел во двор, опираясь на костыли Зигурд.

– Вы уже можете спускаться по лестнице? – спросил его Ансельм.

– С трудом, но все ж уже спускаюсь. Так пойдет и к весне забегаю, как конь! – хохотнул брат. Меслисса услышала, как снег захрустел совсем близко – это Зигрурд подошел к ее повозке.

– Мелли!

Она отвернулась.

– Мелли, ты злишься и не хочешь меня видеть. Ладно. Только обещай, что будешь благоразумна. И что не будешь бродить где попало. И что ты будешь помнить, что кроме тебя у меня никого нет и беречь себя, – голос его чуть дрогнул, он обнял ее крепко и поцеловал в щеку. Прежде, чем она смогла ответить, Зигурд уже отошел и теперь прощался с графом:

– Вы уж позаботьтесь о ней! Берегите ее!

– Вашу сестру я буду беречь, как зеницу ока, – услышала она ледяной голос Ансельма. – Ведь как-никак, она моя невеста!

– Да, да, ваша свадьба должна состояться в этом году, может быть, весной!

– Трогай!

– Что? В этом году?! – резко развернулась Мелисса в повозке. Но конники уже выезжали со двора на мост, и возок тоже тронулся вслед за ними. Мелисса встала на ноги и повернувшись к удаляющемуся замку, смотрела как он становиться все меньше, отдаляется и исчезает.

Вскоре встало солнце и снежная равнина засверкала так, что  заболели глаза. Мелисса села на лавку, закутала ноги медвежьей полостью и опустила голову.

Через час кто-то впереди сказал:

– Ого! Да это же сани святого отца мчаться по дороге!

– Выехал он еще ночью, но вот далеко уехать не успел! – рассмеялся кто-то.

С гиканьем конники помчались вперед, и Мелисса, встав на ноги, посмотрела им вслед. Да, вот они, сани отца Валентино. Красные ободки на лошадиной оглобле…едут странно, виляя из стороны в сторону. Видно падре совсем не умеет править.

 Всадники Ансельма Вассера быстро настигли их, окружили. Сани встали и Мелисса услышала возбужденные голоса. Что там происходит? Почему сани отца Валентино стоят на месте? Может быть, Ансельм решил причинить ему вред из-за того, что святой отец что-то узнал про оборотня?

Мелисса почувствовала, что сердце в груди забилось часто-часто. Отец Валентино один тут на дороге. Может быть, охотники Вассера отпетые головорезы, как и их господин? Что, если они сейчас схватят, или убьют его?! Что тогда ей делать?

Возок стремительно приближался к саням отца Валентино и Мелисса искала взглядом священника, но его видно не было.

Ансельм повернулся к ним и посмотрев так, словно она ему сделала что-то дурное, сказал вознице:

– Не останавливайся.

– Нет! Нет стойте! – крикнула вдруг она. – Так нельзя! Стойте же!

Возница разнервничался, не зная как ему быть, завертелся на сидении.

Ансельм крикнул ему, приказывая остановиться. Потом подъехал к ней.

– Что с вами? Что вы кричите, миледи?!

– Я… я хочу… хочу увидеть отца Валентино. Попросить его благословения.

– Вчера за всю ночь не выпросили?

Она отпрянула: откуда он знает, что она провела пол ночи в молельне? Следил за ней? Или за отцом Валентино?

Решительно распахнув дверцу, Мелисса выбралась на снег:

– Пустите. Пустите же меня к отцу Валентино!

– Вам точно нужно его видеть прямо сейчас? – зло спросил Вассер.

– Да! – отрезала она.

– Ну что ж, идите! – Он отъехал в сторону, освобождая ей путь.

Мелисса бросилась к саням:

– Святой отец! Это я.. – и остановилась. В санях лежал растерзанный священник. Его застывшие глаза смотрели в небо. Разорванное тело уже подернулось изморозью. Люди Вассера никак не смогли бы причинить ему вред – он давно был мертв.

Мелисса отступила и тут увидела следы на снегу. Огромные, волчьи. Цепочка их уходила в сторону леса.

Остаток дороги к Блэкхаусу, Мелисса просидела в повозке, сжавшись от страха. В том, что священника убил Ансельм, она не сомневалась. И что теперь будет с ней? Каковы его планы?

Писать брату нет смысла…

– Интересно, как Вассер объяснит Зигурду мою гибель, если он замыслил меня убить? – подумала она, сверля взглядом удаляющуюся спину. – Скажет, что я сбежала из замка и меня поймал оборотень?

Тут ее затрясло и всю оставшуюся дорогу в замок, Мелисса не поднимала головы.

Но в замке Вассера все оказалось совсем не так страшно. Во-первых сам замок был гораздо больше и ухоженней, чем замок Даруа. Даже полы в коридорах Блэкхауса были застелены дорожками. Ковры висели и настенах – в залах и спальнях.