Сумеречный Дозор - Сергей Лукьяненко

— Кто-то… к примеру — жена этого человека,узнала об ужасном предложении! Пока муж колеблется, она решилась написать нам.В надежде, что мы устраним вампира и муж останется человеком. Отсюда исочетание: вырезанные из газеты буквы и почтовое отделение в «Ассоли». Крик опомощи! Она не может сказать нам прямо, но буквально умоляет — спасите моегомужа!

— Романтик, — неодобрительно сказал Гесер. —«Если вам дорога жизнь и рассудок, держитесь подальше от торфяных болот…» И —чик-чик буковки маникюрными ножничками из свежей «Правды»… Адреса она тоже изгазет взяла?

— Адрес Инквизиции! — воскликнул я, прозревая.

— Вот теперь ты прав. Ты бы сумел отправитьписьмо в Инквизицию?

Я молчал. Я был поставлен на подобающее место.И ведь Гесер в лоб мне сказал про письмо в Инквизицию!

— В нашем Дозоре их почтовый адрес знаю толькоя. В Дневном Дозоре, полагаю, только Завулон. Что из этого получается,Городецкий?

— Письмо отправили вы. Или Завулон.

Гесер только фыркнул.

— А Инквизиция сильно напряглась? — спросил я.

— Напряглась — не то слово. Сама по себепопытка торговли инициациями их не волнует. Обычное дело Дозоров — выявитьнарушителя, наказать, закрыть канал утечки. Тем более, что и мы, и Темныеодинаково возмущены произошедшим… Но письмо в Инквизицию — вопрос особый. Их женемного, сам понимаешь. Если какая-то сторона нарушает Договор, Инквизициявстает на другую сторону, тем и удерживая равновесие. Это всех нас…дисциплинирует. Но, допустим, в недрах одного из Дозоров зреет план подостижению окончательной победы. Группа боевых магов, объединившись, способна водну ночь перебить всех инквизиторов — в том случае, конечно, если они все проИнквизицию знают. Кто в ней служит, где живет, где хранят документы…

— Письмо пришло в их главный офис? — уточниля.

— Да. И судя по тому, что через шесть часовофис был пуст, а в здании случился пожар — именно там Инквизиция хранила всесвои архивы. Этого даже я не знал точно. В общем, отправив письмо Инквизиции,человек… или Иной… бросил им в лицо перчатку. Теперь Инквизиция будет за нимгоняться. Официальная версия — из-за нарушения секретности и попытки инициациичеловека. На самом деле — в страхе за собственную шкуру.

— Никогда не думал, что им свойственно боятьсяза себя, — сказал я.

Гесер кивнул:

— Еще как свойственно, Антон. Вот тебеинформация к размышлению… почему в Инквизиции не бывает предателей? К нимприходят и Темные, и Светлые. Проходят свое обучение. А потом — Темные жестококарают Темных, Светлые — Светлых, стоит им лишь нарушить Договор.

— Особый склад характера, — предположил я. —Таких Иных отбирают.

— И никогда не ошибаются? — скептическиспросил Гесер. — Не бывает такого.

Но в истории нет ни одного случая нарушенияДоговора инквизитором…

— Видимо, слишком хорошо понимают итогнарушения Договора. Один инквизитор в Праге сказал: «Нас держит ужас».

Гесер поморщился:

— Витезслав … любит он красивости… Ладно, этимголову не забивай. Ситуация проста — существует Иной, либо нарушающий Договор,либо издевающийся над Дозорами и Инквизицией. Инквизиция поведет своерасследование, Темные — свое. От нас тоже требуется сотрудник.

— Можно спросить? Почему именно я?

Гесер развел руками:

— Ряд причин. Первое — скорее всего, в ходерасследования придется столкнуться с вампирами. А ты у нас специалист по низшимТемным.

Нет, вроде он не смеялся…

— Второе, — продолжал Гесер, на немецкий манеротгибая загнутые в кулак пальцы. — От Инквизиции официальными дознавателяминазначены твои знакомые. Витезслав и Эдгар.

— Эдгар в Москве? — удивился я. Нельзясказать, что Темный маг, перешедший три года назад в Инквизицию, был мнесимпатичен. Но… но можно сказать, что он не был неприятен.

— В Москве. Четыре месяца назад закончил курсобучения и прилетел к нам. Поскольку по работе тебе придется контактировать синквизиторами, всякий личный контакт полезен.

— Контакт с ними был не слишком-то приятным, —напомнил я.

— А я тебе что, тайский массаж в рабочее времяобещаю? — сварливо спросил Гесер. — Третья причина, почему я хотел бы направитьна это задание именно тебя… — он замолчал.

Я ждал.

— Расследование от Темных тоже ведет твойстарый знакомый.

Имени Гесер мог уже и не называть. Но онпродолжил:

— Константин. Молодой вампир… твой бывшийсосед. Помнится, у вас были хорошие отношения.

— Да, конечно, — с горечью сказал я. — Пока онбыл ребенком, пил только свиную кровь и мечтал избавиться от «проклятия»… Покане понял, что его приятель, Светлый маг, таких, как он, сжигает дотла.

— Это жизнь, — констатировал Гесер.

— Он ведь уже пил человеческую кровь, — сказаля. — Наверняка! Раз выслужился в Дневном Дозоре.

— Он стал высшим вампиром, — произнес Гесер. —Самый молодой высший вампир в Европе. Если переводить на наши мерки, то это…

— Второй-третий уровень Силы, — прошептал я. —Пять-шесть загубленных жизней.

Костя, Костя… Я тогда был молодой и неопытныйСветлый маг. Никак не мог завести друзей в Дозоре, а со старыми знакомымиотношения стремительно рвались… не могут дружить Иные и люди… И вдругоказалось, что мои соседи по подъезду — Темные Иные. Семья вампиров. Мама ипапа вампиры, да и ребеночка инициировали. Правда, ничего дурного. Никакихночных охот, никаких требований лицензий, законопослушно пили свиную идонорскую кровь. И меня, дурака, это расслабило. Я с ними подружился. Дажезаходил к ним. Даже звал в гости! Они ели пищу, которую я готовил, инахваливали… а я, дурак, не понимал, что человеческая еда для них безвкусна,что их терзает древний, вечный голод. Маленький вампиреныш даже решил, чтостанет биологом и откроет, как вылечиться от вампиризма…

Потом я впервые убил вампира.

Потом Костя пошел в Дневной Дозор. Не знаю,закончил ли он свой биофак, но от детских иллюзий точно избавился…