Чародеи - Андрей Смирнов

Столовую он отыскал без особого труда. Лайла сидела, с ногами забравшись на стул, и читала большую книгу. Заметив своего гостя, она улыбнулась:

— Привет, Дэвид. Ты выглядишь куда лучше.

— Еще раз спасибо.

Она отложила книгу и встала:

— Что будешь есть?

— Все равно.

— Нет, так нельзя. Надо что–нибудь определенное выбрать.

— Из чего выбирать–то?

— Да из чего хочешь!

Он решил принять реальность такой, какая она есть.

— Жареная печень. Спагетти. Подливы побольше. Салат из овощей.

— Из каких овощей?

Когда он перечислил, Лайла подошла к небольшому шкафчику в углу комнаты. Шкафчик подозрительно смахивал на обыкновенный холодильник, и если бы не расцветка и фактура (шкафчик был из красного дерева), Дэвид именно так и подумал бы.

Лайла открыла дверцу и извлекла из недр шкафчика то, что он просил. От тарелки, где разместились печенка и спагетти, поднимался пар.

— Аааа… Это… Сока бы какого–нибудь.

— Какого?

Кроме апельсинового сока, Лайла достала вазочку с мороженым. Для себя.

Потом они сидели и молча жевали. Лайла время от времени поглядывала в свою книгу.

Дэвид ел с большим удовольствием. Зубы больше не болели. Впрочем, то, что с его организмом произошла некая чудесная перемена, он уяснил еще в туалете, когда, стоя над унитазом, к своему удивлению не испытал никаких неприятных ощущений. Отбитые почки вели себя так, будто вчера никто по ним дубинкой вовсе и не стучал.

Расправившись с салатом, Дэвид украдкой заглянул в книгу. Буквы были непонятными.

— Что это ты читаешь?

— А–а, так… — пренебрежительный жест. — Смотрю, как выучиваются языки. Надоело таскать эту блямбу.

Лайла полезла за ворот и вместе с цепочкой вытащила еще один бриллиант, поменьше, карат этак на четыреста. Теперь уже Дэвид поостерегся принимать его за подделку. Это же невозможный мир. Тут вероятно все, что угодно. Может быть, алмазы у них тут на деревьях растут.

— Красивое украшение. Почему ты носишь его под платьем?

Лайла с неприязнью посмотрела на бриллиант:

— А мне не нравится. Цепочка постоянно перепутывается.

Помолчав и опять посмотрев в раскрытую книгу, она добавила:

— К тому же это не украшение. Это переводчик.

— Переводчик?

— Ну, вот смотри…

Девочка сняла цепочку и положила камень на стол. Улыбнулась Дэвиду и что–то сказала на непонятном языке.

— Что?.. Не понимаю.

Она сказала еще что–то, посмеялась над его недоумевающей физиономией и надела цепочку с камнем.

— …Ну, понял теперь?

— Подожди–ка… Мы что — разговариваем с помощью этой штуки?

Лайла кивнула.

— Я ведь не знаю твоего языка. А от тебя трудно было ожидать, что ты будешь знать айтэльский. Как говорит Лэйкил, кулон–переводчик — незаменимая вещь, если ты собрался в далекое путешествие… Но он тяжелый и неудобный, — пожаловалась девочка. — И шею натирает.

— В далекое путешествие… Это в другой мир, например?

— Например.

Дэвид поскреб висок. Судя по тому, как, походя и без всякого интереса, рассуждала об этом одиннадцатилетняя девочка, здесь, на ее родине, путешествия в другие миры, холодильники с самовозникающими продуктами и сундуки, очищающие одежду, не были чем–то необыкновенным. Такая же обыденность, как на Земле — продовольственный магазин, химчистка и поездка на автомобиле.

От возможностей, которыми располагали жители этого мира, у Дэвида закружилась голова. Он подумал о том, как ему неслыханно повезло. Из семи с половиной миллиардов, составляющих население Земли, именно он получил этот фантастический шанс. Он один, и никто другой! Ведь если открывать двери между мирами здесь умеет даже маленькая девочка, значит, этому может научиться и он, Дэвид Брендом!

— Послушай–ка. — Он облизал губы. Глупо было бы откладывать выяснение этого вопроса в долгий ящик. — А как ты перемещаешься из одного мира в другой?

Лайла подняла глаза от книги:

— Через Дверь. Ты же сам видел.

— Да, видел… Но каким образом ты создаешь Дверь?

— Вообще–то это делается при помощи заклинаний, — ответила она, опять утыкаясь в страницу. — Но я пока так не умею. Это очень сложные заклинания. Для меня Двери открывает Тинуэт. Я могу позвать его из любого места и попросить, чтобы он открыл Дверь. Для этого у меня есть ключ. — И похлопала себя по карману.

— Можно посмотреть?

— Конечно.

…Бриллиант размером с куриное яйцо (или это все–таки была искусная подделка?) удобно покоился в руке Дэвида. В данный момент камень не светился.

— Значит, если я сейчас, не выпуская его из рук… прикажу переместить меня куда–нибудь, здесь появится такая же Дверь, как тогда в камере?

Лайла отобрала у него камень.

— Нет, — заявила она авторитетно. — Тебе он подчиняться не будет.

— А как сделать, чтобы подчинялся?

— Как сделать, чтобы тебе стал подчиняться Тинуэт? — переспросила Лайла. — О, для этого тебе всего лишь нужно захватить наш дом, убить Лэйкила, расправиться со стражей, обойти все ловушки, которые папа и Лэйкил понапихали в Главное Сплетение, установить над ним контроль и переп… перепрограммировать Тинуэт так, чтобы он стал тебе подчиняться… Но ты ведь не собираешься этим заниматься, правда?

— Даже если бы мог, не стал бы. В конце концов, ты вытащила меня из городской тюрьмы… Кстати, о какой страже ты упомянула? Кроме тебя, я не видел здесь еще ни одного человека.

— Естественно, охранники сейчас спят.

Дэвид усмехнулся:

— Ну и охраннички у вас! Дрыхнут, пока по дому шатаются посторонние!

— Какие еще посторонние?!

— Ну вот я, скажем.

— А, ты… — Она махнула рукой и опять принялась за чтение. — Ты не в счет. А если на нас настоящий враг нападет, они проснутся.

Как–то она по–особому это сказала…

— Ваши охранники — это люди?

— Конечно, нет! Это демоны.

Над столом повисла пауза. Дэвид пару раз глянул по сторонам.

— Эээ… И часто на вас нападают?

Лайла мотнула головой:

— Нет. При папе вообще никто ничего такого не делал. А вот полгода назад приходил один волшебник. Наверное, узнал, что папа куда–то девался.

Она замолчала.

— Ну и?..

— Ну, они с Лэйкилом подрались.