Свастика среди звезд - Константин Дроздов

Отто сидел в кресле, задумчиво подперев рукой голову с сильными залысинами и остановившись взглядом на замысловатых шумерских картинах, сложная вязь которых покрывала всю переборку напротив него. Негромко звучала музыка. Это был «Парсифаль» — опера Вагнера. Мария Орич посматривала то на меня, то на Рана. Два часа назад я прибыл в каюту оберштурмбаннфюрера, чтобы рассказать обо всех деталях своего североафриканского похода и в первую очередь о встрече с таинственным «монахом», своим прикосновением запустившим во мне программу сверхвозможностей. По моему настоянию пришла и Мария. Я убедил Рана, что она должна иметь полный доступ к любой информации, имеющей отношение к экспедиции. Теперь я ждал реакции Рана, уже минут десять молча обдумывающего то, что я ему рассказал.

— Никогда не мог до конца поверить, что в каждом человеке до сих пор дремлет такая программа, — заговорил Ран и перевел свой взгляд на меня. — Это же просто невероятно!

— Да, это так. Но код, запускающий программу, мне неизвестен. Я не знаю, как «монах» это сделал.

Ран усмехнулся:

— Гиммлер, видимо, тоже не мог до конца во все это поверить. Иначе он выпотрошил бы вас, разобрал бы по винтику, Эрик.

Странная догадка вдруг заставила Рана вскочить с кресла. Встав рядом с креслом Марии, он вперился в меня немигающим сверлящим взглядом:

— А ведь это вы одного за другим ликвидировали Рауха и всю его команду. Они ведь уже обложили вас, фон Рейн. И поднять «Молох» вы убедили меня не просто так. Курмис не мятеж затеял и не шпиона искал — просто пришло время положить вас на операционный стол. А Хорст все знал и покрывал своего протеже.

— Вы говорите чепуху, оберштурмбаннфюрер. У вас нет никаких оснований так говорить, — Мария тоже вскочила со своего кресла и встала перед Раном. Ран озадаченно посмотрел на девушку, которая была ниже его на целую голову.

— Ты ошибаешься, Отто, — спокойно сказал я, даже не привстав.

— Да, конечно, дурацкая версия. Извини, Эрик, — Ран смущенно отвел взгляд от Марии. Засунув руки в карманы бриджей, обершурмбаннфюрер задумчиво стал вышагивать по просторной каюте.

— Они же раздавят нас, если не узнают код, — с досадой произнес он через некоторое время.

Я поймал вопросительный взгляд Марии и, пока Ран расхаживал взад-вперед, подробно изложил ей обстоятельства нашей встречи с Садэ Гуном.

— Исходя из того, что вы мне рассказали, они больше боятся нас, чем мы их. К тому же неясно, кого или что представляет Гун на самом деле. Мы можем делать окончательные выводы только после официальных переговоров. Гун и Тея — всего лишь голоса в темноте, — хладнокровно заявила Орич, выслушав мой рассказ. — Что же касается кода, то неважно, что мы его не знаем. Мы знаем, что он существует, и знаем, где его можно разыскать. При необходимости я и фон Рейн перевернем Африку с ног на голову и отыщем подземный город вместе с его «монахами».

— Может быть, золотая пластина является таким ключом? — Ран нервно хрустнул пальцами.

Я отрицательно покачал головой.

— Что же, тогда нам остается ждать дальнейшего развития событий и действовать по обстановке, — Ран перестал расхаживать и наконец улыбнулся. — Может быть, по чашечке кофе?

— Пожалуй, Отто, но прежде я хотел бы тоже узнать кое-что. Меня до сих пор продолжает занимать вопрос, что ты сделал для наших вождей, чтобы они настолько прониклись к тебе доверием и назначили руководителем экспедиции к Альдебарану вместо Хорста.

Ран недовольно посмотрел на меня, потом на Марию. Вздохнув, он присел на край стола:

— Я показал им будущее.

— Что? — Мария, казалось, не верила своим ушам.

— В пиренейских горах, близ Монсегюра, в 1938 году я совершенно случайно обнаружил пещеру-тайник. — Ран замолчал, глядя куда-то мимо нас.

— И что же было в тайнике? — проявила Мария необычное для себя нетерпение.

— Я тогда по заданию Рейхсфюрера занимался поисками Грааля, но в тайнике обнаружилось нечто иное. Там был спрятан странный аппарат, — продолжил Ран все с тем же отрешенным взглядом. — Основанием его служила восьмигранная металлическая капсула чуть более метра в поперечнике. В каждой грани имелось небольшое треугольное отверстие. Поверх капсулы покоился сложный механизм из колес и рычагов. Тогда он напомнил мне механизм часов, но в увеличенном виде. Все это сооружение венчала мощная металлическая рамка, в которую было вмонтировано небольшое вращающееся зеркало.

Пластинка с оперой Вагнера умолкла. И Ран, словно очнувшись ото сна, соскочил со стола и, обойдя его, нажал на кнопку селектора:

— Три кофе в каюту командира, пожалуйста.

Сев в свое кресло, он медленно провел ладонью по столу и посмотрел на нас так, словно решал, продолжать или нет.

— Говорите, Отто. Речь идет о легендарной машине Нострадамуса?

— Да, госпожа Орич. Многие считают, что великий предсказатель шестнадцатого века по имени Мишель Нострадамус обладал сверхъестественными способностями. Впрочем, так думал и я, но…

— Среди бумаг личного архива Франсуа Крозе — приближенного королевы Франции Екатерины Медичи — были обнаружены записи о визите предсказателя в королевский замок Шомон. По просьбе Медичи предсказатель рассказал ей о грядущих событиях. При этом он использовал некую «зеркальную машину», — не удержалась Мария. — Значит, эта машина действительно существует?

— Да, вы правы. Думаю, что это та самая машина. В «Аненербе» тут же был создан очередной секретный отдел для ее изучения, и вскоре мы попытались активировать ее, хотя в аппарате и недоставало некоторых элементов.

— Что за элементы? — подался я вперед под влиянием смутной догадки.

— Внутри основания машины имелись восемь ниш. В одной из этих ниш, когда я сделал находку, покоился хрустальный череп, — Ран посмотрел мне в глаза. — Принцип работы машины довольно прост — центральный механизм под действием рычага начинает вращать в противоположные стороны восьмигранное основание и рамку, в которой находится не зеркало, как выяснилось в ходе исследований, а до зеркального блеска отшлифованная пластина из металла, не известного на Земле. Направление движения и скорость можно регулировать, и именно от этого зависит, картины будущего или прошлого возникнут в «зеркале», а также то, насколько далеко вы хотите заглянуть. На вращающийся восьмигранник подается свет. Проникая сквозь пролетающие треугольные отверстия, он проходит сквозь черепа и, преломляясь, создает на пластине изображение.

В каюту, прервав рассказ оберштурмбаннфюрера, вошла девушка из числа персонала, обслуживающего камбуз, и поставила на стол поднос с кофе, сливками и булочками. Я тем временем посмотрел на Марию Орич. Ее интерес к рассказу Рана был понятен. Она также делала предсказания для Рейхсфюрера, причем без всякой машины. Но, потратив на это огромное количество сил и времени, она чуть не угодила в концентрационный лагерь. И только вмешательство группенфюрера Хорста спасло ее. А ведь, возможно, именно проводимые параллельно работы с аппаратом Нострадамуса сыграли злую роль в ее судьбе.