Мир после: Водный мир - Ольга Шевлягина

– Мне плевать, я ненавижу это место, – прошипел Истер, сжимая кулаки. Он хотел схватить Кристин и не дать ей строить из себя дрессированную собачку, выполняющую трюки по велению хозяина. – Все это ненавижу!

– Я тоже, но я же не ору об этом, – строго одернул его Ярик, на какой-то краткий миг став серьезным. – Хочешь умереть? Тогда вперед! Только один, у нас есть дела и поважнее, – и чудной мальчишка подбежал к Кристин, чтобы вместе с малышами ловить мыльные пузыри и радоваться радуге.

Истер сжал зубы, чувствуя, как от гнева наливаются кровью глаза, он знал это за собой, ненавидя эту часть себя, ненавидя кровь отца в себе. Он отвернулся от тошнотворного зрелища резвящихся перед закланием овечек и увидел в тени, за незакрытой дверью, Ксению, которая стояла, поддерживаемая Смотрителем, – и улыбалась.

– Чокнутые! – прошипел Истер и бросился прочь, но никто из присутствующих не обратил на это внимания, поглощенные ярким и веселым действом, от которого парня воротило. Все было наигранным, словно пир под виселицей.

Он пришел в себя от гнева только на улице, огляделся и не узнал это место. Возможно, он вышел через какой-то другой двор, но улица и крепостная стена не были ему знакомы ни по вчерашнему конвою, ни по утренней прогулке. Он по привычке прижался в тени к стене, оглядываясь и не зная, чего ждать. К тому же он был без плаща, которые с них сняли, когда ребята вернулись во дворец. Истер пытался найти взглядом вход либо способ забраться на стену – и сбежать, раз представилась такая возможность, но ни того, ни другого в поле зрения не попадало.

Зато почти сразу он увидел группу кровопийц, которые поднимались по дорожке от дальних зданий и беседовали. Среди них выделялась очень красивая женщина с длинной светлой косой и изящной походкой. Среди кровососов вообще не было некрасивых экземпляров, об этом они позаботились, но женщина казалась ослепительной. И даже горящие на солнце глаза не портили ее внешности, хотя красные радужки и внушали отвращение.

Истер еще сильнее вжался в стену, пытаясь с ней слиться, но белые одежды выдавали его. Его тут же заметили, и бежать было бы глупо, а главное – куда бежать? Когда кровопийцы приблизились, единственное, что ему оставалось – это опустить глаза, чтобы они не начали задавать вопросы, ответы на которые им могут и не понравиться.

– Почему это тут? Что ты тут делаешь, детеныш? – спокойным голосом обратилась к нему прекрасная женщина: так его мать разговаривала с забредшим к ним на двор чужим псом. – Почему оно не в питомнике? – видимо, она спрашивала у спутников, но ответа не получила. – Отведите его обратно и накажите тех, кто не уследил. Если окажется, что оно пропало из меню моего супруга, вы все за это ответите.

Истера трясло, он словно врос в каменную стену, пока мать Лектуса – а кто еще это мог быть? – распоряжалась его судьбой. Если поднять глаза, то питомник ему уже не будет грозить, но он очень хотел туда попасть, чтобы найти единомышленников: тех, кто еще готов бороться за свободу и выживание человечества. Или хотя бы тех, кто бы хотел сбежать отсюда.

– Иди, детеныш, – его подтолкнули в сторону, откуда пришла группа кровососов, и Истеру это напомнило вчерашний вечер, когда его только привели во дворец. Вчера. А ему казалось, что он здесь уже целую вечность…

О питомнике он знал достаточно, чтобы быть готовым к тому, что увидит. Дед часто рассказывал ему об этом месте: месте, где он вырос, вскормленный молоком из бутылки. Долгими зимними вечерами дедушка развлекал внуков своими воспоминаниями о небольшом питомнике в поместье Правящего низкого ранга, не очень богатого, из-за чего на территории имения располагались деревянные постройки, вспыхнувшие во время грозы. Именно тогда дед Истера и оказался в воде, выброшенный кем-то из горящего питомника. Его спасли деревянные перекрытия, обвалившиеся с обрыва в море, на них шестилетний мальчишка смог много часов продержаться в открытой воде, пока его не подобрали рыбаки. Так дед попал в деревню, где Истер и родился, а руины сгоревшего Утеса до сих пор в хорошую погоду можно было увидеть с берега.

– Иди в свой блок, детеныш, – Страж толкнул парня, заставив войти в каменный дом, и закрыл за ним двери, видимо, даже не подозревая, что Истер не имеет понятия, куда идти. В полутемном коридоре, где было тихо и безлюдно, он тут же прижался к стене. Мальчик знал, что, как только няньки его увидят, сразу поймут, что он чужак.

Коридор уходил вперед, по бокам – закрытые двери, наверное, тех самых блоков, по которым были распределены дети. Судя по размерам здания, питомник огромен – но чего ожидать от владений Главы Правящих?

Истер чувствовал, что в нем напряжена каждая мышца, он не хотел попасться и упустить единственный шанс найти среди этих угнетенных детей тех, кто мечтает, как и он, о свободе.

Мальчик выдохнул и заставил себя продвинуться в глубь коридора к ближайшей двери. Она оказалась прикрыта, за дверью – абсолютно тихо. Истер, как тень, шмыгнул внутрь и замер, озираясь.

Комната была полна солнечного света, что лился через большие окна. В ряд протянулись столы и стулья, на них лежали листы и остро заточенные палочки, на кончиках запачканные темной краской. На стене перед столами – большая доска, на которой написаны какие-то знаки, наверное, слова на общем языке, но Истер не был уверен, потому что не умел читать и писать – это была привилегия кровопийц.

Он вздрогнул, когда из коридора до него донеслись поспешные шаги, а под самой дверью раздался голос девочки:

– Я уверена, что оставила его в классе, больше негде.

Спрятаться некуда, а бежать в окно – поздно. В комнату вошли девочка и мальчик, примерно лет двенадцати, аккуратно одетые в одинаковой бело-красной гамме, у девочки – красиво заплетенные длинные волосы, а у мальчика – абсолютно правильные черты лица.

Вошедшие уставились на Истера, но не испугались.

– Вы кто? – вежливо спросил мальчик, а девочка зачем-то чуть присела, и Истер нахмурился.

– Я пришел из дворца.

– Вы не похожи на Правителей, объяснитесь, – строго попросила девочка, чуть повернув на бок голову.

– Я… меня подарил господин Орак, я вырос в его питомнике, теперь буду тут.

– Странное воспитание у господина Орака, – неодобрительно отозвался мальчик. – Почему вы здесь, а не в вашем жилом блоке?

– Почему я должен отчитываться перед тобой? – огрызнулся Истер. Эта пара ему нравилась еще меньше, чем Ярик с его улыбчивым принятием судьбы.

– Я кандидат в Правящие, вы обязаны приветствовать меня, как кандидата, более высокого, чем вы, по статусу, – заносчиво ответил мальчишка, вздернув подбородок. – Или вас и этому не учили?

– Ты хочешь быть кровопийцей? – не сдержал удивленного возгласа Истер, чувствуя прилив омерзения.

– Кем? – не понял мальчишка. – Вы очень странный.

– Думаю, нужно позвать Старшую Нене, – испуганно проговорила девочка, поворачиваясь к дверям, но Истер оказался проворнее, преградив им путь.