Мертвецы не танцуют - Макс Острогин

– И все? – спросил я с разочарованием.

Доктор затушил папиросу о ладонь.

– Это не так просто…

– Ерунда, – отмахнулся я. – Если прошел этот белобрысый, пройду и я. Туда-обратно. Все просто.

– Хорошо, – Япет улыбнулся. – Если вдруг по пути…

– Конечно, – я улыбнулся в ответ. – Если опасность будет непреодолимой, я поверну. Обещаю.

Я поднялся.

Япет поглядел на меня с вопросом. Ну да, понятно.

– Гораздо лучше, – сказал я. – Доктор считает, что динамика налицо.

– Прямо так он и считает? – с недоверием поинтересовался Япет.

Доктор промурлыкал неразборчивое.

– Да, точно, – сказал я. – Она крысу приручила.

– Крысу приручила?

Я кивнул. Алиса действительно приручила крысу. Не знаю, каким боком там крыса оказалась, но Алиса ее приручила. Теперь откармливает. Надеюсь, что просто, без целей. Здоровая уже крыса, наглая. Вчера заходил, а она на меня так смотрит… Недружелюбно.

– Ладно…

– Она безвредная совсем, – сказал я. – Алиса то есть. Клетка крепкая, я сам каждый день проверяю. Можно, если хотите, двойную сделать.

Япет молчал. Доктор курил.

– Безвредная… – повторил я.

– Ничего себе безвредная, – Доктор выпустил под потолок дымное кольцо. – Скольких она там? Или уже забыл?

Я не забыл. Темные коридоры убежища на Варшавской, люди мертвые. Много мертвых. Темнота, звуков никаких. Но она ведь…

Я хотел сказать, что Алиса не виновата. Настоящая Алиса, она веселая. Хорошая добрая девушка, сколько раз мне жизнь спасала. А потом это чудовище… Ведь с каждым могло случиться. Она на самом деле не виновата. Она мне уже почти…

– Она изменилась, – сказал я. – Ее можно вылечить, Доктор сказал, что никаких видимых изменений…

– Это потому, что определить не получается, – заметил Доктор. – Но она не изменилась. Ты видел прутья клетки?

Она их вырвала почти с мясом. Это существо… Она уже не Алиса. И уже не человек, Япет прав. И она опасна, ты не можешь этого отрицать.

Но я отрицал.

– Она даже полезная, – продолжал я. – В том месяце один в рогатку влетел, лепешка осталась. А сейчас уже ходит, как новенький почти. Это же неправильно вот так ее…

– Да не собираемся мы ее ликвидировать… – сказал Япет устало. – Можешь не переживать. Только без толку все это.

– Ничего не без толку.

– Ну, – Доктор выпустил дым. – Конечно, на нашем техническом уровне сложно делать прогнозы. Вот если бы хороший микроскоп, должное оборудование…

– Она не человек, – напомнил Япет.

Доктор пожал плечами.

– Это еще не доказано.

– Не доказано… – усмехнулся Япет. – Ладно, иди. Нет, постой. Тут некоторые говорят…

Япет замялся.

Все же он очень стеснительный старик. Другой бы уже несколько раз на меня наорал или за уши оттаскал бы за непочтительность, а этот ничего. Улыбается, сомневается. Нет, он наверняка не зря в руководителях, руководитель должен сомневаться, но строгости ему чуток не хватает. Без строгости вожаку нельзя.

– Вот я слышал, что ты… Как бы это сказать… Предлагал Серафиме какие-то зажимы…

– Вериги, – подсказал я.

– Да, вериги. Ты считаешь, что это благо? Ну, все вот эти ущемления? Цепи, колючая проволока…

– Да никакой проволоки! Это только совсем праведные могут проволокой обматываться! А для начинающих как раз вериги, я могу показать…

– Не надо! – Япет вздрогнул. – Я в общих чертах представляю…

– Это очень полезно. Укрепляет здоровье, причем очень сильно, если хотите, я вам тоже сделаю…

– Готовься к выходу, – оборвал меня Япет. – Завтра. Выйдете прямо с утра…

– Выйдете? А кто еще? Только не Серафима! Она вообще…

– С тобой пойдет Курок.

Удачный день.