Урусут - Дмитрий Рыков

– Незачем мне отцу подсоблять. Мы уже все сделали, лишь купола и ждем.

– А когда их привезут?

– Как дороги высохнут.

– Ну иди, побегай с друзьями. Я тут приберусь пока.

– Угу, – обрадовался Олег и помчался к соседям. Хозяин, Тимофей, тоже был безартельный древоделя, это его сманил с собой из Нижнего батяня. Там детей росло аж четверо – близнецы Васятка и Колюнька двенадцати годов, и важный пацаненок Митроха осьми. Их сестре Анфиске исполнилось уже цельных пятнадцать – красавица на выданье, взглянет очами, что сердце обожжет. Иванов сын ее стеснялся. Иногда как начинал отцовы басни пересказывать, так вся окрестная детвора сбегалась, и расходились только тогда, когда родители сообща по всему селу браниться начинали. А при ней что язык, что ноги немели, древоделя лишь вытаращит глаза, и все. Анфиска же, будто нарочно, подойдет к плетню, упрется в него грудью, сверху руки положит, и давай мальчишку подначивать – мне, мол, брательники баяли, что ты им про амазонок сказывал, ой, как интересно, расскажи и мне – ни в жисть такого не слышала! Он же только «бе», «ме», покраснеет до кончиков ушей, да в избу бежит, а она хохочет ему вослед.

Сегодня Анфиску, к счастью, не застал, отца семейства тоже не увидел – видно, вместе с Олежкиным батяней «церкву смотрит». Пост недавно закончился, Пасху отпраздновали, вот и разгоняют себе скуку брагой. Ну, не на охоту же пошли, правильно? Зверь еще не набравший весу после зимы, какая охота?

Близнецы сидели на завалинке, ладили волосяную лесу к удилищу. Митрофан деловито грыз сухарь и давал советы, после которых Васятка-Колюнька хором орали: «Изыди!»

– Здорово живете! – крикнул он ребятам.

– Здоровей видали, – ответил Василий и откусил зубами лишнюю лесу у крючка. – На рыбалку с нами хошь?

– Какая рыбалка, солнце-то взошло? Рыба уж поела.

– Не важничай, – произнес Колька. – Чичас нерест, лови хочь круглый день – сама в руки прыгает. У нас и малая сеть связана, и садок есть. Одна забота – штоб ента малявка, – и он указал на младшего, – не потонула.

– Сам ты малявка! – засипел Митроха. – Отмель знаешь, где-ко? Я-то знаю, а ты? Хошь, двигай на стремнину, да потопни тама! То ж мне, рыбак, поду-у-умай! Будет те сяводня уха, ага!

– Не говорит, а скрыпит, как телега, – заключил Васька. – Вот пиявка-то малолетняя. Пошли, царь морской! Порты не забудь подтянуть!

Довольный мальчуган засеменил за старшими братьями и соседом.

– А червей будем копать? – проявил Олег осведомленность в вопросе рыбной ловли.

– Да копано-накопано уже с петухами, – похвастался Колюня.

Вышли к берегу, принялись спускаться узкой, еле заметной тропой к воде.

– Где отмель, злыдень? – шлепнул младшего брата по затылку Василий.

Тот начал деловито ковыряться в носу.

– Штой-то забыл, – спокойно ответствовал Митроха. – Пойду вдоль реки, мож, и вспомню.

Вася, как не бывало, вынул из мешочка первую личинку, насадил ее на крючок и закинул лесу в воду.

– А то мы думали, што будет по-другому, ага. Ты, Михрютка, что не скажешь, все – лжа.

– Сам ты Михрютка!

– Ага. Олег, будь другом, пойди с ним, а то ведь шлепнется с обрыва вниз башкой, а нам опосля трупняк вылавливай.

– Это твой трупняк ловить надоть!

Легким ударом босой ступни под зад второй близнец отправил Митрофана на разведку.

– Я присмотрю, – пообещал юный ратник и пошел вслед за младшим соседом.

– Вот скажи, – проворчал пацаненок, – чаво они задаються?

– Того, что врешь. Где твоя отмель?

– Где-то тута, – мальчуган огляделся кругом. – Сюда Анфиска прошлым летом с девками купаться ходила.

Плотницкий сын ахнул.

– А ты подглядывал, што ли?

– Да сами предложили одёжу сторожить! Я и не подглядывал, так, взглянул одним глазком, и все. Чей там интересного? Интересно – это когда ты про бриттов баешь, али галлов, и ентих, как их…

– Венетов?

– Во! Енетов!

Прошли шагов сто.

– Так! – мальчишка остановился и, прищурившись, внимательно посмотрел на воду. – Здеся!

– Уверен?

– Точно, здеся!

– Лето не скоро, задубеем, – на миг засомневался Олег, а Митроха уже скидывал порты и рубаху.

– Да тут по колено! – крикнул он, заходя в воду. – Пару рыбин садком поймал, и хватя! Ой! – тут вдруг мальчуган бултыхнулся с головой в реку, через миг вынырнул уже саженях в пяти от берега. – Мама!!! – заорал он.

– Диавол! – ругнулся Олежка и бросился в воду за малышом в одежде, как есть. Несколькими гребками настиг неумелого пловца, схватил его за волосы и потащил за собой к берегу. Достигнув земли, цепляясь дрожащими пальцами за пучки травы, плача, Митроха старался отползти как можно дальше от стремнины.

– У-у-у, мя-я-а! – ревел он.

– Ну что ты как баба! – осерчал Олег. – Сопля глупая!

К ним бежали близнецы – видно, и до них дошел истошный призыв о помощи. Васька по мокрой одежде соседа сразу обо всем догадался и с ходу залепил младшему подзатыльник, отчего тот заревел еще пуще. Колюня прижал братишку к себе и принялся успокаивать.

– Ну, будя, будя… Не потоп же, што реветь?

– В прошлом годе обещали научить плавать, – всхлипывая, бормотал Митрофан. – Обманули!..

– В ентом научим, – сказал Васятка. – Голову наотрез даю.

Слезы мгновенно высохли, младшенький уже улыбался.

– Ну, дура, а не человек! – подытожил Колька. – Пошли костер палить – все, кончилась рыбалка.

– Зачем? – спросил юный друг воеводы.

– Одёжу сушить. Твоя мамка увидит тебя мокрого, скажет нашей мамке, та – батьке, а он нам всем троим уши надерет. А больше всех не мальцу глупому, а Ваське, как старшему.

– Вы же близнецы, почему он старший? – удивился Олег.

– Так он первый из мамки вылез, – объяснил Колюня. – А уж потом – я…