Лазурный Нефрит. Испытания Трепетной струны - Айон91

— О том, как сбежал из Нефритового клана двести с лишним лети назад, с твоей же помощью, Тен-эр, — смех друга оглушил стоявшую в лесу утреннюю тишину, разгоняя дремлющих на ветках птиц.

Я в тот год, более двухсот лет назад, тогда еще молодой мастер, получивший имя Нефритовая Молния, только поднявшийся до ранга Поднебесный, встретил достойного противника и оппонента в лице Тен Гуна. Дружба, зародившаяся между нами, несмотря на его принадлежность к подземным жителям, стирала границы, выставленные земными мастерами и совершенствующимися.

Нам было плевать на все запреты и правила, прописанные предками. Каждый из нас нашел родственную душу. Мы оба хотели чего-то большего, чем нам могли предложить предки. Нас тянуло к неведомому, неизученному. К пути и совершенствованию, который, в итоге, мы сами для себя бы выбрали, основав секту Черного Полумесяца.

— Да, но первый мой визит в клан твоего рода обошелся без нападений на драконов и уничтожения архива рода Шень, — эти слова были адресованы не столько мне, сколько идущему рядом со мной Яо, снова сделавшего вид, что он тут не причем. И мы с Гуном снова ему поверили, на время забыв о произошедшем на горе взрыве и уничтоженном архиве. Ехали вперед.

До секты Полумесяца, которую Гун восстанавливал в течении этих долгих сорока лет, силами выживших учеников и мастеров, больше четырех недель пути. Через леса Нефритового клана, по главной дороге, мимо городов, деревень и светлых сект альянса западной равнины, дальше через море, огибая материк по северной стороне, через скалы, носящие имя Пасть Бездны, проплывая мимо северных государств и оказываясь в итоге на восточной равнине, в порту Гу Лань.

Сейчас наш путь лежал в город Ли Лун, прилегающий к территориям секты «Белого Павлина», славящегося своими искусными мастерами и заклинателями, следующим светлому пути, опираясь на музыкальные инструменты и мелодии.

Мастера этой секты нейтральны и в противостояние светлых и темных учений не вмешиваются, как и жители города. Поэтому, мы с Гуном и учениками можем свободно проехать через их земли, не пряча свою принадлежность к темной секте, скрываясь за светлыми одеждами. Но несмотря на это, задерживаться надолго не планировали, лишь для пополнения запасов еды и чтобы дать лошадям отдохнуть, перед предстоящей дорогой.

Двери города Ли Лун открылись передо нами без проблем. Нас пропустили и даже показали достойный трактир, чтобы поесть и отдохнуть с дороги. Кинув стражу ворот пару серебром, Гун направил наших лошадей в показанную стражем сторону.

Гостей в городе не много, но они были и каждый видя проезжающих мастеров, закутанных в темные одежды, и точно слыша о произошедшем в Нефритовом клане, каждый из них понимал, кто мы на самом деле. Но согласно правилам города о невмешательстве в дела других учений и нейтралитету покровительствующей секты, все молчали и делали вид, что нас не видят. Но ровно до того времени, пока не покинут город и владения Белых Павлинов. А к тому времени нас в городе Ли Лун уже не будет.

— Что желаете, господа? — вежливо, с поклоном спросил хозяин трактира, встречая нас у входа.

— Обед на всех, лошадей накормить, напоить и номер на одного, — это уже для меня. Ведь ноги, пусть я и находился в седле, все равно немеют и отказывают, покалывая мелкими разрядами молний кары, гуляющей в моих сожженных меридианах и нервных окончаниях. С каждой минутой это состояние все ухудшается и в ближайшее время ноги откажут вовсе. Поэтому отдых и покой, пусть на пару часов все же нужен.

— Будет исполнено! — очередной поклон и хозяин даёт команду персоналу, чтобы в конюшню приняли наших лошадей. Далее ведёт нас за столы.

В зале, несмотря на малолюдный поток, играет ненавязчивая музыка, а в такт ее звучанию старик, сидящий у окна, смотрящий в даль своими слепыми глазами, рассказывает древнюю легенду о Нефритовом артефакте, которой дарует держателю то, чего он желает всем сердцем.

Нефрит имеет ещё одно название: Драконий камень. Ведь изображён на нем именно дракон нашего клана. Изначально хранителем этого самого камня был первый Нефритовый Дракон, живший на небесах, приближенный к Небесному Владыке. Но после очередной войны с демонами, столетий семь или восемь столетий назад, до подписанного перемирия с подземным народом, артефакт раскололся на пять частей, каждая из которых сама определила себе хозяина и держателя. И с тех самых пор Нефритовый артефакт не собирался ни разу. А о легенде все и забыли, но не этот старик.

— Под синим небом лунных грез

Слагается предание,

Чудесный камень полный слез

Исполнит пожелания.

Дарует силу артефакт,

Собравшему воедино,

Былую силу, статус, власть,

Коль тяга неумолима.

Пойдет грозу, мороз и боль —

Держатель одного осколка.

Второй — потерю, слезы, соль,

Что душу тяготит столь долго.

Кусок тот третий — жизни фарс,

Наигранный и ложный.

Четвертый — раненый витраж

Страны цветов Восточной.

А пятый, спрятанный на дне

Морском, в снегах и стуже.

Достать его под силу той,

Чье сердце в море сдюжит.

И вот, дарует деве звезд,

Дорогу к воспоминаниям.

Бог льда, закованный в цепях,

Получит испытания.

Лазурный Князь вернёт свое,

Рассыпанное тленом.

Силен он будет,

И душой, и телом.

Все путники земель небесных,

Под небом сине-голубым.

Пройдут пути дорог чудесных,

Дарованные пятерым.*

Слушая строки старинной легенды, мне почему-то казалось, что я должен о чем-то помнить, но этот момент ускользает от меня, как утренний туман сквозь пальцы. И пытаясь его вспомнить, перебирая память, как свитки и рукописи в дальних стеллажах архива, упустил момент, когда старик, исполнявший текст — ушел, а нам принесли обед.

— Лун-гэ, ты где? — трясет меня за плечо Гунн, выводя из потока мыслей, в которых я заблудился. Отмахнулся, сказав с печальной улыбкой, что ничего важного и это просто воспоминания о древней, почти забытой войне небожителей с его народом и раскол той