Инсургент - Николай Романов

С этим ужасом в душе он и проснулся.

Наверное, если бы пришлось провести предстоящий день на планете, с ужасом он бы и жил. Но, к счастью, настала пора занять забронированное место в двухместной каюте второго класса на борту транссистемника «Лебедь».

Из отеля в городке Борисполь вылетел и добрался до космопорта в Новокиеве великовозрастный балбес Остромир Савельевич Бутурлин, а зарегистрировался и поднялся в пассажирский отсек орбитального шаттла уже Остромир Владимирович Криворучко, родом с Малороссии, круглый сирота, родители которого погибли в результате несчастного случая семнадцать лет назад, а уцелевший ребенок был по решению житомирского городского суда помещен в один из отдаленных приютов Южного континента. Все соответствующие базы данных в местном филиале Глобального Имперского Информатория уже содержали в своих утробах соответствующим образом препарированные файлы. И когда Осетр накануне сунулся проверить информацию, он обнаружил в недрах ГИИ как своих погибших родителей, так и себя самого.

Парень как парень, учился средне, серьезных нарушений дисциплины в приюте не допускал.

Короче, обычный сирота, каких на планетах Империи пруд пруди. Данных генетического кода, разумеется, нет – родственников не было, а самому парню они совершенно не нужны. Так зачем тратить государственные средства?…

Осетр отошел от терминала ГИИ с глубоким удовлетворением.

Да, организация, в ряды которой его включили на Дивноморье, действовала аккуратно и безошибочно. Любой бы гражданин Империи без проблем нашел информацию об Остромире Криворучко и мог ознакомиться со всем, что не представляло собой тайну личности и включало в себя биографию вышеозначенного господина Криворучко до прошлого месяца. Потому что в прошлом месяце появлялась отметка «Информация закрыта по личному желанию субъекта. Наберите код доступа». И гуляй, любознательный гражданин за кодом доступа к субъекту!

Закон об охране тайны личности! Конституция Росской Империи в действии! Никуда не денешься…

«Лебедь» тоже принадлежал к уже знакомой серии транссистемников, и Осетр вошел в его отсеки, будто в родной дом. Все опять было знакомым.

Можно подумать, он и не побывал на планете Малороссия…

Стюард услужливо подхватил его чемоданчик и проводил нового пассажира до нужной каюты.

Перепонка люка заколебалась и приглашающе исчезла.

– Заходите, сударь, здесь вам будет удобно!

– Спасибо! – сказал Осетр стюарду и шагнул внутрь каюты.

Попутчик находился тут.

Вернее, попутчица, потому что это была девушка.

– Яна! – воскликнул Осетр. И сделал к ней три шага.

Девушка повернулась.

Нет, конечно, это была не Яна. Да, похожа – вьющиеся каштановые волосы, густые брови, круглый подбородок, с ямочкой, изящный носик, узкая талия, высокая грудь… Но глаза изумрудные, и вообще – лицом далеко не Яна.

И одевается совсем иначе. Никаких вечерних платьев свободного покроя. Скромная светло-коричневая блузка, темно-коричневые брюки, туфельки на низком каблуке.

До Яниного стиля – как до звезд!

На лице попутчицы нарисовалось удивление, и Осетр спохватился:

– Простите, пожалуйста, сударыня… Мы, случайно, не встречались с вами на рождественском балу у Чухломских?

Это был пароль.

– Мы встречались, – сказала девица и легким движением поправила волосы. – Только вы ошиблись. Тот рождественский бал происходил вовсе не у Чухломских, а у Дорогобужских.

Это был отзыв.

Все происходило четко по разработанному плану.

– Остромир Владимирович Криворучко, ваш… то есть твой супруг.

Девица опустила руки и ответила скромной улыбкой:

– Екатерина Матвеевна Криворучко, ваша… то есть твоя супруга. Располагайтесь… то есть располагайся! – Она кивнула на свободный релаксатор.

Осетр открыл шкафчик в стене и угнездил там свой чемоданчик. Заглянул в санузел.

Да, все тут было знакомо.

Екатерина с интересом следила за его передвижениями.

– Что-то ищешь?

– Ага… – Осетр улыбнулся. – Отличия от других транссистемников. Но их как будто в инкубаторе изготовили. Все одинаковое. Порой даже кажется, что и люди в экипажах одни и те же.

Это он так пошутил.

Однако она не улыбнулась:

– Инкубатор? Что это такое?

– Это такие устройства, в которых выращивают птицу. Для тех, кто предпочитает натуральную пищу и готов за нее раскошелиться.

Тут он, правда, слегка приврал – птиц выращивают не только для богатеев. Школа полковника Мясоедова тоже имела свой птичник.

На синтезированном белке хорошего «росомаху» не вскормишь!

Впрочем, об этом Осетр рассказывать не собирался.

– А я тебя совсем другим представляла.

Ну, разумеется, вряд ли ей стали показывать изображение будущего супруга.

А вдруг с третьим отделением министерства имперской безопасности придется встретиться раньше, чем с липовым мужем…

– И каким же, интересно, ты меня представляла? – Осетр с трудом сдержал ухмылку. – Старым пердуном с седой бородищей и огромной плешью?

– Нет, молодым, конечно. – Девица развела руками. – Но… если честно… не настолько молодым.

«Знала бы ты, сколько мне на самом деле!» – подумал Осетр.

По легенде разведчик Криворучко был на два года старше «росомахи» Приданникова.

– Мал золотник, да дорог! – сказал он вслух.

– Ого! – Екатерина присвистнула. – А от скромности мы, похоже, не умрем.

– Конечно, не умрем. Ни от скромности, ни от тугодумия.

– Есть еще одна поговорка… Мал клоп, да вонюч!

– Это не про меня!

Он с удивлением обнаружил, что распускает перед Екатериной хвост. Совсем не так, как вел себя когда-то, на борту «Дорадо», с Яной…